Река отпустила меня

Они продолжают тащить меня по земле — в сторону звука стремительного речного течения. Туман густой, проглатывает всё, что дальше вытянутой руки. Руки-ветви поднимают меня с земли и бросают в воду. Верёвки, всё ещё живые, сжимаются вокруг меня ещё туже. Вода врывается в уши, в нос, в глаза. Одежда становится тяжёлой и насквозь мокрой — второй кожей из тяжести. Ножницы выпадают из кармана и исчезают вниз по течению, уносимые потоком, словно серебряные рыбы. Вода холодная. И чистая. Течение швыряет меня — головой вниз, потом вверх — снова и снова. Я вижу каменистое дно. Потом туман сверху — висящий, как облака над рекой. В конце концов верёвки ослабевают. А потом исчезают совсем. Я свободен. Но я не узнаю место, куда меня вынесла река. Ни горы. Ни озера. Ни леса. Ничего знакомого не осталось. Вода становится чёрной — как дёготь. Мимо меня проплывает рыба вверх брюхом. Её глаза белые. Совершенно пустые. Потом я чувствую запах дыма. Что-то горит. Резкий, едкий запах. Надо мной по тесным спиралям летают птицы. Они пикируют одна за другой, словно стрелы, а потом снова взмывают вверх, кружа над одним и тем же местом неподалёку. Я подхожу ближе. Птицы собираются над грудой звериных трупов. Кто-то — или что-то — притащил их сюда и сложил намеренно, кость за костью, словно строя каркас. Это выглядело почти… сооружённым. Как скелет какого-то забытого монумента. Когда я подошёл ближе, в нос ударила вонь. Гниль. Разложение. Она заполнила нос, горло. Я не смог сдержаться — меня вырвало. Всё вышло наружу. Каждый кусок еды, который я съел в те редкие моменты, когда удавалось поесть. Туман рассеялся в то же мгновение, как только я сюда попал — будто это была завеса, скрывавшая сцену. Поляна. Птицы — всё ещё кружат, пикируют, впиваются в туши, а потом снова взлетают в небо. Они были крупными. Чёрными. Слишком крупными для ворон. Они казались неправильными — словно кто-то надел на себя перья, кому это не пристало. И тогда я почувствовал это. Взгляд. Справа. Совсем близко. Я медленно повернулся. Медведь. Он зарычал. Бросился в атаку. Я не знал, куда бежать. Нужно было бежать. Раньше — когда я только сюда попал — я почувствовал запах дыма и огня. Может, костёр. Может, кто-то готовит еду? Может, где-то рядом есть человек. Я повернулся спиной к медведю и побежал. Ландшафт вокруг выглядел как огромное речное русло — такое, что остаётся после сильного наводнения. Повсюду разломанные ветви. Трава, вырванная с корнями. Куски стволов деревьев. Разбросанные останки животных. Земля потрескавшаяся, разбитая, неровная. Я оглянулся через плечо. Медведя нет. Ничего позади. Может, он просто хотел меня отпугнуть. А не съесть. Может, вонь от всех этих мёртвых животных вызвала у него тошноту — или он был сыт. Даже у зверей есть пределы. Я продолжал идти на запах дыма. Вскоре я различил другой запах — еды. Кто-то готовил на огне. Что-то горячее. Ароматное. Я шёл на запах пламени, дыма и ужина.