Холодная ночь на Юрюзани

Юрюзань – единственная река, что пересекает поперёк Уфимское плато в его средней части и впадает в Павловское водохранилище возле села Караяр.  Её длина – 400 с небольшим километров, 120 из которых она течёт  по Челябинской области, остальные – по нашей Башкирии, из которых 130 километров пробивается по Уфимскому плато – высокому плоскогорью, сплошь заросшему густым лесом, настоящей тайгой, где нет дорог, а человеческое жильё встречается только по берегам немногочисленных рек, самая крупная из которых это река Уфа и два её левых притока – Юрюзань и Ай. Но что это такое – Уфимское плато? Вот короткая справка из академических источников – «Уфимское плато - возвышенная часть Русской платформы, протянувшаяся с юга на север вдоль Уральского хребта. Расположено главным образом на северо-востоке Башкирии, частично на юге Пермского края и Свердловской области, в бассейне реки Уфа. Протяженность Уфимского плато с севера на юг примерно 265 километров. Высота 350-450 метров (наибольшая 517  метров). С востока ограничено уступом высотой до 100 метров, на западе полого снижается и сливается с Восточно-Европейской равниной. Когда-то территория Уфимского плато была дном океана и поэтому основные породы, складывающие Уфимское плато, — известняки, легко размывающиеся водой. Рек, протекающих через Уфимское плато, не так много. Основные — река Уфа и её притоки: на севере - Сарс, Тюй; на востоке — Ай, Юрюзань, Яман-Елга; на западе — Байки, Урюш. Некоторые из них глубоко врезались в толщу плато и образовали за миллионы лет глубокие каньоны. Из-за развития карста на Уфимском плато почти не встретишь постоянных ручьев, только временные водотоки, образованные таянием снега или после дождей. Вся вода через воронки и поноры уходит под землю. Порой это целые реки. Все пространство Уфимского плато испещрено глубокими сухими логами. Лога Уфимского плато используются для сообщения между его разными частями. Когда-то во времена масштабных лесоразработок здесь была построена разветвлённая сеть узкоколейных железных дорог. Уфимское плато покрыто широколиственно-темнохвойными лесами. Обширные лесные богатства Уфимского плато с первой половины 20-го века вызвали здесь масштабные лесоразработки, выполнявшиеся в основном силами спецпоселенцев – раскулаченных и репрессированных  во времена коллективизации крестьян.  До 1990-х годов  продолжался вывоз древесины по узкоколейной железной дороге в село Красный ключ. На территории Уфимского плато организованы заказники «Аскинский» и  «Первомайский». Источник Красный Ключ, скала Сабакай, реки Яман-елга и Сарва являются памятниками природы»… Остаётся добавить, что часть Уфимского плато, постепенно понижаясь с востока на запад, «дотянулась» и до границ нашего района – долины реки Бирь между сёлами Старонакаряково и Бабаево. Только там в наших краях встречаются смешанные лиственно-хвойные леса, далее же – только лиственные, характерные для Восточно-Европейской равнины, которая потянется теперь на запад на две с половиной тысячи километров. Так что это тоже особенность нашего района – живём на границе двух географических зон с совершенно разными природными составляющими…
Впрочем, я думаю, это и так читателю всё хорошо известно – и географические особенности места, где расположена наша «малая родина», и природные особенности  наших соседних  районов, целиком или частично находящихся на Уфимском плато – Аскинского, Караидельского, Дуванского, Нуримановского, Салаватского.  Так что пора переходить к основной теме этого рассказа – двухдневному семейному путешествию по реке Юрюзань на нашей, уже немало повидавшей на своём почти двадцатилетнем веку, надёжной и проходимой «Ш-ниве», машине, как будто специально созданной для таких небольших пробегов по красивым - и достаточно безлюдным и глухим! – местам, которых ещё немало и в нашем Башкортостане (а Уфимское плато с его густыми лесами именно такое место и есть), и в соседних Пермском крае и Свердловской области, которые мы уже тоже вполне благополучно «осваиваем»  в течение последних пяти лет, и где накатали уже не одну тысячу километров. Есть планы забраться и подальше, подальше… Но говорить об этом ещё, конечно, рано…
Итак, 19 июля 2025 года, суббота. Ещё не встало солнце, когда мы, выехав на трассу на Горе у «подстанции» и свернув направо – в сторону Караидели – настроились на долгий путь. Впрочем, всё относительно. 300 километров в одну сторону – это много? Человек, который дальше Бирска не ездит годами, скажет, да, много. Другой же, для которого за день проехать и 800-1000 километров почти норма (есть такие среди знакомых) – только посмеётся. Лично мне за день более 600 километров за рулём ездить пока не приходилось. Но если в начале наших автомобильных экскурсий на заре нынешнего века и сто километров казались дальней дорогой, то теперь, конечно, уже «понятия» другие.  Впрочем, к дороге – дальней она кажется или не очень – нельзя относиться легкомысленно, а уж тем более, безответственно, такого она не прощает…
Чем хороши такие вот небольшие по времени и дальности автомобильные экскурсии-путешествия, по сути – поездки выходного дня? Они хороши абсолютно всем, недостатков нет никаких, я их, по крайней мере, не вижу. И пока впереди до Караидели почти час пути, а семья дремлет в полусонном состоянии на мягких сиденьях машины, быстро и мягко несущей нас по асфальту навстречу уже скорому восходу солнца – вон уже и первые его лучи блеснули на далёком горизонте! – самое время упомянуть об этих сторонах таких поездок. Ведь  эта книга так и задумывалась -  не только рассказать о своём опыте в таких маленьких путешествиях, не только показать красивые и достопримечательные  места природы, в которых можно побывать и которые от нашего села находятся не так уж и далеко – в нескольких часах всего, если считать по времени поездки – но и показать всю пользу такого способа проведения своего досуга. Кстати, когда я работал в редакции нашей газеты «Дружба» ещё в советское время, так вот ещё тогда я по своей инициативе (которую сразу поддержала и одобрила редактор Манзума Наматовна Каримова) выпускал раз в месяц тематическую полосу «Досуг и природа». Но тогда, конечно, об автомобильных поездках выходного дня речи ещё не было – и автомобилей у населения ещё массово не имелось, так, у единиц только – да и времени свободного у большинства людей тоже не было, выходные дни и отпуска проводили в хозяйственных и строительных работах, в заготовке сена и дров, в уходе за скотом, за огородом и полевыми участками с картофелем. Поэтому весь досуг, связанный с природой,  сводился, в основном, к рыбалке и грибной охоте, о чём я тогда и писал.
