Неверие

                ИЛИ «МЁРТВЫЕ ДЕЛА» (Ев.6:1).
                (Посвящается Великому Посту)



                «Итак видим, что они не могли войти за неверие.» (Ев.3:19).


НАШ «ОПИУМ»
Скажите, в чём сегодня трудность пути к вере? Не в том, что необходимо голодать, мёрзнуть, страдать, терпеть истязания, гонения, невзгоды и лишения, подвергаться страхам и унижениям всё это было, есть и будет средствами познать всю тщедушность своего «Я» и вспомнить о Всевышнем, обратиться к вере и обрести Христа.
«Блажен человек, который познает немощь свою, потому что ведение сие делается для него основанием, корнем и началом всякого доброго усовершенствования.» (Преподобный Исаак Сирин Ниневийский
(VI в. – VII в.)).

Все знают, притчу о блудном сыне, который дошёл по жизни до такой скудости, что
«и он рад был наполнить чрево свое рожками, которые ели свиньи, но никто не давал ему.
Придя же в себя, сказал: сколько наемников у отца моего избыточествуют хлебом, а я умираю от голода;» (Лк.15:16-17).

То есть житейские тяготы и неприятности принуждают вспомнить об «Отце Небесном» и обратиться к вере.

В наше время неверие – главное «тяжкое бремя». Если телесные муки (и тесноты) были бы главными, то ничего не стоило бы по вере нашей Господу удалить их от нас и водрузить в тела наши здравие и силы, а в души радость и мир.

«Придите ко Мне все труждающиеся и обремененные, и Я успокою вас» (Мф.11:28).

Загляните в православный календарь, где на каждый день среди упоминаемых святых, обязательно найдутся страдавшие за Христа – мученики и думаю, их немалое число, если не сказать большее.
Неверие же – «болезнь», как тогда, так и теперь, неподдающаяся «лечению».

«И не мог совершить там никакого чуда, только на немногих больных возложив руки, исцелил их. И дивился неверию их» (Мр.6:5-6).
(или ещё)
«Отвечая ему, Иисус сказал: о, род неверный! доколе буду с вами? доколе буду терпеть вас?» (Мр.9:19).

Господу ничего не стоит устроить жизнь нашу спокойной и насыщенной во всём и материально, и душевно, только это «болото» погибели, называемое «приятно для глаз и вожделенно» (Бт.3:6). Когда человек находится в опасности и чувствует угрозу жизни, например, утопающий, он умоляет и кричит: «Помогите! Спасите!».
 Неверие – это бесчувствие, морфий для рассудка.
Помните революционный лозунг: «Религия - опиум для народа»: и повели народы строить и созидать новое без Бога. И где они теперь, что «строили» и куда вели, и где все они теперь? Прикрываясь «революционной борьбой» искалечили судьбы (души), замучили и просто лишили жизни множество своих соотечественников и сами сгинули.
Ничего, даже следов от них не осталось, воистину:
«Пройдет над ним ветер, и нет его, и место его уже не узнает его.» (Пс.102:16).
По святым: «ветер» – это душа, «место» – тело; улетит душа и тело угаснет и истлеет так, что «уже не узнает его» - «А был ли человек?».
Обещали рабочим фабрики, а крестьянам землю, а тех и других закабалили так, что «ни выходных, ни проходных» люди не видели, а крестьян вообще превратили в крепостных: до 70 годов им не выдавали паспортов и обложили таким оброком, что за «недосдачу» в срок сажали в тюрьму – «в долговую яму» и никого не волновало, что у неё или у него семеро по лавкам и нечем кормить.
Так кто же оказался под наркозом и одурманен почти на 70 лет, когда не было ни Бога, ни совести - искры Божьей в нас и в наших идеологах, таких «свободных»?

