Поступок басня в прозе

ПОСТУПОК
(Басня  в  прозе)
   Каждый  год  одно  и  то  же:  кончается  зима,  отступают  морозы,  начинается  половодье.  Грозные  мутные  потоки    покрывают  землю,  торосы  вздыбленных  льдин  напирают,  все  крушат  и  ломают  на  своем  пути,  вода  заливает  селения,  жилища  людей  и  животных.  Стихия  свирепствует,  ничего  и  никого  не  щадит.  Потомки  Мазая  и  небезызвестного  Ноя  в  статусе  МЧС  героически  борются  с  ненастьем,  спасают  и  живых  и  их  имущество.
     Проходит  время,  теплое  солнце  съедает  остатки  снега,  вода  убывает,   мокрота  испаряется,  все  высыхает,  и  приходит  новая  беда,  начинаются  пожары.  Горит  сухая  трава,  горит  прошлогодняя   листва,  полыхают  деревья,  безжалостный  огонь  пожирает  свои  жертвы,  также  никого  и  ничего не  щадит.  Огнеборцы  стараются,  потушат  супостата  в  одном  месте,  а  он  уже  гуляет  в  другом,  полыхает  с  новой  силой.  И  так,  раз  за  разом,  страдает   природа,  страдают  и  все  ее  живые  обитатели.
    Вот  и  скворцу  не  повезло.  А,  так  хорошо  все  начиналось:  нашел  незанятый  уютный  и  добротный  скворечник -домик  со  всеми  удобствами  -  большой  козырек,  широкий  приступок  у  входа,  есть,  где  охладиться,  если  внутри  жарко.  Подвешен  высоко,  закреплен  крепко  на  высоком  дереве,  аккурат,  на  самой  опушке,  у  поля.  А  там  всегда  в  избытке  можно  найти  корм  и  для  себя,  и  для  подружки,  и  для  маленьких,  только-только  вылупившихся  деток.  На  другом  краю  поля  большая  ферма,  где  тоже  можно  полакомиться:   рядом  со  скотиной  всегда  что-нибудь  съедобное  найдется.
     Пришло  время  готовить  пахоту,  и  нерадивый  хозяин,  чтоб  не  тратиться  на  уборку   поля  от  остатков,  поджог  его.  Подгоняемое  ветром  пламя  от  былинки  к  былинке   легко  побежало  по  жнивью  и,  вскоре,  достигло  опушки,  перекинулось  на  деревья.  Заполыхала  у  корневища  и  сосна,  на  которой  и  ютился  их  домик.
Свирепый  огонь  упорно  ползет  все  выше  и  выше,  ярким  фейерверком  вспыхивает  хвоя,  густой  черный  дым  закрыл  крону,  жар  не  подпускает  к  птенцам.  Бедные  родители  мечутся,  оглашают    жалобными  криками  округу,  отчаянно  зовут  на  помощь.  Языки  пламени  опаливают  их  перья,  не  подступиться.   Спасения  нет,  погибель  ждет  деток  в  огненном  капкане,  костер  инквизиции  из  небытия  напомнил  о  себе.
     А  тут,  в  довершение  всего,  черный  коршун  появился,  кружит  в  вышине,  высматривает  добычу.  Видит,  малыши  выползли  на  приступок,  жадно  глотают  смрадный  воздух,  в  страхе  жмутся  друг  к  дружке.  Вот  и  готовый  подарок  хищнику:  голенькие,  без  пуха  и  перьев,  подогретые,  бери  и  глотай.  И  он  бросился  на  них,  схватил  кого  когтями,  кого  клювом,  с  риском  для   себя,  мигом выскочил  из  огненного  ада.
    Видевшие  все  это,  другие  пернатые  только  и  успели  ахнуть,  так  все  молниеносно  произошло.  Сочувствуют  скворцам,  жалеют,  как  могут,  утешают,  советуют  не  сокрушаться  на  судьбу.  Даст  Бог,  пройдет  год,   они  выведут  новое  потомство,  нынешняя  трагедия  забудется,  душевные  раны  зарубцуются.  Да  и  может  даже  к  лучшему:  не  пришлось  им  гибнуть  долгой  мученической  смертью  в  огненном  мешке,  а  мгновенно   в  зубах  ненасытного  коршуна.  Шлют  ему  самые  страшные  проклятья,  возмущаются  его  кровожадностью,  варварством  и  безразличным  отношением  к  чужому  горю.  Тень  траура  и  отчаянья  повисла  над  лесом.
  Но,  что  это?  Скворцы,  вдруг,  оживились,  радостно  машут  крыльями,  прыгают  в  экстазе  и  поют  веселые  песни.  Птенцы  живы  и  здоровы,  в  безопасном  месте,   попискивают,  ласково  льнут  к  родителям.  Правда  немного  помяты  и  пахнут  гарью,  но  это  ничего,  пройдет.  Главное – они  спасены.
     Повезло  им.   Коршун,  хоть  и   коварный хищник,  большой    охотник  до  птичьей  мелкоты,  скорый  и  сноровистый  на  любую  добычу,  но  не  без  странностей,  свойственных  его  беспощадной  натуре.   Он   с  детства   был  большим  мечтателем:   грезил    себя  в  ореоле  славы,  хотел   стать  знаменитым,   известным,  совершать   отчаянные   героические  поступки.   Чтоб  о  нем  с  восторгом  щебетали  все   пернатые,   дарили   рулады  трелей,   писали  и  показывали   на  экранах,  вручали  грамоты  и  награды,  чтоб  сам  царственный  Орел  жал  ему  лапу  и  ставил  в  пример  другим.     Жажда  славы  затмила  его  хищническое    естество  и   сподвигла  на  благородный  героический  поступок.
     Да,  бывают   такие,  кому  слава  становится  целью  жизни,  важнее  и  желаннее,  чем   сытость  собственного  желудка.   Жаль,  такие  мутанты  редкость.  Но,  все  же:  если  видите,  что  кто-то  гонится  за  славой,  не  мешайте  -  ему  меньше  времени  останется  на  другие,  часто,  нежелательные  и  неблаговидные   поступки.