Феномен биби

ФЕНОМЕН БИБИ: УЧЕБНИК ПО ВЫЖИВАНИЮ ДЛЯ ВИДА HOMO POLITICUS
(Или Почему патологоанатомы израильской политики остались без работы)

По сведениям всех уважающих себя редакций мира, Биньямин Нетаньяху должен был покинуть сцену ещё при Обаме. Затем — при Трампе. Затем — после первого суда. Затем — после второго суда. Затем — после третьего суда. Затем — после протестов. Затем — после войны. Но вопреки законам физики, биологии и политологии, премьер-министр Израиля не просто жив. Он живее всех живых.
Источники в кулуарах Кнессета шепчут, что Нетаньяху не спит. Он не ест. Он питается исключительно рейтингами соперников и атмосферным давлением в Газе.
“Да, — подтверждают биографы, — стареет. Но как-то избирательно. Стареют только его оппоненты. Сам же он, судя по всему, заключил пакт с каким-то очень влиятельным региональным менеджером сверху. Или просто нашёл источник вечной молодости в виде бесконечного конфликта”.
Такова, видно, особенность ближневосточной политики: пока вокруг горит, премьер чувствует себя как дома у камина. Только камин этот — размером с Ближний Восток, а дровами служат дипломатические ноты.
Тем временем юридическая машина, которая должна была измельчить политика в пыль, работает вхолостую. Обвинения в коррупции? Для Нетаньяху это не статьи уголовного кодекса, а просто пункты предвыборной программы.
“Они хотят меня судить? — говорит он языком жестов. — Отлично. Это значит, я ещё нужен. Это значит, я ещё в игре. Это значит, камеры ещё работают”.
Судьи пытаются вынести приговоры, но сталкиваются с феноменом: подсудимый использует заседания как трибуну для заявлений о национальной безопасности.
Прокуроры теряют нить повествования, потому что обвиняемый внезапно начинает объяснять им стратегию сдерживания Хезболлы.
И, чёрт возьми, они начинают слушать. Потому что когда Биби говорит о выживании, все инстинктивно тянутся к ремням безопасности.
Что касается войны — это его стихия. Мирное время для Нетаньяху — как отпуск для трудоголика: скучно, непонятно чем заняться, и кажется, что тебя забыли. Стоит только намеку на разрядку появиться на горизонте, как он мгновенно находит нового врага. Или вспоминает про старого. Или создаёт нового из подручных средств.
Аналитики говорят: ему нужна война, чтобы оставаться у власти. Сам Нетаньяху говорит: мне нужна власть, чтобы вести войну. Где здесь причина, а где следствие — не знает даже Верховный суд, который уже устал это выяснять.
На международной арене ситуация ещё веселее. Нетаньяху пережил столько президентов США, что в Белом доме начали проверять, не подменили ли его на клона.
Он дружил с Бушем, ссорился с Обамой, обнимал Трампа, терпел Байдена. Президенты приходят и уходят, а Биби остаётся. Как плохая мебель. Или как хороший памятник.
Его называют «магом». Но фокусы у него простые. Достать кролика из шляпы? Нет. Достать новую коалицию из старого кризиса? Легко. Превратить ордер МУС (Международный Уголовный Суд) в билет на предвыборный митинг? Виртуозно.
Есть, правда, одна проблема. Быть живее всех живых — утомительно. Нужно постоянно доказывать, что ты ещё не труп. Нужно бегать быстрее времени. Нужно убеждать мир, что только ты можешь управлять этим хаосом, потому что только ты этот хаос и организовал.
В кулуарах говорят, что у Нетаньяху есть запасной план. Если всё совсем плохо — он объявит себя вечным премьером. По аналогии с вечным двигателем. Только двигатель этот работает на нервах соседей и собственных indictments.
Оппозиция пытается его убрать. Но как убрать человека, который стал синонимом государства? Убрать Нетаньяху — всё равно что убрать воздух в Иерусалиме. Станет легче дышать, но жить станет нечем.
Так что же мы имеем? Имеем лидера, который не уходит. Имеем политику, которая не заканчивается. Имеем ситуацию, где гроб для политика приходится заказывать с запасом места для манёвра — вдруг он и оттуда сможет выступить с речью?
Аналитики осторожно предполагают: возможно, Нетаньяху уже не человек. Возможно, это функция. Функция «Удержание Власти». И пока эта функция нужна системе, она будет воспроизводить себя снова и снова. В новых оболочках. С новыми скандалами. С новыми войнами.
И тут возникает старый, как Иерусалим, вопрос: Что будет раньше? Конец конфликта? Или конец Нетаньяху?
Судя по тому, как бодро он машет рукой с трибуны, отвечая на вопросы о собственном здоровье и будущем, ответ очевиден. Конфликт закончится раньше. А Биби останется. Чтобы руководить миром. Или тем, что от него останется.
Ведь быть живее всех живых — это не дар. Это работа. Круглосуточная. Без выходных. И без права на пенсию.