Непотопляемые

Лето  пролетело быстро.Дочь проводила все каникулы у моих родителей в деревне, вернее будет сказать даже за деревней.В свое время выкупили они Совхозный сад огород и переехали туда жить.Деревня находилась в том месте, где ковыльные степи, березовые колки, черноземные поля, соланчаки соседствуют рядом.Пресноводные  и соленые озера дополняют этот живописный ландшафт .В каждом из этих мест, во все времена находил человек для себя дары природы.В озерах рыба,дикие утки и гуси, в степи и колках-ягоды, грибы.На полях пасутся косули, и даже в соленом, казалось бы безжизненном озере есть для человека природное богатство -соль, лечебная грязь и рапа.

Нужно забирать мою дочь домой в город, чтобы отправить ее по путёвке к морю, в Сочи. Ох и не хотела же она ехать на это море. Слезы ручьём, ведь там нет дорогих сердцу людей, которых она живя в городе, видела пару раз в год.Нет друзей , с которыми проводила все летние дни с раннего детства .Но ехать надо.Я, отпросившись на  работе, приехала за ней на поезде.Раньше удавалось погостить у родителей подольше, но не в этот раз.

Уже собран чемодан с вещами. В отдельной большой сумке деревенские гостинцы. Их собирала и упаковывала вся семья. Маме хотелось положить все что у них есть и нет у нас в городе.
Копченое сало, оно такое же вкусное, и вот отец уже заворачивает его в несколько слоёв. Сестренка укладывает в небольшую коробочку  яйца, ведь они домашние!!! И противостоять этому не имеет смысла.Все равно положат, засунут, уместят в сумку .Топленое и сливочное масло, сметана вынуты из холодильника незадолго до выезда. Маме хочется положить еще пару пластиковых бутылок с перекрученной свежей лесной ягодой. Сумка не подъёмная, но по ее глазам полных слёз, понимаю, что не смогу отказаться.Забираю пакет с бутылками и пытаюсь втолкнуть в сумку. Под радостные  аплодисменты застегиваю замок.Все с облегчением вздохнули.На поезд посадят, а в городе встретит муж, как нибудь дотащу.

На улице вечерняя прохлада после дождя, дышится легко, но железным обручем сжимается сердце от предстоящей разлуки с родными.Дождь шел весь день, а вечером распогодилось,тишина, не ветерка. В эти моменты  слышно как несется по железной дороге поезд,находящейся от нас за десять километров.

Запел сверчок,выдавая трели,я  улыбнулась и вспомнила, что сверчки жили у нас всегда. Значит нравилось им, благодатная атмосфера для их жизни и песен.
До поезда два часа и мы собирались сесть за стол, но ждали гостьей. Наконец услышали шум подьезжающей машины .Приехали две мои тётушки, тоже привезли гостинцы. Не взять невозможно, благо вместились в чемодан.

Сели за стол, в центре дымится горячий бешбармак, как же вкусно его готовит мама. Сама месит тесто и раскатывает тонкие лепешки.
Все, что она делает, получается на высшем уровне.На мне же ,как говорится природа отдыхает, либо времена нынче другие, и не нужно все делать своими руками, как приходилось маме.

Стали пить чай. Это особый обычай в нашей семье.Красиво лежат в вазе сладости, отдельно в менажнеце всевозможные орешки и сухофрукты. Сестренка заварила  два вида чая и он уже успел настояться. Пили его непременно с молоком.Наливали понемногу,и из крепкого черного он превращался   янтарно-золотистистого цвета с бархатистосливочним вкусом.Но время неумолимо летит вперед.

 Попрощавшись с сестренкой и тетушками, мчимся в машине на железнодорожную станцию.
Отец за рулем, мама как штурман рядом, я с дочкой на заднем сиденье.
После дождя дорогу развезло, и отец понимая, что по трассе ехать не возможно, утянет в кювет, сворачивает на степную.Но в степи этих дорог много.  Охотники и рыбаки накатали подъезжая к многочисленным озерам в этой местности.Мы сбились с пути, волнение стало подкрадываться, до поезда времени все меньше,но вот показался элеватор,и мы  благополучно выехали на нужную нам дорогу.
Вот уже виднеется станция,степная дорога кончилась,уперлась в рыжую и скольскую от глины  трассу. Хочешь не хочешь, а придётся  на нее заезжать.Отец  как Шумахер, решил заскочить  с разгона, но перед трассой оказалась большая лужа, в центре которой мы благополучно и основательно забуксовали.Мотор заглох и  в салон стала медленно просачиваться вода.