ЧРЕВО
Разве не все мы христиане, не все ли крестились во Христа и сами ли или за нас поручались, давали обед Господу?
 И что?
Вот каждую неделю я бываю развлекаем всевозможными мирскими мероприятиями бываю в кино, в театрах, на праздниках и встречах у друзей и близких, а сколько ублажаю себя снедью и взрослыми игрушками: рыбалкой, охотой, спортом, интернетом и не устаю желать и стремлюсь вновь и вновь развлекаться. Однако не помню, когда был в храме и причащался. Влечёт ли меня туда также, как влекут меня мирские забавы и удовольствия? Для каждого ответ очевиден. Если скажут нам, что всё мирское, животное, ведёт к погибели не только тела, но и души (лишь холят, лелеют, утучняют плоть свою и больше ничего не разумеют), а исполнение заповедей и служение «Отцу Небесному» ведёт к просвещению, спасению и в жизнь вечную не только души, а, по воскрешению, и тела, то на это ответим им неверием нашим, как и Павлу отвечали современники:
«Услышав о воскресении мертвых, одни насмехались, а другие говорили: об этом послушаем тебя в другое время.» (Дн.17:32). (Смотрите, отвечали ему, такие же, как и мы – сытые и довольные.)

Не разумеем и не верим в Бога. А послушайте, что на это говорил Всевышний пророку Моисею, так называемую «песнь» для народа. (Вт.31:20; 32:20)
« …чтобы песнь сия была Мне свидетельством на сынов Израилевых;
ибо Я введу их в землю [добрую], как Я клялся отцам их, где течет молоко и мед, и они будут есть и насыщаться, и утучнеют, и обратятся к иным богам, и будут служить им, а Меня отвергнут и нарушат завет Мой, [который Я завещал им];
и когда постигнут их многие бедствия и скорби, тогда песнь сия будет против них свидетельством, ибо она не выйдет [из уст их и] из уст потомства их. Я знаю мысли их, которые они имеют ныне, прежде нежели Я ввел их в [добрую] землю, о которой Я клялся [отцам их].» (Вт.31:19-21).
 (Пояснение: «земля добрая» - жизнь наша; «ввёл» - даровал её нам.)
Не по заслугам Господь вводит в землю добрую, богатую (а нас в жизнь эту), а по клятве отцам их. Но не впрок всё это (им и нам), потому мысли обличают их, очевидно, «жестоковыйными» помышлениями. И действительно, как показывает практика, живя в роскоши и изобилии, сердца наши не роскошествуют и не изобилуют добрыми и благородными желаниями. Чрево – бог наш, а соответственно и разум наш, чего ещё хотим желать и видеть (и знать)?

«ДОМАШНЯЯ ЖИВНОСТЬ»
«Отчего многие не разумеют бесед о духовных вещах? По причине отолстения сердца. Когда сердце полно пристрастий к земным вещам, тогда оно грубеет, как сказано: «утучнел, отолстел и разжирел» (Втор.32:15). В этом виде оно, как тяжелая гиря, вниз тянет и приковывает к земле всю душу и с ее умом. Тогда вращаясь все в кругу низких предметов, и оно становится низкомыслящим и не может воспарять горе, как обремененная пищею птица» (Святитель Феофан Затворник. Мысли на каждый день. 1887г.)

С чем это сравнить, кого поставить в пример? Не смущайтесь, но, например, с домашней живностью (тем более многие уже напрямую уподобились ей), а конкретно с птицей: гуси, утки, куры, которая утучнилась, потолстела и разжирела и не может летать. Есть птицы, которые умели летать, однако по причине «сытой» жизни, потеряли способность, а есть такие, кто с рождения не знал и не учился летать и поэтому, имея крыло, они лишь плавают, ползают, ходят по земле.  Так и неверие, оно в нас от сытой жизни (а значит и имеем соответствующий смысл такой жизни) и выходит: крыло – Божьей разумение в человеке, его духовная основа; сила крыла – исполнение заповедей; полёт, небесное (воздушное) парение – вера; отсюда неверие – «земное присмыкание».


