День рожденья
Детские дни рожденья почти не помню. Помню, что столик в кафе не бронировали, аниматоров не нанимали, а воздушные шарики надували только на демонстрацию 1-го мая. Подарок мне родители выбирали сами и, обычно, это было что-то из одежды или обуви. Думаете я огорчался и плакал? Конечно же нет. Так было у всех моих друзей. Так в то время было принято, а раз так - то чего огорчаться?
День рожденья в военном училище вообще отличался от остальных дней тем, что старшина на утреннем построении говорил: «Сегодня ДР у курсанта Такогото!» И все вяло хлопали в ладоши, радуясь этому японцу. А так как нас на курсе было человек двести, то эту праздничную фразу мы слышали почти каждый день. На этом всё и заканчивалось.
Но не подумайте, что так было всегда. Уж в молодости я развернулся! Ох уж эти общежития с их прекрасными общежительницами! Всё вроде скромно было, но так весело, что каждый раз после вечеринки просыпался в незнакомой комнате с малознакомой красоткой, решившей украсть именинника. Иногда даже придумывал себе пару лишних дней рождений в год. Всему виной дынный или абрикосовый «Кеглевич», польский спирт «Ройял» и прочие алкогольные продукты злотворного Запада, заполонившие в девяностых все ларьки.
В общем всякие дни рождения у меня были. И ресторанно - торжественные, и семейно - уютные, и в бане с друзьями, и одиночно - бродильные, когда сбегал в Крым от городской суеты. Но один врезался мне в память. Тот, который нельзя праздновать в 40.
Я не суеверный. Если дорогу перейдёт чёрный кот - плюну три раза через левое плечо, и пойду дальше. Чего мне быть суеверным, если я родился в понедельник 13-го в 13.00!
- Полетим в Египет с друзьями? – спросила как-то жена за неделю до моего дня рождения.
- А дочек с собой возьмём? - спросил я.
- Возьмём, - сказала жена и я обрадованно согласился.
Супруга у меня активная и скоро в аэропорту, перед стойкой регистрации, столпилась сонная, но весёлая компания. В четыре утра помимо нас с женой и двумя дочерями, посадки на рейс ожидала пара наших друзей с дочкой и ещё одна пара знакомых с сыном - подростком. Отдых обещал быть насыщенным и весёлым.
До отеля добрались в десять утра. Прохладная Донецкая весна мгновенно сменилась Египетской жарой. На рецепшен нас попытались огорчить тем, что заселение в номера строго в 12.00. И что браслетами, позволяющими наслаждаться олинклюзивом, нас тоже заклеймят не раньше. Но не на тех напали. Мы не стали скандалить и возмущаться. Уютно разместившись в лобби, достали из чемоданов бутерброды с колбасой, привезённую с собой водку, и принялись коротать время, под укоризненными взорами своих вторых половин и равнодушными взглядами обслуживающего персонала. Чтобы половины нас не сильно укоряли, мы отправили их в туалет - переодеть детей в плавки - купальники и сопроводить в бассейн, чтобы не докучали. Сами же продолжали поздравлять себя с прилётом на «благословенную Египетскую землю». Время пролетело незаметно. После обеда нас окольцевали заветными браслетами и расселили по номерам. Не отметить это дело было просто невозможно, поэтому мы распивали уже халяльный виски, осматривая номера друг друга. Дети плескались в бассейне, мы продолжали акклиматизацию в субтропиках. Вечер в Египте наступает коварно быстро. Солнце, висящее высоко над горизонтом, устав смотреть на бесчинства отдыхающих, вдруг камнем падает за горизонт. Ужин я помню смутно. Заблудившись в дебрях ресторана, попал толи в прачечную, толи в посудомоечную, где добродушный араб напоил меня чаем и проводил до нашей с женой рум намбе 123, пока мои друзья ломали в армрестлинге руки ирландской компании, возомнившей из себя что-то. А завтра меня ждал тот самый сороковой, который нельзя.
Солнце, коварно упавшее вечером за горизонт, утром внезапно подскочило вверх, осветив комнату через не задвинутые накануне шторы.
- Пойду детей на завтрак поднимать, - сказал я жене и отправился в соседний номер.
- Подъём лежебоки! На завтрак опоздаем! - сказал я, открыв дверь и замер, потеряв дар речи. Лицо младшей было красным и опухшим, как мозоль на пятке. Беспощадное солнце сожгло нежную кожу восьмилетнего ребёнка, пока мы праздновали. Малая посмотрела на меня и тихо заплакала.
- Почему ты плачешь, тебе больно? - я присел рядом и обнял ребёнка. Меня терзало чувство вины: «Что если шрамы останутся? Это же девочка!» - думал я.
- Я должна была первая тебе сказать: «С днём рожденья папа!» - всхлипывала малая, утирая слёзы с распухшего лица. - Но забыла. Прости папуля! - плакала она. И тут я вспомнил, что у меня сегодня тот самый ДР. Но мне на это событие было глубоко наплевать. Ей наверняка было больно, но плакала она не из-за этого, а потому что не поздравила меня первой!
Слава Богу тогда всё обошлось. Мази, кремы, масла - младшая два дня почти не выходила из номера. Но весь тот день я переживал, плакал в туалете, чтобы никто не видел, просто не мог найти себе места. - «А где жена была?» - может спросить кто-то. Отвечу просто: вина всегда на мне потому, что глава семьи я. Именно я несу за всё ответственность.
Басурмане не в курсе наших суеверий, поэтому вечером мне принесли торт от отеля. На фоне кулинарного изобилия шведского стола, он выглядел абсолютно ненужным, но в тоже время - это был сигнал для празднования, которое в итоге состоялось. Такой вот грустный День рожденья был в моей жизни. Но всё хорошо, что хорошо кончается.
П.С. Всё-таки у меня тоже два дня рождения. Один мой, а второй подарила жена, родив прекрасную доченьку.
Буду рад видеть вас на моём канале «Горизонт событий» в Телеграм, ссылка - https://t.me/RomskySerg
Свидетельство о публикации №226040801292