Проект АНИ. Глава 2. Грядёт буря

Состояние Макса было на взводе — это утро с самого начала нарочно собиралось испортить ему день.

«Вирт, время!» — мысленно отдал команду своему виртхому. Макс настроил интерфейс так, чтобы информация не мешала обзору: время выводилось справа внизу, погода — слева внизу, городская карта — слева вверху. Всё это работало благодаря чипу «нейровирт», вживлённому в затылочную область: он формировал прямую двустороннюю связь между мозгом и устройством. Макс почти не замечал эту технологию — она стала такой же привычной, как собственные глаза. Но иногда, особенно в моменты стресса, он ловил себя на мысли, что эта невидимая связь ощущается как лёгкий холодок в основании черепа, словно кто-то тихо шепчет цифры прямо в голове.

«Как там Линка сказала — "пятое место"? Ещё немного, и будут роботы людям "пятую точку" подтирать, до того станет лень…» — Макс усмехнулся, но смех вышел горьким. Он шагал ко входу в тёмно-серое матовое здание с металлической раздвижной дверью, а перед глазами сами собой всплывали дурацкие плакаты: «Пиплу руки не важны, пиплу роботы нужны!» Только сейчас эта шутка не казалась смешной. Наоборот, она пахла упадком — тем самым, который тихо подкрадывался, пока все смотрели в виртхомы.

Над дверью красовался огромный серебряный щит диаметром в несколько метров. В нём полукругом темнела надпись «ЗАСЛОН» — логотип ОКР. Огромные зеркальные окна из бронестекла располагались в шахматном порядке и отражали весь город, будто здание собирало в себе весь этот серый, мокрый, шумный мир и запирало его внутри.

У дверей стояли два здоровенных робота из чёрного поблескивающего металла — «Стражи». В руках они держали рельсотроны модели «BAT-0IA», ласково прозванные «батеньками». Макс знал, что энергия выстрела «батеньки» достигает тридцати пяти мегаджоулей, а снаряд летит в пять раз быстрее звука. Знал, но всё равно каждый раз, проходя мимо, невольно задерживал дыхание. Эта мощь казалась неестественной, будто сама физика слегка прогнулась под амбиции «Заслона».

«Невозможное становится возможным… Получается, возможно всё, только для осуществления нужно иметь необходимые знания», — подумал Макс, и эта мысль не успокоила, а только добавила тяжести.

— Гражданин. Остановитесь. Для прохода необходимо провести биометрическое сканирование и дождаться подтверждения с сервера биометрики ФСДР, — сухо отчеканил металлический голос «Стража», уперев огромную металлическую конечность в грудь Макса. Второй робот крепче сжал рельсотрон, а на его механической голове быстро замигал маленький прямоугольный индикатор красного цвета: «Внимание, готовность к переходу в боевой режим».

Макс на секунду замер, чувствуя, как по спине пробегает неприятный холодок. Он слишком хорошо знал, что эти машины не делают предупреждений дважды.

— Товарищи «Стражи»… Забылся, виноват… Утро сегодня не очень задалось, в общем, — произнёс он извиняющимся тоном, а про себя добавил: «Хотя какая вам, железкам, разница?» Он косо поглядывал на рельсотрон, который издавал едва уловимый нагнетающий звук, и очень не хотел лишиться жизни из-за собственной невнимательности. Подняв голову, Макс посмотрел в красные глаза-камеры робота, встроенные в чёрный каркас, похожий на череп.

— Запуск сканирования, — низким синтетическим голосом ответил «Страж». Обод из тускло-вишнёвых светодиодных индикаторов вспыхнул красным, «глаза» расширились, фокусируясь на лице человека.

— Личность установлена и подтверждена. Максим Глыбов. Ведущий инженер ОКР «ЗАСЛОН». Проход разрешён. Хорошего дня, — «Страж» убрал свою клешню, светодиоды померкли. Его напарник тоже расслабился: красный индикатор перестал мигать, и они расступились, освобождая проход.

