По волнам памяти. Еравлаш для взрослых 2. История6

            Она будет в продолжении предыдущей истории. У знакомого  вам уже машиниста,  фамилия которого  слишком  известная, чтобы я её сразу назвал, но деваться то мне некуда, и значит, все равно придется сказать - Соколов. А то истории не будет... Так вот у него тоже были свои закидоны!

         И при том  они были необычные, но  вызывающие у всякого человека поначалу как минимум только  удивление и даже смех, если тебя это прямо не затрагивало! А  были они безобидные или безвредные судить  потом может каждый. Конечно,  их было не так много, как допустим у дурака фантиков или махорки, но все же имелись, и их наверно было с лихвой, собственно  как у любого из нас. 

        И не надо прибедняться или перечить, потому как  не на йоту - не вру!
 
         Вот ведь  он не поленился и устроил  же "прикол" Михал Иванычу с «подрывом». И за  это своенравное свое чудачество получил заслуженный  удар коленом  под свой соколовский зад! Не думаю, что после этого остался  довольным, когда вся станция на  все лады смеялась над ним и при этом чуть ли не тыкала носом! Ну да ладно - дело теперь прошлое!

         И кто знает, может быть, этот удар стал черной меткой для Соколова! В конце истории возможно докопаемся и все станет тогда ясно!

       С виду Соколов был крепким мужиком - и на самом деле таковым  являлся, этакий коротыш невысокого роста, но плотный  и с широкими плечами. И нечего греха таить независимо от своей  фигуры и наличие в ней "крепости"  мужики в общежитии  нередко выпивали "горькую" от радости в свои выходные дни.

         А чё собственно еще делать-то?  Когда водка  молочной  рекой по кисельным берегам течет. Это я про магазины, кафе и столовые - водки там было навалом, хоть залейся! Не отставал от других в этом плане и машинист Соколов.
 
         Только вот одна беда была, когда выпьет, начинает бродить  по общежитию, как лунатик. Чего так вдруг, да кто ж сейчас скажет, я и сам не вспомню!  А если вкратце - был слаб на алкоголь, пьянел быстро и сильно разводило прямо на глазах. Потом тут же по пятам начинал клевать носом в какую-нибудь закуску  и, в конце концов, как закономерный результат - засыпал!

          Не правда ли ужасное зрелище, когда из компании один из нас выпадает в осадок. Ладно, хоть буйным не был. А однако набирался  в зюзю, ну прям как представитель некоторых  коренных народов нашего Севера, какие  по слухам быстро пьянеют после приема алкоголя! Как, например: чукчи, якуты или  ненцы. Разумеется  не в обиду им будет сказано!

          Сейчас, даже усиленно вспоминаю, а был ли он действительно или хотя бы приближенно  похож обликом на них или только одна  фамилия  его объединяла с  этими малыми группами населения, ведь брали же они русские фамилии.

         Ни да, ни нет, ни то ни се - не говорю … Это про его корни! Я ведь был на порядок младше и сие  незнакомо как было на самом деле, просто тогда мне было до лампочки!
 
         Зато вот имею дополнительные сведения о нем. Отлично помню, что в разговорах  он картавил, не выговаривал звук «р», но я не могу утверждать, что это есть «прямое преступление» и оно - также присуще  чукчам или якутам.  Но у нас, русских частенько встречаются люди с такими дефектами речи.

         Но ближе уже к делу сам себе  говорю!  Пора наконец раскрыть суть одной важной его особенности!

              Летом из-за жары створки окон в общежитие всегда кто-нибудь открывал для проветривания из благих намерений. Разных запахов на этажах хватало. Порой можно было сойти с ума: тут тебе и запах жареной картошки, и затхлости или сырости, и даже пота, и приятные ароматы - от всевозможных одеколонов и духов до обувного крема, как говориться  всё смешалось в доме Облонских, чем не большущая палитра для картины маслом кисти художника!

         А может, зря разгоняли воздух  и тем самым просто хотели  навредить Соколову?   Ему-то  в нетрезвом состоянии, в котором пребывал,  блудя  по общежитию  в поисках лучшего места, где примоститься,  было все равно, какой воздух: свежий или не очень  - какая разница  под каким спать! Лишь бы откинуться и погрузиться в здоровый сон. Похоже, он только и бредил им, когда выпивал!

             Но народ знал, его не проведешь,  что  этот  парень чистюля, каких белый свет не видал! И хоть был он в состоянии алкогольного опьянения, не мог себе позволить   присесть на ступеньки лестницы или просто на пол, прислонившись спиной к стенке, справедливо считая их грязными,  а вдруг как испачкает свою  пятую точку, по которой некогда коленом получил от Михал Иваныча.

