Уют одной бетховенской сонаты

Музыка Бетховена пестрит эмоциями. Для одних она ограничивается неизбывной трагичностью Лунной сонаты (ее первой части, если быть точнее), для вторых — торжественностью «Оды к радости» (фрагмента из Девятой симфонии), для третьих — хмуростью, которая фонит со всех картин с участием колоссальной фигуры.

Разумеется, каждому свой Бетховен. Но даже внутри по-школьному известных произведений венского классика можно найти что-нибудь домашнее. И, с поправкой на наш вкус, проявлением уютности можно посчитать вторую часть «Патетической» сонаты.

Она небольшая (всего 73 такта) и написана в форме рондо. В данном случае основной эпизод (рефрен) дважды сменится эпизодами другого характера, оттеняющего, и вернётся к самому себе в конце. Настроение задают полнозвучие и теснота музыкального повествования главного эпизода. Его можно поделить на три плана: бас, средние голоса и мелодия. В каждый слой музыкального пирога можно вслушиваться отдельно — они обладают собственным потенциалом в лучших традициях И. С. Баха.

Первый оттеняющий эпизод представляет собой тревожную лирическую зарисовку. Но тревога быстро смягчается в изгибах мелодии, и характерный ход по полутонам совсем растворяет ее, возвращая к умиротворению.

Второй оттеняющий эпизод гораздо более экзальтирован. Тревога возвращается с новыми силами. Она словно «мутит» музыкальную ткань и расходится кругами по воде, но яркий музыкальный всплеск окончательно разрешает конфликт. Преображенный рефрен ставит точку в небольшой внутренней борьбе.