— Ага, и вам не хворать. Надеюсь, никого не разрельсотроните сегодня, — безразлично бросил Макс, шагая в раздвигающуюся перед ним толстенную дверь.

С тёмной дождливой улицы он попал в светлый просторный холл, выложенный белыми гранитными плитами. Пространство казалось неестественно чистым, точно само здание стирало с себя любую грязь, прежде чем она успеет осесть. Холл переходил в длинные коридоры направо и налево, а посередине располагался небольшой полукруглый ослепительно белый ресепшн. Из вмонтированного в пол голопроектора при приближении появлялась симпатичная «Оксана»: русые волосы, белый смокинг с чёрной бабочкой, шёлковый тёмный платок в левом нагрудном кармане пиджака. Она всегда выглядела так, будто только что вышла из рекламы безупречного сервиса.

По углам холла, как чёрные кляксы, застыли «Стражи». Макс не стал никуда сворачивать — он направился прямо к лифту за ресепшеном. Нажал на сенсорную кнопку вызова. Услышал приближающийся металлический лязг, обернулся. К нему направлялся «Пэтовец» — охранный робот меньших размеров, предназначенный для патрулирования этажей. Дверь белого лифта открылась.

— А, вместе поедем… Окей, — Макс зашёл в кабину вместе с роботом, двери сомкнулись. — Тебе какой?

— П-п-п-пятый, товарищ, — пусто произнёс, заикаясь, «Пэтовец».

— Что с речью? Давно проводил калибровку голосового модуля? — Макс слушал его с искренним интересом.

— Н-н-на прошлой неделе.

Макс вздохнул. У него не было привычки игнорировать чужие проблемы, даже если «чужой» был роботом. Он достал «виртхом», запустил приложение «Войстех» и создал заявку на обслуживание.

— Когда на твоё «облако» придёт уведомление, ступай к технику, он тебя посмотрит.

— С-с-спасибо, товарищ Максим.

— Бывай, консерва, — Макс вышел на своём этаже, а «Пэтовец» нажал металлическим пальцем на кнопку «пятый этаж» и поехал выше, по своим патрульным делам.

Напротив двери главного «окээрщика», прислонившись спиной к стене и нервно отбивая левой пяткой мелкую дрожь, стояла Илиана. Макс сразу заметил, как напряжены её плечи и как она то и дело бросает быстрые взгляды на дверь кабинета.

Девушка подняла глаза и выдохнула:

— Наконец-то, я уже начала нервничать.

Макс скользнул по ней взглядом: белая облегающая кожанка, такие же штаны, красные лакированные туфли на среднем каблуке. Слева — выбритый висок, справа — расчёсанные светлые волосы, свисающие до плеча «томбой». Кончики касались белого пиджака, пытаясь его прикрыть. Ярко-зелёные глаза в свете потолочных ламп светились белыми искрами, и в этот момент Макс вдруг понял, что она боится. Не просто нервничает — боится по-настоящему.

— Ага, явился, как андроид не пылился, — он постарался сказать это легко, чтобы хоть немного снять напряжение. Посмотрел на время: «Без пяти десять». — Анатолий Игоревич уже у себя? — тихо спросил он, пальцем показывая на дверь.

— Да, пойдём, он ждёт нас, — ответила Илиана, потянула на себя хрустальную ручку мутноватой стеклянной двери и первой зашла в кабинет. Над дверью транслировалась голографическая табличка: «Глава ОКР "ЗАСЛОН" Колбачёв Анатолий Игоревич».

Макс вошёл следом.

В кабинете у окна, сложив руки за спиной и вглядываясь вдаль, стоял мужчина лет пятидесяти в тёмном лоснящемся деловом костюме. Чёрные волосы были окроплены сединой, и это придавало ему не столько возраста, сколько веса — будто он годами копил ответственность, и теперь она сидела на нём, как хорошо сшитый костюм.

— Товарищ Максим. Илиана. С новым утром, — Глава повернулся к посетителям, обдав их серьёзным взглядом.