 Сейчас же – дело другое. Автомобиль  давно перестал быть роскошью, стал вполне доступным средством передвижения, да и дороги появились там, где их раньше вовсе не было. Свободного времени тоже  стало больше, скотины уже мало кто держит, так что уехать из дома на день-два, а то и три – совсем не проблема. Скотина – главная преграда для любителей покататься по выходным дням - на кого её оставить? Ну, а если её нет, то и проблем нет, кота же или собаку и соседи накормят, если попросить. Ну, а что может быть лучше, когда всей семьёй в яркий солнечный летний день уехать – покататься по новым городам и весям, увидеть своими глазами известные на всю республику (а то и всю страну!) памятники природы, устроить затем  ночёвку где-нибудь в безлюдном месте на берегу реки или озера, наловить рыбы, сварить ухи, а с началом нового дня вновь продолжить свои открытия новых мест. Мелькают за окнами машины новые ландшафты, притягивают взор новые красоты, тянут к себе новые пейзажи – всё доступно, пользуйся! Найди время, вырвись из суеты буден, жизнь проходит быстро, не успеешь оглянуться, как вырастут дети – успей, пока они ещё, как губка, впитывают в себя всё, научи любить природу, личным опытом дай пример умения находить радость от общения с ней, от предвкушения дальней дороги, от всех маленьких приятностей, что сопровождают такое путешествие на всём его пути – обеда в придорожном кафе, посещения краеведческого музея, других каких-то интересных мест, будь это большой город, райцентр или даже маленькая деревенька. На новых местах, где ни разу до этого не был – всё интересно, тем более, если там всё по-другому, нежели в своих краях. У нас красивая природа, но нет ни большой воды, ни живописных скал, заросших хвойным лесом, ни, тем более, горных массивов, хребты которых были бы видны далеко-далеко от того места, где едешь сейчас. А ведь всё это есть рядом, буквально в радиусе ста-двухсот-трёхсот километров от нашего села. Помню, как впервые дети увидели большую воду Павловского водохранилища, когда оно неожиданно  появляется перед глазами после резкого поворота на заросшим лесом  серпантине крутого спуска дороги. « - Смотрите! Пароход!» – громко закричал сын, которому было тогда пять  лет и который впервые увидел такой большой водоём. «Пароходом», кстати, был самый обыкновенный небольшой буксирный катер – но если раньше ни одного судна, кроме отцовской резиновой лодки вживую видеть не приходилось – то этот восторг был вполне понятен. Вот из таких моментов познания мира – удивления на грани восторга от восприятия доселе неведомого – и складываются у детей самые яркие  впечатления, которые спустя годы и десятилетия станут самыми лучшими воспоминаниями о прошедшем – таком близком и таком далёком! – детстве. У меня одним из ярких таких впечатлений стало то, как мы с отцом и его товарищем по работе ездили на лошади собирать дикую малину куда-то на  лесные делянки между Нововаськино и Бабаево. Отец работал в промкомбинате, по роду деятельности знал там все места, так что приехали мы туда, где стояла будка лесорубов. Как я теперь понимаю, сбор малины был только поводом для того, чтобы устроить себе небольшой романтический пикник на пару с товарищем, таким же любителем выпить. Мы и ночевали там же тогда – в этой будке на тракторных деревянных санях, в которой кроме грубого стола и пары нар ничего больше не было. Мне же эта поездка запомнилась тем, что я весь вечер этого дня (и утро следующего!) катался верхом на лошади по всем лесным дорогам и просекам в округе. Впервые сел на лошадь, а лет мне  было, наверное,  семь-восемь. Вот совсем плохо помню детство – почти шестьдесят лет прошло, чего ждать-то – а эти «покатушки» без седла и стремян по глухим тропам и лесным просекам накрепко врезались в память. Как ещё не заблудился тогда, а ведь уезжал далеко, на километр, наверное,  и более. Так это было интересно, что и страха никакого не было. «Ты только маме не говори, ладно… - сказал тогда отец на обратном пути домой на следующий день, - а то ругаться будет…» Мне что, я не сказал. Мама и так ругалась – малины мы привезли ровно пол-литровую банку… 
…Вот и Караидель, подъезжаем. Теперь хорошо, несколько лет, как через Уфимку построен здесь современный большой мост, а ведь вроде бы ещё совсем недавно здесь через реку на пароме переплавлялись. Помню, в 1991 году, в августе, ездили мы  вчетвером с товарищем своим Маратом и жёнами на две ночи в Караяр, в устье Юрюзани. Оставили там свой «Запорожец» на стоянке у каких-то туристов, на берегу обосновавшихся, а сами на двух лодках, двухместной резиновой и складной одноместной алюминиевой – сплавились на пару километров вниз по водохранилищу. Оно здесь широченное. И когда из-за поворота навстречу вдруг быстрым ходом вышла «Заря» - широкомордный глиссирующий речной теплоход, совершавший тогда регулярные рейсы между Караиделью и Уфой – стало как-то не по себе. Всё дело было в волне, которую поднимал этот монстр речных перевозок – она была просто огромной по высоте. Мы же с женой сидели в одноместной металлической лодке, просевшей в воду до самых краёв под нашим весом, да и вещей тоже много было с собой. Захлестни волной лодку – всё, тут же она на дно, а нам (в одежде!) плыть до берега не меньше, чем с полкилометра. Всё же хватило понятия быстро стать носом к набежавшей тут же  волне. И пока несколько секунд нас мотало то вверх, то вниз – реально было жутковато, ведь не приходилось в таких ситуациях раньше бывать. Но обошлось. Вздохнули облегчённо… поплыли дальше. Вот тогда, кстати, и состоялось моё первое знакомство с Юрюзанью. Ан, нет! Раньше всё случилось. Еще будучи в неженатом состоянии, где-то в середине восьмидесятых, сманивал я своих друзей-товарищей устроить сплав по этой реке, но ничего из этой затеи не вышло, хотя вроде бы никто и против особо не был. Сплав мы тогда устроили – в июне 1986 года – но уже по другим рекам, Зилиму и Белой, целую неделю плыли до Уфы на двух резиновых лодках, больше 130 километров прошли. А вот по Юрюзани не удалось. Зато спустя три года удалось прокатиться по дороге, которая тянется почти вдоль  всего участка этой реки, пробившей здесь себе глубокую долину среди  Уфимского плато. Мой  товарищ Марат работал тогда водителем на бензовозе ЗИЛ-131 в Уфе и обслуживал как раз какой-то из участков где-то на этой реке, где их организация что-то строила – возил туда дизтопливо. Вот  я с ним тогда в один из рейсов и поехал. Докуда доехали, как далеко по реке поднялись – не скажу, но ехали долго, ночевали там где-то даже. Помню проезжали несколько деревень, даже один длинный подвесной мост на тросах видели. Кругом вдоль дороги – хвойный лес, ничего другого, ни полей, ни перелесков, сплошная стена из елей, так и тянется, нигде не прерываясь.  И река – то ближе к дороге, то дальше, то опять ближе – быстрая, широкая Юрюзань. Вот с тех пор и хотелось побывать на ней, порыбачить, разжечь костёр на её берегу, поплавать в её чистых водах, увидеть своими глазами Сабакай-таш, знаменитую скалу, объявленную памятником природы нашей республики, другие красивые места, которых здесь немало. И вот – едем! И самое дорогое для меня то, что, как  и в тридцать лет раньше, так и в шестьдесят с лишним сейчас – не стало у меня к жизни интереса меньше, так же манит дорога, так же влечёт любопытство в «дальние края», так же процесс важнее результата. И только теперь становится понятным до конца ставшее теперь популярным выражение «У самурая нет цели, есть только путь…». Ну, вот, дописался, однако…
Итак, переезжаем мост и едем по новой дороге. Следующий населённый пункт – Тастуба. До неё семьдесят с лишним километров и на всём протяжении этой лесной дороги ни одного населённого пункта больше не будет. Дорога эта полностью пересекает здесь поперёк Уфимское плато.  Что приятно удивило – асфальт, которого раньше здесь не было. Раньше была только гравийка, и этот семидесятикилометровый путь с неменяющимся абсолютно пейзажем по обеим сторонам дороги – только лес и лес – был довольно утомительным. Сейчас же – отличная дорога, причём на большом её протяжении устроены за обочинами даже высокие заборы из сетки для того, чтобы животные не могли здесь перебегать через дорогу, создавая опасность столкновения с автомашиной. Очень полезные нововведения, таких ещё видеть не приходилось.  Да и движение стало гораздо более оживлённым, чем в старое время, пока  асфальта здесь не было.
