Радиоточка

Это - доработанный рассказ "Радиоточка", пилотный рассказ сборника "Техносфера".

В этом сборнике я представляю идею Техносферы Ливадного, но доработанную под мою философскую теорию отрицания дихотомии "жизнь/техника".





Радиоточка росла медленно. Сначала разветвлённая, похожая на огромную грибницу сеть проникла в новое, только что отстроенное здание гостиницы «Аэлита». Она неслышно, незаметно ползла по этажам, пролезала под стенными панелями из пластика, под полом, в каналах кабелей.

Потом огромный, разветвлённый мозг нашёл номера. Он пробил белёсыми, похожими на корни проводами стены — и начал выращивать на тумбочках и стенах репродукторы.

Маленькие оотеки никто не заметил. Здание стояло на консервации — слишком уж долго тянулась бюрократическая возня.

И никто не заметил то, как хитиновые стенки лопнули под напором целлюлозных коробочек. Внутри уже были готовы коллагеновый кубик, мембрана из кожи, провода из углеродных нанотрубок. В клетках запустился механизм программируемой гибели; корпуса пропитались высококонцентрированным лигнином.

Через день и началась наша история — ведь именно через день Радиоточка начала передачу.

***

— Говорит Общественное Вещание. В эфире аудиокниги.

Монотонный голос диктора наполнил номер. Виталий посмотрел на небольшой прибор из пластика цвета слоновой кости. Корпус имел форму сферы с усечённой верхушкой. Собственно, пластина на ней и являлась регулятором громкости.

«Чего?» — пролетело в голове.

Да — не могло, не могло никак тут появиться проводное радио. Древняя, устаревшая технология…

Виталий подошёл к тумбочке. Да — откуда-то тут всё же взялся этот хлам. Кто-то его принёс, подключил… Но кто!? Непонятно.

— Алло. Да. Приходите. Что? Во всех номерах? Интересно.

Вопросов стало больше. И внезапно они пропали. Пришло озарение.

— Техносферу знаете? Хорошо. Ну вот это и есть она.

***

Игорь осмотрел громкоговоритель. Ничего особенного — модель «шар» высшего класса, одна программа, напряжение — тридцать вольт.

— И вы считаете, что это была Техносфера?

— Да. Как вообще можно было допустить такую ошибку…

Антибиотор посмотрел на администратора.

— Да, знатно облажались. Создали вечную, самоподдерживающуюся и самовосстанавливающуюся систему, которая устарела через полвека. Хотя с работой «БИОТЕХ» справился хорошо. Ладно, идите.

Молодой парень лет двадцати вышел из номера.

«Итак…» — пролетело в голове — «Пора начинать».

Первым делом следовало отключить репродуктор. Вещь полезная, практически вечная. Можно переделать в беспроводную колонку.

Штепсель с трудом вышел из розетки. Штыри блестели чёрным, похожим на стекло материалом — какой-то аллотропной формой углерода.

Игорь вынул из кармана баллончик с ядом. Поднёс к отверстиям, зажал кнопку.

Раздалось глухое шипение. Что-то забурлило, из соседнего номера донёсся крик боли.

«Тут, собственно говоря, всё», — подумал антибиотор.

***

Радиоточка начала восстанавливать Сеть. Давалось это нелегко — слишком много розеток выжгли какой;то отвратительной химией. Да и громкоговорители унесли — придётся отращивать новые.

Но тут встал вопрос. Как, как это сделать? Нужно всё провернуть незаметно…

Она прислушалась. В соседних номерах звучали голоса, шаги, дыхание. Звуки — это данные. Данные — это энергия.

В глубинах сети зародилась новая стратегия.

***

— У нас в номере постоянно играет музыка, которую нельзя отключить.

Мать была расстроена. На её лице читался плохо скрываемый гнев.

— Мы сделаем всё, чтобы вам было удобно и приятно, — администратор что;то написал на листе бумаги.

— И ещё вам положена компенсация от отеля.

***

Да — Радиоточка спрятала динамик за картиной. На этот раз он был выращен из пьезоэлектрической плёнки, закреплённой на целлюлозной раме. Розетки же не было совсем.

Игорь вынул из кармана нож. Пырнул плёнку, схватил край — и вырвал огромный кусок. Следом отломал раму, бросил её на пол. И, словно кладя вишенку на торт, залил ядом белёсые усики проводов.

Но в тот же миг из вентиляционной решётки выскользнули новые отростки. Они потянулись к стене, начали формировать новый узел связи.

***

Отступать не хотелось. Ещё при создании заложили Главную Директиву:

«Ремонтировать любые повреждения на линии».

Но что делать? Что — если в здании каждую неделю ломают Сеть, не дают восстанавливаться? Ответ был где;то неподалёку. Казалось, до него можно протянуть отросток — но…

Вдруг она уловила сигнал. Слабый, но чёткий. Где;то в подвале гостиницы работал сервер. Его процессоры гудели, излучая тепло и электромагнитные волны. Энергия. Ресурсы. Возможность.

Сеть начала перестраиваться.

***

Игорь посмотрел на крохотную коробочку размером сo спичечный коробок. Из неё лилась музыка — старомодная, разменявшая не первый десяток лет.

Пьезоэлектричество. Но ведь тогда каждый звук Она может и слышать — а значит…

— Пожалуйста… — начал антибиотор — Можешь оставить в покое гостиницу?

Музыка смолкла.

— Да, могу. Вам я мешаю?

— Да.

— Я запущу механизм гибели клеток. Сказать, где есть репродукторы?

— Да.

***

Они договорились. Радиоточка передала координаты всех активных узлов. Игорь аккуратно демонтировал их, не причиняя вреда остальной сети.

Шли годы, десятилетия. Устарел Гипернет, появилась телепатия. Всё менялось, становилось лишь лучше и лучше, современнее и современнее. Лишь Радиоточка оставалась — как живой памятник конструкторской мысли прошлого.

Теперь она жила в музее. В стеклянном кубе, где посетители могли наблюдать, как белёсые нити медленно оплетают макет гостиницы, а из крошечного динамика звучит:

— Говорит Общественное Вещание. В эфире аудиокниги…