Мне хочется воспеть тебя, земля!

Мне хочется воспеть тебя, земля,
За то, что просто родила меня,
Но для чего, ты это почему-то не сказала.
Однако получается тогда,
Что каждый только за себя,
Не в этом ль смысл задуманного свыше,
А как же заповедь твоя
Любить нам ближнего как самого себя.
Иль это всё не то,
А смысл, он скрыт от нас давно,
Его лишь знает тот,
Для нас непостижимый и чужой,
Коль так таинственно молчит,
И не желает поделиться откровеньем.
Видать, не оценил он наше рвенье,
Иль медлит ожидая, что быть может,
Мы сами до всего своим умом дойдём.
Но нет, увы мы слепы, как и прежде,
И всё ответа от кого-то ждем.
А может это то незнанье, что силы нам даёт,
А этого-то мы как раз не замечаем,
И смысл меняем на сурогат его,
На тёрпкое вино,
И тихо с горя выпиваем.
Мы смущены.
Обиженными жить невыносимо.
Но мы живём,
И это чудо в вине обмакиваем смачно,
О как же это всё напрасно,
Весь смысл менять на забытьё,
Но нам не оставляют шанса,
Впустую жить нам суждено.
Однако мы терпилы по натуре,
И это нас спасает от паденья в бездну смерти и конца,
Ведь не для этого же бог создал меня, тебя,
Чтоб так бездарно всё закончилось бы разом,
Хотя, как знать, возможно после что-то снова расцветет,
Но только не для нас с тобой,
И кто-нибудь уже совсем другой
Задаст земле всё тот же каверзный вопрос,
Земля, зачем ты родила меня?
Хотя возможно, что ответа на него
И ты сама, земля не знаешь толком,
Но что тогда?
Тогда я чувствую, что исчезаю,
А может я уже мираж,
Фантазия очередной божественной интриги,
Скуки ради, иль забавы, спектакль поставленный,
Бессмысленный, но очень не простой.
А мы занозой стали где-то на пути в другое измеренье,
Мы переход туда, где слишком просто всё,
И смысла за ненадобностью нет,
И лик у нас другой и миг там без былой удачи,
Она там не нужна.
Там места нет страстям,
Случайности там тоже никакой,
Всё только чистый разум, больше ничего.
Машины правят всем,
Там люди потерялись насовсем,
И даже солнце растеряло прежний шик.
Жить просто для машин не много ль чести,
Ну если только тускло им светить
Из жалости, а может и из мести.
Там нет луны,
Помошника надёжного в любви,
И нет всего того, что нам так дорого и свято,
Там всё теряет прежний смысл,
Остались только роботы и их безчувственные тени,
Все без малейшего сознания и внятной цели,
Там человек исчез как слабое звено,
И вместе с ним пропал его мучительный вопрос,
И что обиднее всего,
Вина там не осталось тоже,
Извечного спасителя людей от скуки и беды,
Как, впрочем не осталось там самой любви,
И никаких иных людских желаний.
Там правит чистый разум и покой,
Кругом одна большая скука,
Назойлива и надоедлива как муха,
Порой становится невыносимой
И уже немножечко смешной.
Но что же это, неужели чудо,
Машины просятся назад,
Где снова можно пить вино,
Где страсти старые проснуться пожелают вновь,
Где с новой силой расцветет любовь,
Где сердце станет вновь неровно биться.
И поскорее всем захочется как встарь
С вином любовью страстной насладиться.
И где же вы теперь, вопросы непростые,
О вас забудут разом все,
И человеку вовсе станет не до смысла,
Он будет радоваться просто жизни на земле.