ПРЕИМУЩЕСТВО «ПОЛЁТА» ПЕРЕД «ПРИСМЫКАНИЕМ»
Как с высоты видно всё окрест и дальше, а присмыканием - лишь округ себя и больше ничего, так и духовное сознание (вера) охватывает «дали» и «закоулки» жизни – духовное и душевное, (одно) душевное же - лишь земное («низкомыслящие») мудрование, и духовного разуметь оно не может (1Кр.2:14).
А то, что высота духовного разумения (так называемый «опиум») выше и даже недосягаема земному мудрованию, можно видеть на пророках ветхозаветных. Всё, о чём они возвещали, к чему призывали народ свой, один в один и происходило с Израилем, история которого оправдала и показала, и много чего уже состоялась, и по Откровению Иоанна Богослова ещё немало чего предстоит. Здесь как с высоты полёта, поднявшись на которую видишь дали и просторы будущего – его перспективу: что оно грядёт, и что оно нам несёт и что ещё можно, можно всё поменять, но «низкомыслие» нам не даёт.
Присмыкающий же подобен слепцу, не видящего «дальше своего носа». Вот все мы знаем, что смертны и не сегодня, завтра умрём, однако, безразличны (безрассудны, из-за того, что «нет Бога» в нас – сплошной гоголевский «Ревизор») и предаёмся земным обманкам и удовольствиям и жизнь наша – сплошной «Валтасаров пир».
Тогда в семнадцатом году, мы так легко поддались басням о «светлом пути», о «лучшей жизни», увы, именно потому, что религия для нас (действительно) перестала быть «опиумом». Когда она (религия) была такой, ничего с нами, да и с тем же народом пророков, худого не случалось.
Друзья, скажите, накормит ли кого пустота и бессмыслица научит ли чему-нибудь? Разве только (пустота) накормит «голодом», а бессмыслица научит «безрассудству». Так и «неверие», в любом виде, что может дать человеку?


А ВОТ И «ПОЛЁТ»!
(О посте)
«Пост есть насилие естества. Отвержение всего, что услаждает вкус. Погашение телесного разжжения, истребление лукавых помышлений. Освобождение от скверных сновидений, чистота молитвы, светило души, хранение ума, истребление сердечной бесчувственности, дверь умиления, воздыхание смиренное, радостное сокрушение, удержание многословия, причина безмолвия, страж послушания, облегчения сна, здравие тела, виновник бесстрастия, разрешение грехов, врата рая и небесное наслаждение.» (Преподобный Иоанн Лествичник.).

Человек, питаясь разнообразными яствами, ищет в них удовольствие – чувственные красоты, но куда больше чувственных красот, например, при воздержании в еде, о чём и рассказывает нам один из «очевидцев».
(Ещё раз прочтите о посте, уже со вниманием и со смыслом, ведь об этих «красотах» он говорит не иносказательно, но что сам испытал. Действительно, прежде всего, пост – это насилие, которое не все могут преодолеть, но, если кто смог, тот получает вознаграждение – все красоты «полёта», рассказанные Иоанном Лествичником.)


ПЕРЕЙДЁМ К ПРАКТИКЕ.
Что же дивно для нас в том, когда нечто, существо, отличное от человека размышляет, представляет, мыслит и делает по сути своего естества, т.е. не так как мы? Так и духовный человек, святой, ангел живёт с нами, но уже не по мирскому рассуждает, понимает, поступает, хотя для окружающих так и остаётся плотью – человеком.
 Почитайте Послания Апостолов, где там наши суждения, представления, смыслы о той же жизни, не говоря даже о делах? Удивительно, но многие из нас даже не понимают, о чём они, Апостолы, там говорят. Однако ничего не понимая в духовном, читая то же Послание к Филимону, можно видеть настоящую человеческую искренность, его пульс чувств, бьющих фонтаном, и радость, безмерно наполняющую и проникающую во все закоулки любящей души! – А ведь это просто письмо! Но кто из нас (православных) так мыслит, так переживает о другом и о других? Нет, мы, «христиане», так не мыслим и уж тем более не поступаем, а значит и не живём!
Кого, как не ап. Павла, привёл в пример и назвал «искренне любящим» и «обнажённой душой» Иоанн Златоуст.
Давайте же послушаем его.
Перечисляя все его, Павла, духовные достоинства, высоты, но восхищённый высотой куда большей – подвигом «любить искренне», Иоанн восклицает:

«как бы страдая в чужом теле (и тюрьмы, и узы и изгнания, и бичевания, и угрозы, и смерть, и побиение камнями, и погружение в море, и все виды наказания) – но, разлученный с одной любимой им (Павлом) душой, он так был расстроен и смущен, что тотчас и ушел из города, в котором ожидал увидеть любимого человека и не нашел его. И об этом вместе с ним знает Троада, оставленная им по этой причине, так она тогда не могла показать ему того, кого он любил. "Придя, – говорит он (Павел), – в Троаду для благовествования о Христе, хотя мне и отверста была дверь Господом, я не имел покоя духу моему, потому что не нашел там брата моего Тита; но, простившись с ними, я пошел в Македонию» (2Кор.2:12–13). Что это, о Павел?» (Святитель Иоанн Златоуст. Письма к Олимпиаде.)
(А мы скажем, где вы, о христиане!?)
Так осуществляются на практике пророческие слова Учителя:
«По тому узнают все, что вы Мои ученики, если будете иметь любовь между собою.» (Ин.13:35). И чем выше Его ученик, тем сильнее разгорается, пылает в нём любовь Христова, и мы видим в Павле Христа не в «благовествовании», а именно в том самом – «я не имел покоя духу моему, потому что не нашел там брата моего Тита», да так, что и «благовествовать» уже не мог!


И ВСЁ ЖЕ ПРАКТИКА.
Обязательно в духовном, как и в мире этом материальном, должны происходить действия, которые так или иначе оказываются частью нашего земного бытия. Так святые, с нами или нет, помогают (не оставляют) по жизни всем к ним взывающим. Наиболее явно духовная практика описана, запечатлена в Св. Писании и, в частности, в Евангелиях:

«которые пришли послушать Его и исцелиться от болезней своих, также и страждущие от нечистых духов; и исцелялись.
И весь народ искал прикасаться к Нему, потому что от Него исходила сила и исцеляла всех.» (Лк.6:18-19).

 И ещё многое чего чудного: изгнание бесов, воскрешение мёртвых, насыщение, укрощение стихии, хождение по водам, … . Всё это духовные явления, духовная практика, которая с вознесением Учителя не прекратилась, не иссякла, но с тем же напором и силой действовала и продолжает действовать в Его учениках – христианах. Прекратится вера, духовная жизнь перестанет и останется лишь животная, тогда зачем и человек?


РАССМОТРИМ ЕЩЁ ПРИМЕРЫ ДУХОВНОГО ПРОЯВЛЕНИЯ.
Вот преподобный Роман, ученик Христа, (прозванный «Сладкопевцем») родился во второй половине 5 века в городе Эмесса (Сирия). В молодости был крещён и был клириком церкви Богородицы Кириотиссы в Константинополе. Принимал участия в богослужениях, где требовалось умение петь и читать, но в том то и дело, что ни музыкального слуха, ни голоса у него не было, за что постоянно подвергался насмешкам. Однако за своё усердие и кроткую душу снискал особое расположение патриарха Евфимия, чем к своим насмешникам добавил ещё и завистников. Всё это не могло разрешится добром и в одном из предрождественских богослужений, когда в церкви собралось много народа и даже присутствовал сам император со свитой, было подстроено «товарищами» так, что Роман оказался один на один исполнять и петь перед молящимися. Естественно скандал и стыд для Романа были ужасными, он убежал к себе и долго со слезами молился безутешно перед иконой Божией Матери и был услышан. Богородица явилась ему, подала и велела съесть бумажный свиток. После чего чудным образом в страдальце обнаружились и тончайший музыкальный слух, и сладчайший певчий голос. Это на столько вдохновила его, он тут же составил знаменитый кондак на Рождества Христово (и так хорошо всем известный теперь):
«Дева днесь Пресущественнаго раждает,
и земля вертеп Неприступному приносит;
Ангели с пастырьми славословят, волсви же со звездою путешествуют;
нас бо ради родися Отроча Младо, Превечный Бог»
Роман стал учителем пения в Константинополе, за чудный голос его прозвали Сладкопевцем, известны многие праздничные молитвы и гимны им сочинённые. Конечно святой не мог оставить без внимания и ту, которая утешила его столь дивным талантом, им был составлен славный акафист Божией Матери, который поется в пятую субботу Великого поста.
«Радуйся, Еюже радость возсияет; радуйся, Еюже клятва изчезнет. …»
Он же послужил образцом и других акафистов.