От Тастубы сворачиваем  направо – на Дуван. Уфимское плато здесь закончилось, леса больше нет, начинается Приайская равнина. В ту сторону ездить ещё не приходилось. Налево – в сторону Красноуфимска – ездил пару раз, а вот в другую сторону, вниз вдоль восточной границы Уфимского плато – еду впервые. Ну,  что, прибавим газу?
Машина загружена полностью, нас пять человек, да и весом многих Бог не обидел. Плюс полный бак бензина, битком забитый багажник внутри да и верхний тоже – люблю,  когда в поездке есть с собой всё – складная мебель для бивака и ночёвки, палатка, тент-«маркиза» к машине, лодка резиновая, посуда костровая и обеденная, запасная одежда, запчасти и инструмент для, не дай Бог, полевого ремонта, само собой всякие мелочи – фонарики, топор, лопата, пила и ручная, и аккумуляторная, запас бензина, масла, воды, тосола, газовый пятилитровый баллон с плиткой, продукты, само собой – так вес и набирается. А куда деваться? Есть и лебёдка с якорем и съёмным блоком, и много чего ещё. Налегке, конечно, кататься удобнее, но в нашем случае лишнего ничего быть не может. Так что – всё с собой, всё, что может пригодится в пути, абсолютно всё. Ничего, машина вывезет, хоть и считается, что мотор у неё откровенно слабоват. Не знаю, мне лично хватает и такой мощности. А для предельных случаев, крутых затяжных подъёмов – есть у неё, как и положено иметь внедорожнику, пониженная передача. Десятки раз выручала  нас «понижайка». Ведь не только по асфальту, да даже и просто вообще без дорог – приходилось ездить. Вот тут уж не раз добрым словом помянешь конструкторов этой машины, заложившей в её основу почти пятьдесят лет назад главное – простоту, функциональность, надёжность, ремонтопригодность даже в полевых условиях. А удобство и комфорт «Ш-нивы» по сравнению со своей предшественницей трёхдверной «Нивой» - очень значительны. Люблю я свой автомобиль! Лично для меня нет ему замены, потому, что автомобиля с такими характеристиками просто больше нет среди отечественных машин. Иномарки? Там есть, конечно, да. Но мне ли, пенсионеру с соответствующими доходами, думать об иномарках? В мыслях не было никогда. Даже если и приведёт Бог иметь другую машину – это будет только «Ш-нива», только этот автомобиль для меня является эталоном среди машин – недорогая в обслуживании, проходимая, надёжная, комфортная. Если кто и покривится, услышав о «комфорте» этой машины, могу сказать, что моим первым автомобилем был «Запорожец», вторым…  тоже «Запорожец». В общей сложности я проездил на этих машинах двенадцать лет и не скажу о них ни одного худого  слова – хорошие были машины. Потом у меня были хороший «УАЗ-буханка», отличная «Волга» ГАЗ-31029, незаменимый  «Москвич»-пирожок, прекрасная «девятка» ВАЗ-21093 и замечательная «семёрка» ВАЗ-2107. Ну, и вот теперь – «Ш-нива». Она лучше всех предыдущих по всем качествам и надеюсь, что я накатаю на ней ещё не одну сотню тысяч километров. В том числе – и в наших семейных маленьких и больших поездках выходного дня…
Пишу, пишу, а о цели нашего сегодняшнего путешествия так пока ничего и не сообщил читателю. Ну, ладно, извините – сейчас всё по полочкам разложу о намерениях сегодняшнего и завтрашнего дней. Намерения серьёзные, а уж как получится их реализовать – Бог весть. Нельзя быть никогда ни в чём уверенным – как уж получится, так и получится. Как говорили древние, которые явно были мудрее нас – «Делай, что должно, и будь, что будет…» Я вообще люблю всякие поговорки, пословицы и афоризмы, много их знаю, часто сверяю свою жизнь с многовековой мудростью их выражений и высказываний – и всегда убеждаюсь в правоте всех этих лаконичных и ёмких в своей простоте утверждений. Ну, и вставлять некоторые из них в своё повествование - тоже считаю не лишним. Уж привыкай, читатель, их ещё немало прочтёшь ты в этой книге…
Итак, о планах. Сейчас мы едем вдоль границы Уфимского плато (которое очень хорошо просматривается – сплошная стена леса с той стороны) на юг через Дуван к Месягутово – районному центру Дуванского района. Здесь нас интересует в первую очередь побывать возле самого известного места на Юрюзани в этих краях – скалы Сабакай, памятника природы Башкортостана. Далее, вернувшись из лесной глуши обратно в «цивилизацию», заехать в Янган-тау, посетить источник Кургазак и ехать дальше – в Малояз, это районный центр Салаватского района. После ознакомления с достопримечательностями это села путь будет опять же далее на юг, почти до границы с Челябинской  областью. Есть там недалеко от Кропачёво  деревня Идрисово, а  рядом, в нескольких километрах,  находится на берегу Юрюзани знаменитая скала Киссяташ с пещерой на сорокаметровой высоте, в которой, по преданию, скрывался Салават Юлаев. Эта скала – памятник природы, и, в отличии от Сабакая, добраться до которого не так просто – доступна для всех желающих там побывать, так что народу там всегда много, даже на экскурсионных автобусах людей привозят. Вот эта скала и будет нашей конечной точкой маршрута. А после надо будет найти где-нибудь на берегу Юрюзани спокойное и безлюдное место, переночевать там, порыбачить и вечером, и утром – и в обратный путь. Кстати, о рыбалке. Удочки в наших путешествиях всегда с собой, это своеобразный даже «рыболовный туризм», когда с каждой поездки записываешь в свой актив всё новые реки и озёра, как большие, всем известные, так и малые, встречающиеся на пути. Из больших рек пока не удалось порыбачить только на Инзере и Симе, хотя рядом с ними бывать приходилось, проплывали мы мимо места, где они впадают в Белую, жаль, что не сделали остановки. Но, ладно, ещё, может быть, и побываю в тех местах… Что меня радует – сын тоже увлёкся рыбалкой. Я же сам с детства являюсь приверженцем этого замечательного занятия, а это уже заслуга моего старшего брата Виктора, который с пятилетнего возраста начал брать меня на свои рыбалки. Его же в своё время – тоже ребёнком – пристрастил к рыбалке наш дед Кузьма Сергеевич Легостаев. Вот такая преемственность…
На Сабакай два пути – через село Михайловка, хуторок Игнашкино и урочище Кошелёвка, это первый путь. И второй – через Мечетлино, Аркаулово, Таймеево, Урмантау и Ташаулово. Так вот – о первом пути забудьте, как будто его и нет вовсе. Нет, если бы второй дороги не было – деваться некуда, можно было бы и через Михайловку ездить. Всё в сравнении познаётся, а поскольку мы заезжали по первому пути, а выезжали по второму – сравнивать можем. И есть тут один очень интересный момент, на который бы захотелось обратить внимание – и красоты Сабакая и Юрюзани здесь совершенно ни при чём…