Тик так, тик так, часики тикают и до поезда все меньше  и меньше времени.Через нашу  станцию  он ходит раз в четыре  дня. Если сегодня не уедем, пропадёт бесплатная путёвка на море, которую  дали мужу за заслуги перед  Отечеством ,значит уехать надо любой ценой.Я принимаю решение идти пешком,снимаем с дочкой обувь, закатываем штаны и выходим из машины прямо в лужу. В нос ударил глубокий, прохладный напоенный мокрыми травами  запах . В нем горечь полыни, аромат душистого чабреца смешивался с солоноватым запахом озер, создавая ощущения чистоты и простора. Запах моей родины. Его не спутать ни с чем.

Отец уже достал наши чемоданы.
Осмотрев еще раз машину,понимаем, что вытащить ее и завести без трактора не получится.
Наспех попрощавшись с родителями, забрались на скользкую трассу, и трусцой , навьюченные чемоданами и сумками, побежали.
Отец пошел в другую сторону искать трактор, мама осталась в машине, посреди огромной лужи.
Прошло уже больше двадцати лет с тех пор, а я мучаюсь угрызениями совести, что оставили ее одну, в луже ,среди бескрайней степи. Не знаю, как бы я поступила  сейчас ,но в тот момент, мне казалось так правильно.

Бежать с чемоданами  было невозможно, через несколько метров они оказались неподъемными. В добавок ко всему ноги разъезжались в разные стороны на скользкой глине, сойти с трассы  не было возможности, в кюветах вода. Я открыла чемодан, достала пакет со сметаной и сливочным маслом. Если его выбросить, чемодан станет значительно легче, я ускорюсь и мы успеем на поезд. Но моя дочь, этот худенький подросток двенадцати лет,с воплем вырывает у меня пакет и мы бежим дальше.
В голове стучало, во рту появился вкус железа, дышать становилось все труднее, пот градом катился по моему красному от напряжения лицу. Дочь бежала молча, ни стона, ни жалобы. Удивляюсь мужеству и выносливости этой маленькой девочки, в одной руке которой был пакет с едой в дорогу, в другой спасенный со сметаной, за спиной рюкзак с очень важными для нее вещами, поздее я узнала, что там были ракушки с нашего деревенского озера, на которое они с друзьями любили ходить. Выкинь она все это в кювет, никто никогда бы не узнал, не было бы этой мучительной нагрузки, этого тяжелейшего бега. Несколько раз в сердцах я кричала ей “Бросай все сумки!”Но она не слушала меня и бежала вперед.Параллельно трассе шла железная дорога, и уже показался поезд.Машинист заметил нас и несколько раз издал приветливый сигнал.Наши силы были на исходе, но надо поднажать. Показались кусты, шум голосов и мы выбежали на край станции, где собрались люди встречать коров из стада.Они с удивлением уставились на нас, босоногих и заляпанных грязью, а  мы продолжали свой маршбрасок на последнем издыхании.
В это время поезд медленно приблизился к станции, остановился. Стоянка 2 минуты, и вот наконец мы подбежали к концу состава, последний вагон, я через пелену в глазах вижу красивую статную проводницу, пытаюсь ей что-то сказать и прошусь в вагон, но она не умалима, у нее купейный .Через вагон я вижу небольшую толпу, понимаю, что нам туда. Со всех сил бежим, кто-то хватает дочь, нашу поклажу,и вот мы уже шлепаем босыми грязными ногами по вагону.
В купе я вижу своих дорогих соседей, живших с нами в деревне на одной улице, они сразу же окружили вниманием дочь, и тут она разразилась таким плачем, которого никогда в жизни я больше от нее не слышала. Всю дорогу она мужественно бежала, не проронив ни звука,и только теперь с ней случилась истерика.
Понимая, что она в надёжных руках, я осталась стоять в коридоре, сотрясаясь от беззвучных рыданий.В этих рыданиях было все. И то что успели добежать, и путевка,заработанная моим супругом не пропадет даром, и то что уезжаю опять на год от дорогих мне людей и то что мама одна в степи, посреди лужи и пройдёт не меньше трех часов, уже в темноте,отец найдет трактор и много еще чего, что заставляет плакать человека, волею судьбы оторванного от родной стороны.