Можно привести ещё случаи чудного дарования. Из жизни святого Сергия Радонежского узнаём, в детстве ему с трудом давалось учение, что приносило мальчику немалую скорбь. Но однажды на прогулке он встретил старца-инока, по молитве которого и вкушению частицы просфоры, данной ему старцем, мальчик стал в совершенстве знать грамоту и ясно понимать Святое Писание, настолько, что мог обучать других.
Аналогичным образом, так же в отрочестве произошло с другим святым, святителем Иоанном Кронштадтским. Учение не давалось ему, хотя жили в бедности, отец всё же на последнее, на то что было, отправил сына Иоанна учится в Архангельское приходское училище, и опять безутешная печаль и слёзная молитва мальчика не остались не замеченными у Бога и в одну из ночей, как потом рассказывал святитель: «точно завеса спала с глаз, как будто раскрылся ум в голове", "легко и радостно так стало на душе». Он стал хорошо запоминать, читать и разуметь Писание, так, что с отличием закончил духовную семинарию и был зачислен в С.-Петербургскую Духовную Академию на казённый счёт.
А кем они оказались в последствии по жизни, отмеченные Богом дарами ещё на её заре, все мы знаем. Что она (жизнь их и не только, но всех святых) указывает насколько в них отразилась это убеждение-дарование, что, вкусив духовного преображения, испив «воды живой», уже не «жаждали» (не искали Бога), но воистину - «вода, которую Я дам ему, сделается в нем источником воды, текущей в жизнь вечную.» (Ин.4:14).

ПРИОБРЕТЕНИЕ
Всякое приобретение не даётся (просто) за так, а если даруется (даром обретается) оно бывает пустое и бесплодное. 
Как в искусстве, так и в вере требуется труд душевный и телесный, следовательно, творение несёт в себе образ души мастера и его возможности: о чём оно, творение; каков характер (настрой) его созидателя: старался или нет; какие у него приоритеты и кому (или чему) подражатель; а что зажигает и трогает его и, здесь же, что без надобности, к чему равнодушен.
Так и получение духовных даров, благодати или крепости духовной обыкновенно бывает после душевных трудов по мере желания и усердия трудящегося в добродетели.
Поскольку доброе через дело рук моих (творение) я буду нести в мир сей и Бог обогатит меня ещё большими дарами. Если же во мне этого нет, то зачем мне и дары? Поскольку злое может дать только злое.

Вот мы говорим: «Я не верю в Бога». А что я сделал такого, чтобы увидеть Его? Преподобный Роман и его завистники - все они церковнослужители и делают, казалось бы, одно дело, однако Бог является не всем, лишь Роману в благодати музыкального дарования, т.е. завистники, хотя и носят мантии, лишены откровения, а значит «духовного органа» - веры и от нас неверующих ничем по сути не отличаются.