Итак, проехали Дуван, едем в сторону Месягутово. Трасса отличная, справа вдалеке  тянется вдоль всей дороги сплошная стена леса Уфимского плато,   а слева бескрайние просторы полей и перелесков – там всё, как и у нас. Как ехать на Сабакай, где сворачивать с трассы – понятий точных нет, хотя ориентиры более-менее известны. И вот удача! Не успели и двадцати километров отъехать от Дувана, смотрим, указатель справа стоит – «Сабакай, пещеры – 32 км». И указатель такой, какие ставят для проезда к различным достопримечательностям – на коричневом фоне белые буквы. Все их, наверное, видели, сейчас их на дорогах немало. Вот я даже и фотографию поставил для наглядности – посмотрите, мол, как о нашем брате туристе заботятся – не проехали бы, бедолаги, мимо. Эх, знать бы, чем такая мнимая «забота» обернётся для нас далее – отвернулся бы я загодя от этой таблички, да прибавил бы газу, да быстрей бы отсюда, быстрей. И вас, кто, может быть, будет ехать мимо да захочет взглянуть на красоты Юрюзани в девственных местах Уфимского плато – не ведитесь на эту «заботу» неведомых организаторов самодеятельного туризма, проезжайте мимо. Как говорили раньше, они… «на слепых столбы наводят», а попросту – сбивают людей с толку. И сейчас я это вполне аргументированно докажу. Ну, а тогда, увидев этот указатель… тогда мы радостно свернули направо на отличную, прямую, как стрела, асфальтовую дорожку – есть ориентир! Знаем, куда теперь ехать! Вперёд, к Сабакаю! Спасибо, спасибо, мы вам очень благодарны…
До Михайловки был асфальт, дальше до Игнашкино – грунтовка, но хорошая, поднятая. За Игнашкино начинались леса Уфимского плато, дорога как-то всё больше и больше сужалась, скукоживалась, а вскоре превратилась вообще в узкую одноколейку и добравшись до долины речки Кошелёвки круто пошла вниз. Под колёсами – камень, по сторонам – лес. Всё хорошо, кроме одного, попадись встречная машина – не разъехаться. И тянется, и тянется этот бесконечный спуск, и тянется, и тянется – и нет ему конца. Скорость, конечно, минимальная, да и на тормозах всё время – ну, они и задымились, ступицы потрогал – чуть  пальцы не обжег! Настроение подпортилось малость, но постояли, тормоза охладились, дальше вниз едем, теперь уже на пониженной передаче, стараясь больше двигателем тормозить, а на тормоза нажимать пореже. Не скажу какой перепад высот был на этом пятикилометровом спуске к урочищу Кошелёвка, но явно не только сотня метров, а больше, гораздо больше. Но вот, наконец, и  Кошелёвка! Кстати, знаете, что означает слово «урочище»? Это место, где раньше было селение, а потом оно исчезло. Например, на военных картах место на Втором Иняке, где раньше был Марий-Олык, тоже так обозначено – «урочище Марий-Олык». Это я для мишкинских читателей поясняю, кому и предназначается эта книга в первую очередь – ну, а другие, кому это читать доведётся, про Второй Иняк, конечно, не слышали, да и ладно, это не главное…
Селение Кошелёвка стояло на левом берегу одноименной речки. Увы, дорога дальше шла по противоположному берегу, моста здесь, надо полагать, отродясь не бывало, так что впереди был брод шириной метров двадцать пять, если не больше. И на первый взгляд – не сказать, что мелкий. Не люблю я броды, ничего доброго от них машине нет, а проблемы могут быть, начиная от того, что посреди брода можно застрять, заглохнуть – но это всё в моменте, но есть и другое, в перспективе возможное – вода, попавшая в машине туда, где её быть не должно по определению – начнёт своё дело делать, в разы уменьшая ресурс некоторых узлов. Да, кроме того, не зная «фарватера» такого длинного брода, можно просто и в какую-нибудь яму «ухнуть» - в общем, броду я не порадовался, а женская половина экипажа даже  слегка и запаниковала. Но что делать? Не возвращаться же. Бословясь, как любила говорить моя мама – поехали…
Первые метры тревог не вызвали – дно крепкое, каменное, застрять здесь не получится даже при желании. А вот глубина… машина всё больше и больше уходила в воду. Да, господи! Не так, что ли, едем-то, туда ли? Может не напрямую, а крюком как-то надо было? Поздно думать, теперь только вперёд! Глушитель давно уже под водой, от этого звук работающего мотора не привычно ровно гудящий, а гулко булькающий, что ещё добавляет напряжения в мыслях. Радует одно – глубже уже не становится! И вот уже берег всё ближе, ближе – выехали! Уф! Какое облегчение! Ну, дальше, дальше, скоро, наверное, и Юрюзань будет, сколько можно плутать-то здесь…
Но, оказалось, до реки ещё было не близко. За бродом дорога потянулась по правому берегу Кошелёвки - то приближаясь к речке вплотную, то отдалясь от неё в сторону, но не надолго. Да и не дорога эта была вовсе, а колеи в траве, которые иногда проваливались в сырые места с лужами, потом, снова выбираясь на сухое, раздваивались, уходили в стороны, вновь соединялись. Даже блокировку между мостами пришлось включить – настолько было сыро. На «пузотёрке» же проехать здесь и думать нечего. В сухое время, наверное, можно, от погоды зависит. Но тогда было сыро, дожди прошли накануне.  В общем, едем, а куда приедем – Бог весть.  Вокруг – лес на холмах, никакого горизонта, конечно, не видно, только если вперед, вдоль речки смотреть, то ещё есть перспектива, а в бока далеко не видно, только лес, забирающийся полого вверх по склонам холмов. И ни одной машины за весь путь от Михайловки – ни встречной, ни попутной. С одной стороны, я люблю места глухие, безлюдные, где ещё можно ощущать себя наедине с природой, с другой стороны, случись что – помочь некому будет. Связи здесь, само собой, и близко нет. Ладно, прочь грустные мысли – затем ведь и едем, за приключениями…
Пять километров ехали по узкой долине Кошелёвки не менее получаса – вот какая дорога! – а дальше, батюшки! – опять брод, будь он неладен, да ещё и пошире первого, все тридцать метров с лишним. Понятно, дело к устью, речка шире становится, глубже – но это совсем не обрадовало. Но сулило надежду другое – развилка у брода была. Одна дорожка перебегала через речку и шла далее уже по левому берегу, а небольшая, но хорошо убитая колея вела по этому берегу дальше – не поехать ли по нему? Может, без брода обойдёмся, может быть Сабакай там? Поехали. Но уже через триста метров упёрлись в крепкие ворота в заборе, что глухо перекрывал здесь весь проезд от самого берега реки и до леса, место тут между ними было неширокое, метров двадцать пять, не больше. Всё, нет проезда дальше! Перед воротами сидел большой пёс и равнодушно смотрел в сторону, демонстративно нас не замечая. За ограждением явно были какие-то постройки, но что конкретно здесь находилось, так и осталось для нас загадкой. Уже разворачиваясь, чтобы ехать обратно, заметил краем глаза на заборе белый большой череп какого-то животного с рогами – коровы, наверное. Вот так номер! Сразу вспомнилось, что у древних славян были такие привычки – коровьи и другие черепа скотины на заборы вывешивать в качестве оберега. Вот и здесь такие романтики, видимо, хозяйствуют. Может, ферма у них там какая или пасека. Впрочем, дело не наше. А вот уже и снова окаянный брод, и хочешь-не хочешь, а в воду надо снова заезжать – и опять без гарантированного успеха на благополучный исход. Но несмотря на то, что брод здесь был шире первого, глубже его он не был – проехали, хоть и снова с опаской. Ну, что там нам дальше дорога приготовила, где же Юрюзань-то, когда появится, скоро уж, наверное. Настроение приподнятое, как бывает всегда при близком конце намеченного пути, но заботит одно – меня, по крайней мере – а ведь ещё и обратно отсюда выбираться надо будет как-то. Такого глухого и труднодоступного места, как в этот раз, нам в поездках ещё не попадалось, даже когда на старом участке Транссиба заброшенные железнодорожные мосты-виадуки искали в Пермском крае и Свердловской области годом ранее. Но Бог не выдаст, комар не съест, как говорят нынешние туристы, переделав под реалии своего бытия известную поговорку – как заехали, так и выедем! А теперь – к Сабакаю!
