Что остаётся

Меня окутывало спокойствие — будто всё вокруг было сном, а я внутри него уже не человек, а само присутствие — дыхание, взгляд без глаз. Мы плыли по зеркальной поверхности, и с каждой рябью передо мной возникали осколки прошлого: — моя рука, касающаяся коры старого дерева возле дома
— речная девочка, которая исчезла прежде, чем я успел до неё дотянуться
— лицо матери, когда она была ещё молодой  — Не смотри слишком долго, — сказал Перевозчик. — Отражения могут затянуть тебя.  Я отвёл взгляд и заметил, что небо над нами снова меняется. Трещины, оставленные разлитым солнцем, теперь светились мягким золотым светом — словно шрамы, которые сияют в темноте. Тогда — с горизонта (хотя его едва ли можно было назвать горизонтом) — к нам приблизилась фигура. Сначала — только тень. Потом — очертания. Женщина. Она шла по воде, будто по твёрдой земле. Её волосы ниспадали до самых ступней, сотканные из тумана. В руках — посох, покрытый светящимися символами. Она не смотрела на нас. Но я знал: она пришла за мной. Перевозчик остановил лодку и кивнул.
— Иди. Тебе нужно пойти с ней. Я встал. Больше не было верёвок. Больше не было страха. Только туман и тишина, в которой дышала сама реальность. Я шагнул из лодки на поверхность воды. Она удержала меня. Ни всплеска. Ни ряби. Она была гладкой — словно стекло, замёрзшее во времени. Женщина с волосами из тумана ничего не сказала. Но она повела меня. Я последовал за ней. Мы двигались сквозь место, где время больше не существовало. Ни направления. Ни звука. Только эхо наших шагов и странное давление в груди — будто мы шли не наружу, а внутрь. Со временем мы достигли круга из камней. В его центре — пустота. Чёрная. Дышащая. Прохладная. Она мягко пульсировала — словно память. Женщина остановилась. Она не произнесла ни слова. Но я понял: мне нужно войти.— Что это? — спросил я, сам не зная почему.
Она посмотрела на меня глазами, которых я не видел, но всё равно ощущал. И голос, который ответил внутри меня, был её — и не её одновременно. — Это то, что остаётся. Это то место, где ты начинаешь. Я шагнул в пустоту. Она не была тёмной. Не была страшной. Она была похожа на прикосновение ветра. На первое воспоминание. На звук сердцебиения, которое ещё не началось. И тишина приняла меня. И только внутри этой тишины, в самой её глубине, я снова услышал себя.