Как дары обретаемые святыми ощущались ими и без сомнения или без чьего-либо доказательства, но действием своим в них (святых) обнаруживали себя,
«Семьдесят учеников возвратились с радостью и говорили: Господи! и бесы повинуются нам о имени Твоем.» (Лк.10:17),
то, кто (после этого) им нужен для заверения, когда Бог итак с ними!
 Так и вера, от исполнения заповедей (от труда), является в нас и уже мы не требуем никакого доказательства, потому что «орган духовный», Христос в нас обнаруживается Своими действиями.
Поэтому, когда Павел говорит: «и уже не я живу, но живет во мне Христос» (Гл.2:20), нуждается ли (теперь) он в чьих-либо уверениях, клятвах или станет он что-либо доказывать безбожнику, когда и первое, и второе для него – бессмыслица, пустое дело? Всё одно, что доказывать своему четвероногому другу, что я – человек, во-первых, это невозможно и, во-вторых, ему это ненужно. Так и безбожнику – «невозможно» и «ненужно», а лучше (если он хочет) научить его исполнению заповедей, тогда и остальное всё приложится, а без этого ничего не бывает.
«Пройдя через Фригию и Галатийскую страну, они (ап. Павел и спутники) не были допущены Духом Святым проповедовать слово в Асии.» (Дн.16:6).
(Просто ещё не было там готовых принять его - «Слова Божьего».)

Мы знаем, у Павла была жизнь без Христа, тогда его ещё называли Савлом, и не один христианин, которых он «влача … отдавал в темницу», не мог ему доказать, что Галилеянин – Христос, Господь. Когда же Христос явился в нём, и он сделался Его учеником, Апостолом Павлом, тем более уже не нуждался в чьих-либо уверениях и знамениях, потому как Сам Христос ознаменовался в нём. А как это? Так же как у святых, преподобных: Романа Сладкопевца, Сергия Радонежского, Иоанна Кронштадтского «ознаменовались» дарования: уникальным голосом и слухом, сверх разумения и пониманием.

«вложу законы Мои в мысли их, и напишу их на сердцах их; и буду их Богом, а они будут Моим народом» (Ев.8:10).
Так почему мы ищем Бога в ком-то или в чём-то, когда надо искать Его в себе, а если в нас ничего нет, то не готово сердце к Божьему «посланию».

Да мы сами себе свидетели! Кем мы были до школы? Умели ли читать, писать, считать? А когда обучались профессии, разве мы с ней родились, не трудились ли умом и руками над ней, а сколько преподавателей помогали обрести её нам? Теперь мы мастера своего дела – профессионалы и пусть кто хочет доказывает нам, что мы не «профессионалы» и такой профессии не бывает, нам, обладателям, эти разговоры смешны и нелепы.
Так и в вере. Только обретение профессии происходит видимо для всех, а духовные дары – не видимо, но их ощущение обретения и присутствия в нас от этого не умаляется.
Друзья, аналогично и с верой в Бога: пока нет веры и Бога нет ни в нашем сознании, ни в нашей жизни. И это устроено не нами, а Богом, как выше читали, или вот ещё:
«Но твердое основание Божие стоит, имея печать сию: «познал Господь Своих»; и: «да отступит от неправды всякий, исповедующий имя Господа»» (2Тм.2:19).
И не обманывайтесь, Бог ищет Своих, а не мы Бога!
Кому нужен не зрелый плод или кто печёт хлеб из озимой зелени?
«возведите очи ваши и посмотрите на нивы, как они побелели и поспели к жатве.» (Ин.4:35).
Господь говорит (ученикам) так о духовной зрелости человека.
Мы же - маловеры, духовные младенцы, неспелые «нивы» и Земледелец, Бог наш, терпеливо ждёт до поры, а уж будет (настанет) эта пора, зависит от нас!


P.S.
Как зрение убеждает нас, что у нас есть глаза, а слух свидетельствует, что есть уши, так «духовный орган», дар «веры» свидетельствуют нам, что с нами Бог и, наоборот, отсутствие того и другого показывает нам, что нет у нас ни глаз, ни ушей, так неверие свидетельствует нам, что нет с нами Бога.
 Совсем последнее. И никто нам в этом не поможет, даже «если бы кто и из мертвых воскрес, не поверят» (Лк.16:31), если мы сами себе не поможем.

«Иисус сказал им на это: думаете ли вы, что эти Галилеяне были грешнее всех Галилеян, что так пострадали?
Нет, говорю вам, но, если не покаетесь, все так же погибнете.» (Лк.13:2-3).

Друзья, сколько уже их в неверии так же погибло, следующие мы, если не покаемся!

Рисунок. И. И. Левитан. Над вечным покоем. (1894).