От брода до Юрюзани было ещё три-четыре километра – вот и она! А вот слева и огромный массив Сабакай-таша и каменный  ровный, но узкий, проезд под всей подошвой этой длинной скалы вдоль реки далее. Ну, пора и остановиться, приехали. Чтобы не оставлять машину посреди проезда – а вдруг ещё кто появится? – как-то боком  загнал её под самый край в кусты. Ну, вот теперь можно и осмотреться…
Сначала несколько данных об этом месте, взятых из академических источников: «Сабакай — комплексный памятник природы, представляющий собой систему пещер в скале Сабакай, расположенной на юго-восточной окраине Уфимского плато на правом берегу реки Юрюзань. Включён в список памятников природы с 1965 года. Скала поднимается на 90 метров над долиной, образуя отвесный обрыв. Её верхняя часть плавно переходит в утёс, создавая впечатление массивного замка, а тёмные входы в пещеры выглядят как бойницы.  Скала представляет собой крутой двуступенчатый обрыв высотой около 70 м, сложенный известняками артинского яруса. В скале расположены три пещеры: Сабакаевская 1-я — самая крупная, длиной 146 метров, образована по трещине разлома в наклонно залегающих пластах. Вход в пещеру узкий, но далее расширяется, образуя зал высотой до 2 метров. Зимой на стенах появляются ледяные образования. Сабакаевская 2-я — длиной 28 метров. Сабакаевская 3-я — длиной 17 метров. Пещеры расположены на высоте около 40 метров над уровнем реки Юрюзань и имеют геологическую, спелеологическую и археологическую ценность…» И вот ещё из интересного об этом месте: «Уфимский филиал «Российской газеты» включил скалу Сабакай в список "30 уникальных мест Башкортостана" и собрал несколько преданий, связанных с этим местом. Одна из легенд гласит, что завоеватель Тамерлан спрятал на горе свои сокровища. Несмотря на многочисленные поиски, клады пока не были найдены, но местные жители продолжают верить в их существование. Другая легенда рассказывает, что в этих местах скрывался Салават Юлаев от преследовавших его правительственных войск. Согласно преданию, он спрыгнул со скалы в реку Юрюзань и уплыл вниз по течению, избежав поимки…»
Итак, мы на месте. Вот она – эта знаменитая скала, впервые о существовании которой я узнал, ещё учась в седьмом классе. Той зимой 1974 года старший брат Виктор, к тому времени уже известный турист, побывавший и в Саянах, и на Северном Урале, и на Тянь-Шане в составе студенческих туристических команд, подарил мне путеводитель «Башкирия», который я зачитал тогда от корки и до корки, причём и не по одному разу. Эта книга и сейчас занимает в моей домашней библиотеке самое почётное место, а тогда она стала настоящим кладезем знаний о природе нашего края, о его достопримечательностях, о реках и озёрах, о горах Южного Урала, о скалах и хребтах, о таёжных массивах северо-востока республики, о Зауралье – всё было в этой замечательной книге. Вот она-то ещё тогда – да и пример брата, бывшего для меня непререкаемым авторитетом – вот эти две составляющие и стали решающим фактором, пробудившим во мне интерес к туризму, путешествиям, стремлению к познанию новых мест, которое я пронёс через всю жизнь и интерес к которому не угас и сейчас, уже в достаточно зрелом возрасте. Было бы здоровье, а интересных мест, как в нашей Башкирии, так и по округе – и особенно в любимом уже для таких поездок в Пермском крае – ещё много…
Прогуливаемся у подножия скалы, осваиваемся. Оно длинное, метров четыреста, а может и больше. Где повыше, где пониже, где вообще низко к реке. Во время высокой воды здесь, наверняка, заливает, но сейчас проехать можно полностью вдоль всего подножия. А вот и небольшой грот-пещера встретилась на пути. Хочется забраться наверх, наверняка здесь где-то по боковым склонам скалы есть тропы для этого – но жена ни в какую не пустила, ну, не ссориться же из-за этого. Хотя я высоты не боюсь, смотровые площадки на скалах очень люблю и когда есть такая возможность туда забраться – обязательно это делаю. Но сейчас  времени уже маловато – идёт вторая половина дня, а программа у нас ещё большая, ехать ещё далеко, да и выбираться отсюда до трассы ещё тоже неизвестно сколько времени уйдёт.