            А потому в подъездах или в коридорах, находил нужное окно  садился на подоконник и тихо засыпал. Спору нет: конечно же, подоконник  был гораздо чище, нежели чем пол и лестница.   

        Но окно же открытое:  одно неверное движение во сне и все капут  мужику        - соколом  лихо полетит вниз и поминай как звали птицу!
         
          С ним неоднократно беседовали. Комендант общежития даже грозила ему, если будет продолжать спать на подоконниках  пожалуется его начальству, сдаст в вытрезвитель  или вообще  к чертовой матери выгонит на улицу из общаги!

        Рисковый парень Соколов, как трезвый все понимал и соглашался, с тем, что спать надо обязательно на кровати, а вот когда был пьяный, обещания свои напрочь забывал … ведь море ему было уже по колено, не до койки!

        Короче неисправим становился, когда принимал на грудь горькую был в своем репертуареи продолжал   будоражить всю общественность общаги: упадет - не упадет!

      Делать нечего и комендантом было запрещено в подъездах и коридорах открывать окна. Все только ради сохранения жизни одного жильца призывала Советская Родина в лице Марьи Ивановны!  Открывать для проветривания можно было только форточки. И  собутыльникам было строго настрого наказано, не выпускать его одного из комнаты, где выпивали, а то мало ли что, а вдруг как сам окно откроет и сиганет вниз!

          А кто в итоге  отвечать будет? - бурчала и дальше продолжала, что конечно же, она - комендант. В гробу бы она видела эти ответы! Но не решетки  же в самом деле  ставить на окна, чаять тут не тюрьма! И дальше шло неукоснительное ее указание: пусть уважаемые товарищи алконавты  сопровождают его под белы ручки
 до комнаты, где он проживал или оставляют спать у себя! И точка. Вот такова была ее позиция по данному вопросу. 

          Естественно такие меры воздействия  и «опекунство» он не приветствовал! Это же диктат и чистый произвол, ограничение прав свободы личности, наконец! Но против коменданта не попрешь, если грозит милицией и обещанием выгнать в три шеи из общаги! А где жить, потом? Вот и урезонила она его своей позицией окончательно!

          «Блин хоть совсем не пей, что за драконовские порядки комендантша навела, совсем старая из ума выжила!»  раздраженно он подумал, сплевывая накопившуюся обиду на нее себе под ноги. 

             Понятно, что жизнь  на этом не закончилась, и  оказалось, что свои привычки уже трудно менять, а вот «знаковые» места оказывается  можно запросто!  Вроде как говорят, рыба ищет, где глубже, а человек где лучше! 

       Вот и Соколов, совершенствуя себя,  стремился к тому месту, где ему будет комфортно когда выпьет. А че хорошая  директива безопасности: сам о себя не побеспокоишься,  кому ты нужен будешь?
 
       В конце концов: не единым же подоконником жив человек!  И тогда он после долгих поисков нашел еще одно уютное местечко, гораздо лучше прежнего,  где можно было смело сидеть и спать! Короче в ус не дуть! Конечно, же это - туалет! И как  теперь с ним стало, если был  в гостях или в компаниях спьяну зайдет туда, закроется, сядет на унитаз с расстегнутыми штанами и радостно засыпает  с думой, что не подвел и не доставил лишних хлопот комендантше. Пусть старая карга радуется и тоже спит спокойно!

        Конечно, теперь появилось неудобство для других, - хрен достучишься, даже пушкой  не разбудишь его, если кому-то вдруг приспичит. И не ломать же дверь! Не тот расклад - дверей не напасешься!  Ладно, если это случалось в общаге, с соседями   можно всегда договориться, чтоб  пустили,  а сложнее было с ним находиться в кафе, там народ ждать не будет, быстро возьмет за шифорот выкинет прочь! 

         А потому ребята прозвали его:  то ли "толчком" или "торчком", а кто-то просто "унитазом"!  Но вот представьте  себе только на минутку, вы с таким выпиваете, а потом он неожиданно прекращает вам доступ в туалет! И что будете радоваться  до ушей? Сомневаюсь! Короче за глаза - Соколова кликали по-разному. Вот и появились такие позорные прозвища!

     А так когда трезвый был: ну просто рубаха-парень! Хоть куда, общительный такой  и свой в доску!
 
     Вот такие странные особенности со сном и пьянкой  были у нашего подрывника!   
      
       Как говориться: не рой яму другому сам в нее попадешь!  Оказывается,  пословица  - не в бровь, а в глаз. Вот, если бы он  прислушался к мудрым пословицам, и  не проводил диверсию  в отношении  нашего Михал  Иваныча, то  естественно не было бы ни какого удара  коленкой под зад, и теперь  не засыпал бы сам на унитазах! Оказывается все взаимосвязано в жизни, люди опасайтесь делать зло другим!