— С новым, Анатолий Игоревич, — чуть ли не хором ответили они.

— На повестке дня серьёзный вопрос… — Анатолий Игоревич отошёл от окна, взмахнул рукой, и у рабочего стола, будто из ниоткуда, структуризовалось едва видимое полупрозрачное кресло. По его каркасу снизу вверх бежали разноцветные световые импульсы, как по венам. Он сел, пододвинулся к стеклянному столу, сложил руки в замок. Недолгая пауза повисла в воздухе, тяжёлая и ощутимая.

— Всем известно об огромном количестве космического мусора, который, в основном, принадлежит этому грёбаному Таску. Своими «кашниками» и ракетами весь космос засрал, будь он неладен! А ещё западная корпорация «Чёрный гранит» начала стягивать свои военные космические корабли к нашим границам. Их корабли с гравитационными пушками потихоньку направляют обломки на нас. На геостационарной орбите у нас находятся телекоммуникационные, навигационные, военные спутники… К тому же под угрозой весь флот ФСДР. Что будет с нами? Вы понимаете, чем это грозит? Это не просто мусор, а пули, несущиеся со скоростью двадцать девять тысяч километров в час! Этого вполне достаточно, чтобы изрешетить наши военные суда.

Он забарабанил пальцами по прозрачному столу, и этот звук прозвучал в тишине кабинета особенно громко, будто отсчитывал последние секунды спокойствия.

— В настоящее время всё, что мы имеем, можем потерять и отлететь на добрую сотню лет развития назад, как минимум. А учитывая, какой хаос и беспорядок начнётся на Земле, то и того больше. Мало того, что в каменных джунглях живём, так ещё и до каменного века будет рукой подать, — он посмотрел на Макса, и тот почувствовал, как по коже пробегает холодок, не имеющий ничего общего с температурой в комнате.

Макс напрягся, играя скулами. Он знал, что сейчас последует приказ, от которого не откажешься.

— Необходимо как можно быстрее доделать «АНИ» и вывести его на орбиту. Как обстоят дела с созданием программного обеспечения? — этот вопрос он адресовал Илиане.

— Уже загрузила в модуль памяти, дописываю рабочие команды, после чего передам Максу. Он установит и всё проверит. В случае успеха сможем запустить инструмент в течение недели, — её голос звучал уверенно, но Макс заметил, как она едва заметно сжала кулаки.

— Да, только «АНИ» ещё не до конца собран… — Макс не успел договорить.

— Так собирай! У тебя есть пять дней. Учтите: облажается один, и я вас обоих на орбиту отправлю, мусорщиками. Пока весь космонавоз не разгребёте — обратно не вернётесь, — голос Анатолия Игоревича звучал жёстко, без намёка на снисхождение.

— Сделаем, Анатолий Игоревич, не сомневайтесь, — Илиана и Макс произнесли это почти одновременно, как будто заранее отрепетировали.

— И это, ребят, я серьёзно, — уже по-простому, более мягко, обратился к уходящим Анатолий Игоревич. — От вас двоих зависит новое утро, которое, в случае вашей неудачи, может и не настать.

Они вышли в коридор, и дверь за ними мягко закрылась, отрезая их от кабинета, от давления. Теперь ответственность лежала на их плечах.

Илиана глубоко вдохнула, будто пыталась наполнить лёгкие чем-то кроме этого стерильного воздуха здания.

— Пять дней, — прошептала она.

— Значит, успеем, — ответил Макс, хотя внутри у него всё сжималось от понимания, сколько всего нужно сделать. Он посмотрел на Илиану и чуть улыбнулся, стараясь, чтобы улыбка получилась настоящей. — Мы это уже проходили. Почти.

Она коротко кивнула, и этого хватило. Они не стали терять время на лишние слова. Развернулись и пошли по коридору — туда, где их ждали серверные, чертежи, код и работа, от которой зависело, наступит ли завтрашний день.