Прошли вдоль всего подножия скалы, за которой река делает поворот. На берегу большая поляна со следами бывших тут стоянок. Много утоптано колёсами травы, есть несколько обложенных камнями кострищ – люди здесь бывают, видать, сегодня только никого. А место хорошее для стоянки, мусора нет вообще, есть, где порыбачить, и прекрасно отсюда смотрится сама скала – полностью во всей своей красе. Именно отсюда только можно сделать красивые фотографии, показывающую всю скалу, а не только её фрагменты. Сделать здесь групповое фото на фоне этого величественного зрелища просто необходимо, чем и занялись. Да не остаться ли здесь на ночь? Порыбачить, вон сколько мест на берегу  притоптано и рогульки стоят даже – видно, рыба есть. Да и на лодке можно покататься, с неё покидать спиннингом блесёнки на окуня, голавля, щучку. Течение, правда, сильное – для рыбалки это не очень хорошо. Вот для сплава – да! Но, кстати, нет на реке никого – ни одной лодки или катамарана с туристами. А всё потому, что дальше, до самого устья реки – а это 130 километров – сойти с маршрута будет негде. Поэтому по Юрюзани больше популярны для сплавов участки гораздо выше – на горной части Челябинской области и на равнинной части нашей республики, а не здесь, где река течёт по Уфимскому плато. Там и подъезды везде к реке есть, можно запланировать протяженность маршрута любой длины – хоть в двадцать километров, хоть в семьдесят. То, что там туристов-водников очень много, мы убедились в тот же день, когда устроились на ночёвку на берегу Юрюзани в километре выше от скалы Киссяташ. Только за пару часов до заката солнца мимо нас проплыло больше двадцати различных плавсредств – от резиновых плотов и лодок до катамаранов и байдарок. Последней, уже в сгущавшихся  сумерках, проплыла в резиновой лодке пожилая женщина с белой собакой – признаться, я был удивлён. Вот, что значит настоящая тяга к перемене мест, вот пример неуёмной страсти к путешествиям! На вид ей было лет семьдесят, а может и больше, и она не просто сидела в лодке, как прочие, проплывавшие здесь ранее, отдавшиеся воле быстрого течения – но и усиленно гребла вёслами. Над лодкой на длинном удилище был поднят маленький треугольный красный вымпел, трепетавший в лёгком ветерке, всё никак не утихавшим, несмотря на вечер. Гордо проплыв мимо, не удостоив нас даже малейшим вниманием ни она, ни собака – так и скрылись за поворотом. Впрочем, я забежал вперёд. Вернёмся к Сабакаю – до ночёвки на берегу Юрюзани ещё очень  далеко и в километрах, и в часах…
Вот ещё интересный факт об этих местах вспомнился – а здесь ведь проходили и съёмки знаменитого советского телесериала «Вечный зов». Звенигора из фильма – это самый Сабакай и есть, а Юрюзань там названа Громотухой. Да, с историей место, с историей! Таких мест не так много – чтобы и красиво было, чтобы и история была у места, да чтобы ещё не очень доступно было, не совсем проходным двором оно являлось, чтобы потрудиться ещё надо было, чтобы попасть туда. Вот Сабакай как раз из таких и есть. И древние люди в его пещерах жили тысячи лет назад, что учёными уже доказано, и с именем Салавата Юлаева – и даже Тамерлана, чего уж вовсе не ожидал! – место связано, и фильм даже знаменитый в этих краях снимали. Да и вообще – это самое высокое место на Юрюзани, самая высокая и массивная скала – девяносто метров от уровня реки! Это высота сорокаэтажного дома, если что.
Ну, вот, сбылась мечта… Сколько лет думалось, мечталось, планировалось – и вот сбылось! Побывали! По окрестностям походили, видами реки и окружающей местности полюбовались, фотографии сделали, пообедали - ну, что же, пора дальше ехать? Давай, команда, загружайся…
Выезжать решили по другой дороге – через Ташаулово и Урмантау. Дорожка от поляны со следами стоянок машин уходила отсюда в лес, правда тоже сразу же раздваивалась – по какой же ехать? Логическим путём вывел, что можно хоть как, дальше в лес она не поведёт, там ничего на десятки километров кроме глухой тайги нет, значит, дорожки соединятся и, в любом случае, к Ташаулово выведут. Так и вышло. По лесу ехали недолго, километров пять, дорога была сырой, местами с крутыми провалами и подъёмами, с лужами на дне и боковыми уклонами,  но не буксовали, проходимость у нашей «Шнивки» достойная – а вот уже и просвет между деревьями, вон и домики видны! Выехали! Тут уже пошла хорошая поднятая грунтовка, затем уже и асфальт даже, а через несколько километров после Аркаулово вот и перекрёсток с трассой Красноуфимск-Кропачёво, соединяющей дорогу Пермь-Екатеринбург с трассой М5 Москва-Челябинск. И знаете, что мы обнаружили первым после выезда на трассу? Указатель «Пещеры Сабакай»! Но показывал он не на Аркаулово, откуда мы только что выехали, и дорога через который на Сабакай показалась лёгкой прогулкой по сравнению с первым путём через Михайловку – а показывал он, что надо ехать вперёд 30 с лишним километров и там поворачивать налево, через Михайловку и далее через лес и броды, крутой узкий длинный спуск и сырой лог долины Кошелёвки.  Ну, где логика? Иезуитство какое-то прямо, другого слова и не подберёшь – вместо короткого более лёгкого пути отправить в круговую дорогу на тридцать с лишним километров более длинную, а по сложности просто несопоставимую – это как? Чтобы жизнь мёдом не казалась? Чтобы путешествие надольше запомнилось, ведь что труднее достаётся, то больше ценится? Если так, то всё правильно, конечно…
Следующий пункт остановки – Янгантау. Здесь находится известный санаторий с горячими источниками. Обратимся опять к британским учёным… тьфу ты – к академическим источникам! Вот что об Янгантау сказано: «Янгантау — гора в Салаватском районе Республики Башкортостан, известная термальными явлениями — выходами горячих газов и пара из недр. Название в переводе с башкирского означает «горящая гора». На склонах выходит горячий воздух, насыщенный водяными парами. Температура воздуха — от +37 до +150 градусов, а в пробурённой на глубину 90 метров скважине — достигает 380 градусов. В пределах горы расположено пять участков, в которых из недр выходят горячие газы и пар. Наиболее высокие значения приурочены к южному склону горы, где зимой образуются проталины. Обращённая к реке сторона горы имеет крутой, участками обрывистый склон, спускающийся к самому руслу. Научные исследования горы проводились с XVIII века. Было выдвинуто множество гипотез о природе термальных явлений: подземный пожар от молнии, реакция перехода солей закиси железа в соли окиси, горение малобитуминозных пород, радиоактивное тепло и другое… По наиболее распространённой гипотезе, внутри горы окисляются битуминозные сланцы. От химической реакции выделяется тепло, которое нагревает воду, поднимающуюся затем в виде горячего пара на поверхность горы. С 60-х годов XX века рассматриваются гипотезы о природном ядерном реакторе и редком метеорите, ставшем катализатором термальных процессов…» Вот, значит, как – пока только гипотезы есть, а что там внутри горы горит, до сих пор учёным не ясно. А вот как это явление издревле объясняли коренные жители здешних мест – башкиры. По их преданиям, несколько столетий назад в дерево на вершине горы ударила молния. Дерево полностью сгорело, затем огонь пошёл по корням вглубь горы. С тех пор внутри неё и горит этот неугасающий огонь. Башкиры считали огонь внутри горы священным, божественным…
