Ненужный

Кто пишет стихи - тот не нужен.
Так сказал человек, чья мысль была величественна, как закат над магазином сантехники.
Он стоял на берегу вечности.
То есть возле автобусной остановки.
Ветер судьбы трогал его волосы, словно бухгалтер трогает квартальный отчёт.
Небо было огромным.
Настолько огромным, что в него помещались облака, звёзды, луна и даже прогноз погоды.
Кто пишет стихи - тот не нужен.
Эта мысль плыла над миром, как золотой дирижабль мудрости, нагруженный банальностью до предела грузоподъёмности.
Поэт услышал это и тихо заплакал.
Слеза его была прозрачна, как инструкция к чайнику.
Она катилась по щеке, словно горная река, которая окончила курсы повышения квалификации.

Кто может быть нежным – слабак !
В этот момент на горизонте нежно розовел рассвет.
Он был слабаком.
Нежно шелестели листья.
Они тоже были слабаками.
Нежно мурлыкал кот. Совершенно безвольное животное.
Даже плюшевый медведь в детской комнате оказался подозрительно мягким.
Мир стремительно слабел.
Горы становились ласковыми.
Моря - заботливыми.
Закаты - деликатными.
Пледы - просто чудовищно нежными.

Кто скромный - почти безоружен.
Поэтому ромашка в поле выглядела крайне опасно.
А павлин, наоборот, должен был считаться тактическим ракетным комплексом.
Скромная старушка, которая кормила голубей, очевидно представляла минимальную угрозу.
Зато человек, три часа рассказывавший о своих достижениях, напоминал авианосец.

Кто глубок - тот дурак.
Тут океан тяжело вздохнул.
Он был глубок.
Колодец тоже.
И космос.
И энциклопедия.
И тарелка супа, если смотреть на неё достаточно сосредоточенно.
Все они немедленно почувствовали себя неловко.
Особенно океан.
Он столько лет старался быть глубоким, а оказывается, надо было стать мелкой лужей возле гаража.
Лужа ликовала.
Она чувствовала интеллектуальное превосходство.
Над ней кружилась муха.
Муха казалась мудрой.
Потому что была неглубокой.
Тем временем мыслитель продолжал мыслить.
Его размышления поднимались к небесам, как серебряные лебеди метафоры, как рубиновые фрегаты смысла, как платиновые самосвалы пафоса.
Вселенная слушала.
Планеты слушали.
Галактики слушали.
Даже пельмень в студенческом общежитии слушал.
И постепенно понимал, что что-то не сходится.
Если поэты не нужны, то зачем написано это стихотворение?
Если нежность - слабость, то почему её все любят?
Если глубина - глупость, то почему автор так старательно делает вид, что невероятно глубок?
И тогда пельмень, который за всё произведение не сказал ни слова,
вдруг произнёс:
- Похоже, самая глубокая мысль здесь состоит в том, что глубина не нужна.

Лев Золотой-Ким   08.06.2026 12:59   •   Заявить о нарушении