После Янгантау возвращаемся на трассу и едем дальше. Впрочем, ехать предстояло недолго – уже скоро на пути возник Кургазак, источник знаменитой минеральной воды  - той самой, которую можно приобрести в любом продуктовом магазине. Здесь же она ниспадает широким водопадом на специально оборудованной площадке. Народу, конечно много. Из красочно оформленных  установленных здесь планшетов узнаём, что дебит поднимающийся из недр минеральной воды — 100-125 литров в секунду и поступает она  на поверхность земли из глубины 600-800 метров по тектонически ослабленной зоне Юрюзанского разлома,  относится же к группе «гидрокарбонатных магниево-кальциевых вод, основной ионный состав близок к водам типа «Нафтуся», обладает постоянством температуры (16 °C ± 0,5 °C) в любое время года…» Возле источника расположен придорожный комплекс. Здесь есть гостиница, кафе, мини-маркет. Погуляли по территории источника, посидели на скамеечках, попили минеральной водички, закусили, спустились к навесному мосту через Юрюзань, прошлись и по нему – ну и поехали дальше. Следующая остановка будет у Идрисовской пещеры. Место известное, знаменитое. Одних названий у неё только несколько - (Краснопольская, Киссяташ, Дворец, пещера Салавата (Салауат м;мерй;;е). Находится она на высоте сорока пяти метров в скальном уступе на левом берегу Юрюзани в километре от деревни Идрисово – найти несложно, от деревни ведёт туда хорошая дорога. Народу здесь всегда много, вот и в этот раз вся площадка перед местом, откуда шла тропа к подъему на скалу, была плотно заставлена машинами, среди которых были и четыре экскурсионных автобуса, причём не только с башкирскими и челябинскими номерами, но и с пермскими тоже. На стоянке есть и кемпинг "У пещеры". Стоят и щиты с различной информацией, в том числе есть и  прайс-листы с ценами на различные сплавы и экскурсии, которые отсюда организуются. А перед площадкой на много сотен метров вверх по подъездному пути с обоих сторон дороги плотными рядами стояли легковушки. Ну, что же, пора и нам поглядеть, что это за пещера такая, что сюда столько людей стремятся…
Подъём на скалу довольно крут. Не все из нашей команды решились испытать себя – трое остались внизу. Уговаривать не стал – каждый должен сам соизмерять свои возможности. А людей на тропе – как на бульваре перед кинотеатром. Половина взбирается вверх, то и дело останавливаясь и отдыхая, вторая половина не спеша, держась за ветки деревьев, аккуратно, короткими шажками спускается вниз. Торопиться нельзя. Под ногами камень, причём лежащий уступами, напоминающий местами ступени. Запнуться о них да полететь вниз – запросто. Так что осторожность и осторожность, иначе здесь никак. Народу здесь много ещё и потому, что внизу на реке оборудована стоянка для туристов-водников, в программу сплавов которых входит посещение этой пещеры. Ну, это для организованных туристов. Но и самодеятельные, надо полагать, тоже мимо не проплывут, обязательно поднимутся на скалу – как такое пропустить? Катамаранов и плотов, кстати, очень много у берега. И выше по реке видно, как подплывают и другие – очень, очень много различных плавсредств. Тут, похоже, и конечная остановка для некоторых плановых маршрутов, автобусы, наверное, поэтому здесь и стоят, за туристами, маршрут закончившими, приехали. А другие, может быть, привезли тех, кто отсюда только поплывёт…
Вот и пещера! Да, стоило сюда залезть, стоило – вид на долину Юрюзани, быстро несущей свои воды далеко внизу среди берегов, заросших густым лесом, просто великолепен! Приведу, кстати, пока не забыл, цифры - длина пещеры 93 метра, ширина 3,8 метра, высота 2,6 метра. У пещеры два выхода на своеобразную террасу, соединённые узкой каменной перегородкой. Когда народу много, то образуется целая очередь из желающих сделать сэлфи на фоне обрамления пещеры и долины Юрюзани за ней. Не отказали себе в таком удовольствии и мы. Вообще, я высоту люблю. А уж если с той высоты и такие виды замечательные открываются – то и спускаться обратно совсем не хочется. Пещера эта тоже с историей – и наскальные рисунки древних людей в ней были в начале двадцатого века обнаружены, и с именем Салавата Юлаева она связана, якобы, он здесь скрывался после разгрома крестьянской армии Емельяна Ивановича Пугачёва, сподвижником которого являлся. Так это или нет – судить трудно, впрочем, всё могло быть. Но что точно, так это то, что эта пещера признана самой красивой из всех, находящихся на территории Башкортостана…
Ну, всё, программа дня успешно выполнена, дело идёт к вечеру, надо искать место для ночлега – а это не так просто. Нужен подъезд к берегу реки, а его ещё надо найти, здесь в округе они полностью заросли лесом, со скалы это было хорошо видно.
Возвращаемся в Идрисово и по первой же попавшейся на глаза полевой дорожке, а вернее, просто по колее среди травы, сворачиваем на восток, в сторону реки – должна же эта дорога нас куда-нибудь нас привести?  Едем среди редкого берёзового леса, напоминающего наши караидельские рощи, куда часто летом ездим за белым грибом, потом по большой поляне, потом опять лес. Внушает оптимизма то, что вместе с нами в ту же сторону едут ещё два автомобиля – один далеко спереди, а один сбоку, метрах в пятидесяти, тоже по такой же укатанной среди поляны колее. Ну, они-то, наверное, знают, куда едут – к реке? Куда тут ещё ехать-то? Едем дальше, сомнений всё меньше, уверенности всё больше.
И не подвела надежда – вот и Юрюзань! Длинная изогнутая долина её с противоположным, заросшим лесом берегом, открылась перед глазами сразу, как только вынырнули мы из очередного берёзового колка. Тут же дорожка пошла круто вниз, к реке, излучина которой на целый километр здесь была свободна от леса – вставай хоть где. Напротив, по тому берегу, стеной стоял густой лес по высоким склонам холмов, местами обрывавшихся к реке красивыми срезами скал. Вот напротив одной из таких скал, как потом выяснилось носившее имя Голубиная – мы и встали. Вот тут и будет наш лагерь, вот здесь и заночуем, место – отличное! Река, скалы, лес на том берегу, а вокруг – простор полный. Берег, ближе к реке, засыпан мелким камнем, а дальше – ровный своеобразный газончик, никакого бурьяна по пояс, что давно стало привычной картиной – в наших краях, по крайней мере. Скотины нет, траву на сено не косят, табуны, как раньше, не пасут – вот и лезет дурная трава просто стеной. А здесь, видимо, скотина есть, это она, как газонокосилкой, своими зубами ежедневно подъедая её, не даёт вставать выше… Ну, пора и палатку ставить, тент устанавливать, обустраивать лагерь, готовить ужин, да и порыбачить не грех. По реке, кстати, плывут и плывут туристы – на чём только не плывут. И на берегу у нас тоже есть соседи – метрах в двухстах ниже, под высокими деревьями, стоят две машины, палатки тоже там установлены, дымок тянется оттуда, шашлычком пахнет. А выше, тоже метров на двести, люди купаются, видимо местные приехали вечер провести, там тоже пара машин, кое-кто и рыбачит, забредя чуть ли не на середину реки – она здесь неглубокая. В общем, места много, народу мало, никто никому не мешает, все своими делами заняты – займёмся и мы делом.
Багажник у меня на крыше машины самодельный. Такие багажники называются «экспедиционными». С высокими бортами, с сеткой на дне, с местом под второе запасное колесо. У меня ещё там специально вварены гнёзда для крепления  тента, натягиваемого сбоку машины – хоть с правого, хоть с левого. С тентом как-то уютнее, да и тень даёт в солнечный день, а в дождь тоже польза от него есть. Натягиваем тент, ставим палатку, расставляем стол, стулья, устанавливаем газовую плитку – всё, остальное дело женской половины команды, мы же с сыном берём спиннинги – и на реку…
А туристы всё плывут и плывут. Такой контраст по сравнению с Сабакаем, там за три часа не проплыло мимо никого, ни одного человека. Вот где настоящее уединение, вот где можно почувствовать себя в полной гармонии с природой! Впрочем, и здесь неплохо. Ни шума, ни громкой музыки ниоткуда – ни с проплывающих мимо лодок, ни от расположившихся на берегу людей. Шум только от реки – течение сильное, дно до середины мелкое, камни есть, буруны от них, гребни, покрытые пеной – журчит вода, плещутся волны, глухо рокочет река, не прерываясь ни на минуту. Шум текущей воды – что может быть приятней для слуха человека, любящего общение с природой? Только если к нему добавить ещё треск отлетающих от костра искр, пение птиц, безмолвную музыку звёзд, ярко блестевших в черной бездне ночного неба… Но ночь ещё впереди, как и костёр, без которого, конечно, романтика нахождения в полевом лагере будет не полной. А пока – ужин…
Что можно сварить на берегу реки, где собрался провести ночь? Конечно, уху, скажет читатель, который, в большинстве своём, такой же любитель природы, поездок выходного дня, рыбалок, грибной тихой охоты – как и автор. Иначе бы он просто не купил эту книгу. Приветствую тебя, читатель, мы с тобой разные во всём, но одинаковы в одном – вот в таком отношении к природе, к той радости, что даёт человеку общение с ней.  Приветствую тебя с берега Юрюзани в тот час, когда солнце уже скрылось за опушкой берёзовой рощи, но сумерек ещё не наступило, день ещё светел, хотя приближение ночи чувствуется уже во всём, и главное – в быстро наступающей прохладе, в холодке, потянувшем от реки, чего ещё не было и полчаса назад. Проплыли по реке уже последние туристы, вон и та женщина с белой собакой тоже скрылась за поворотом, уехали местные, купавшиеся в речке ещё полчаса назад, нет больше никого в округе, кроме тех машин, что стоят под высокими осокорями вдалеке от нас. Тихо… Только шум реки, только быстрое журчание волн, только резкие всплески какой-то крупной рыбы, время от времени бьющей по поверхности воды своим мощным хвостом…
Вернёмся к ужину. С ухой ничего не вышло, хорошей рыбы мы не поймали, а мелочь отпускали. Никого это, впрочем, не расстроило – уху люблю я один. Но ладно – будем варить шулюм! Тоже и вкусно, и горячо, и сытно! А варится просто – в котелок кладутся порезанные на крупные кусочки картофель, а лук, наоборот, цельными головками, потом, по мере их приготовления, запускается либо вермишель, либо какая-нибудь крупа (в нашем сегодняшнем случае – гречневая), а уж перед самым снятием котелка с огня вываливается в него либо банка тушенки, либо рыбных консервов типа сайры в масле. У нас сегодня тушенка. Для домашней кухни это, конечно, не блюдо для семейного ужина, но на природе – в самый раз, только успевай, хозяйка, добавки подливать! Ну, и чай, конечно! Туристу без чая никак нельзя, поколениями  проверено…
Пока поели, прибрали со стола, посуду помыли, мусор в пакет сложили – стало темнеть. И всё больше и больше наползал от реки холод – ночь и по прогнозам обещала быть холодной. У нас  есть несколько тёплых курток, надувной матрас, туристский лежак на ножках, спальный мешок – распределили, кому спать в машине, кому в палатке, натаскали сушняку, которого по берегу было не так много, но всё же было – это для костра, если ночью вдруг станет совсем холодно. Ну и… улеглись. Мы опытные в этих делах, не в таких условиях ещё ночевать приходилось. Ну – спокойной ночи, приятных снов!
Ночь. Тихая звёздная безлунная ночь опустилась на долину реки. Только шумит по-прежнему вода, да ухает время от времени филин на том берегу. И всё холоднее, и холоднее становится, всё холоднее и холоднее. Похоже на то, что температура уже близится к нулю, холод такой, что не больно-то поспишь – так дремота только какая-то. В два часа ночи я не выдержал, вылез из машины (куда тут же из палатки шмыгнула дочь), развёл костёр, пристроился к нему. Хорошо, тепло – но только с одной стороны. Это чувство знакомо каждому, кто хоть раз проводил ночь у костра – спереди жжёт, со спины морозит. Вот и вертишься – то один бок согреешь, то другой. Да ещё и подремать охота – устали ведь за день. Уже за полчаса до того, как стал брезжить наступающий рассвет, из-за скалы на противоположном берегу, встала луна – полная, яркая, сразу изменив вокруг абсолютную темень ночи. И стал наползать от реки туман, постепенно заполняя всю долины реки плотным  белым облаком – уже постепенно рассветало, но кроме  мглы, окруживший наш лагерь со  всех сторон – ничего не видно. Даже реку, до которой и всего-то метров двадцать, не видно, даже машину, до которой и ещё ближе – костёр я развёл не возле неё, а на камнях отмели. Сюрреализм полный, добавляет картину которого и этот неугомонный филин, ухая и ухая, причём, то в одной тональности, то в другой, то в третьей, а время от времени переходя и вообще на какое-то подвывание.  Под эти убаюкивающие звуки – журчанье реки и уханье филина – хорошо дремать у костра, релаксация полная. Окружающего мира просто нет, его не существует, нет никаких забот, никаких проблем, ничего не волнует, кроме холода, который к утру  и не думал сдавать своих позиций, только всё крепчал и крепчал. Да, эта холодная ночь на Юрюзани запомнится надолго, давно я так не мёрз, а про остальных членов команды и говорить нечего – они попали в такой переплёт впервые…
Но всё когда-либо заканчивается, закончилась и эта холодная ночь, несмотря ни на что, оставившая по себе хорошие воспоминания – за этим ведь и ехали! За новыми видами, за новыми впечатлениями, за новыми ощущениями. Вот уже и туман рассеялся, вот уже и солнце пригревать стало – пора завтракать, да сворачивать лагерь, собираться домой.
На обратном пути немного не доезжая до Тастубы случилась неприятность – зашумел подшипник левой полуоси в заднем мосту. Что делать? Возвращаться в Дуван да искать автосервис? Решил – едем дальше. «Авоська» парень добрый, или выучит, или выручит - есть такая пословица.  Меня он не раз выручал, хотя больше проучивал. Но на этот раз обошлось, доехали на «авось», правда подшипник на подъезде к Мишкино уже не только шумел, но даже уже и скрежетал. Какой вывод сделал из этого? Простой - к списку запчастей, которые я всегда вожу с собой в дальнюю  дорогу, добавилась теперь и полуось в сборе, плюс приспособление для её вытаскивания. А что делать? Подшипник полуоси в поле не поменяешь, он «на горячую» напрессовывается, да и старый выбить с полуоси без условий мастерской – та ещё проблема. А полуось в сборе места много не занимает, зато на душе спокойно. О том, какие ещё запчасти и инструмент я вожу с собой для ремонта в полевых условиях, о том чем ещё укомплектована машина для таких поездок  – расскажу в отдельном очерке этой книги. А эту главу заканчиваю – и так большая получилась…
За окном середина марта. Скоро лето, очень скоро. Даст Бог – опять потянет в дорогу, опять на новые места, опять за новыми впечатлениями, за новым опытом. А пока – пишу о прошлых поездках, смотрю фотографии, изучаю карты – планирую новые маршруты…