Санкции? - тьфу!!! ограничения, эмбарго

         Не знаю, кому и в какую больную головушку пришло это нынче модное словечко «санкции», которое по безграмотности применяют не по назначению, именуя им не разрешения (что это слово, собственно, и означает), а понятие диаметрально противоположное, а именно ограничения, запреты, а в крайних случаях - даже и эмбарго.
Ну, впрочем, с нашим великим и могучим всякая тупоумная понаехавшая шелупонь давно обходится пренебрежительно-небрежно. Жаль, что у меня, дипломированного филолога, не обремененного государственными функциями, нет никаких карательных полномочий. Повезло им.
Это, так сказать, присказка. А далее будет.... нет, не сказка, а самая настоящая быль.
Итак...
Империя наша всегда сталкивалась с попытками "коллективного Запада" навязать нам свою волю. Ох, и любят злобные и тупые западные мазохисты пару раз в каждом веке тявкнуть на Россию и попробовать нас одолеть. Ну, получают регулярно по свиному рылу, но ничему не научаются… А в промежутке между их тупыми нахрюками и получению от России в свиной свой пятак, они с маниакальной, просто идиотической регулярностью пытались тормозить наше экономическое и технологическое развитие, устраивали разные запреты на получение нами как бы передовых западных технологий, а потом делали вид, что хотят сотрудничать. Но кончалось это тем, что они опять собирались в  кучу, опять перли на нас войной, опять получали по бестолковке, плакали, каялись, на коленках ползали, потом опять пытались нас ограничивать и готовились к новой войне с нами. И так последние лет пятьсот...
Так вот: очередной виток "разрядки напряженности" попер после того, как Горбачев сдал все позиции могущественного СССР в Европе, да и вообще везде в мире. Вот тут-то Запад и начинал снимать ограничения, отменять эмбарго и прочее...
Это, так сказать, общие рассуждения, а рассказать-то я хотел об одном рядовом эпизоде из моей прежней жизни, произошедшем как раз в редкие, как бы «светлые» паузы между обычными для нашего Отечества длительными эпохами ограничений, запретов и прочих попыток деградирующего Запада затормозить наше развитие и, в конечном итоге, нанести нам «стратегическое поражение», которым они там у себя бредят не первое уже столетие.
В своих воспоминаниях, именуемых «Капельками», я немного рассказывал о своей работе в отделе создания систем ЧПУ (числового программного управления) в составе НПО ЭНИМС (Научно-Производственного Объединения "Экспериментальный научно-исследовательский институт по металлорежущим станкам") в должности руководителя отдельной спецгруппы. Я отвечал на координацию нескольких совместных проектов и перспективных разработок в этой области с рядом ведущих компаний ФРГ, Австрии, Великобритании и Швейцарии. Строительную часть проектов исполняли ведущие крупнейшие югославские компании – еще не была уничтожена НАТОвскими мразями Югославия - федеративная Республика южных славян (СФРЮ). Это потом, в поздние 90-е годы, западные твари разбили на мелкие кусочки единую Югославию. Да и крушение СССР тогда не казалось столь очевидным, хотя…
С немцами у нас была создана серьезная, мощная проектно-конструкторская группа, сформированная из лучших инженеров и программистов-математиков ЭНИМСа и крупнейшего тогда в ФРГ, да и во всей, пожалуй, Европе станкостроительного концерна Max-M;ller/ Gildemeister. Группа базировалась в Ганновере, на предприятии  Gildemeister Automation. Регулярно, на две недели раз в два месяца, выезжал вместе с главным по инженерной части проекта Валерием Гуревичем в Ганновер для контроля и согласования графиков работ. Эта проектная группа, к которой я первоначально и был придан заместителем генерального директора НПО ЭНИМС в качестве координатора, переводчика и ревизора, занималась разработкой новой, уникальной по тем временам, трехуровневой системы ЧПУ для трехкоординатных токарных станков, а также для пятикоординатных шлифовально-фрезерных станков и роботизированных систем. Эта новая система ЧПУ производилась в Ганновере для основного клиента  Gildemeister - завода концерна Volkswagen по производству минивэнов и микроавтобусов. А у нас она должна была производиться на мощностях строящегося ИЛК (инженерно-лабораторного корпуса) ЭНИМС. Но – не судьба. Хотя  на момент моего перевода в ЭНИМС был уже построен современный, по тем временам, инженерно-лабораторный корпус площадью более 50 тысяч м2, вполне ритмично шел процесс закупки и монтажа оборудования для полного цикла производства – от «голых» печатных плат (гальваника) до набивки всех пассивных и активных элементов (монтажные столы), производства корпусов и комплектации систем ЧПУ.
       Здание это и до сих пор сияет светозащитными окнами на ТТК в районе ул.Вавилова/5-го Донского переулка. Это был масштабный проект – один из последних крупных проектов в умирающем СССР. Был оборудован автоматизированный высотный (32 м) склад с робокаром, развозившем поступающие комплектующие на 100%-ный входной контроль, потом до проходов, а там уже штабелеры, после считки штрих-кодов, распределяли отдельные комплектующие по ячейкам (оттуда те же штабелеры забирали их на производств). Для готовых изделий был устроен ручной склад, куда изделия поступали по горизонтальным лифтам. Все складское хозяйство управлялось специальной мощной ЭВМ производства тогда еще живого западногерманского концерна AEG. Через пару недель после начала моей, так сказать, трудовой деятельности в ЭНИМСе, Владимир (мой друг и куратор в звании подполковника КГБ), тогда трудившийся в официальной должности заместителя гендиректора ЭНИМС по международным связям, сильно расширил круг моих задач и полномочий. В дальнейшем я  координировал работу с руководством ЭНИМСа, Минстанкопрома и немецкой стороной, формировал составы на выезд в Германию, Австрию, Швейцарию и Англию, планировал и контролировал их ротацию. Вот такие были задачи. Для их выполнения мне пришлось создать небольшую (в составе всего пяти универсальных специалистов и одного водителя) группу с пышным наименованием «группа координации совместных проектов и перспективных разработок».
В круг задач моей группы входила организация отправки наших специалистов в указанные страны (на обучение, инструктажи и проч.), а также прием и размещение специалистов и руководства иностранных фирм-партнеров в Москве, составление графиков пребывания, встреч и совместных работ.
Приходилось принимать много иностранных специалистов из Германии, Австрии, Швейцарии и тогда еще единой Югославии, организовывать их размещение, работу, транспорт и прочее. Причем уровень был самый разный – от рядовых строителей до совладельцев крупных европейских компаний. С работягами я решал легко: уже были кооперативы по аренде жилья, и можно было снимать приличные квартиры и неплохие гостиницы на длительный срок, причем платить по безналу. А вот в поисках возможностей размещения людей более высокого уровня приходилось подружиться с разными нужными персонажами в этой сфере, ибо капитализма там тогда было еще очень мало, многое зависело от связей (как сейчас сказали бы – от административного ресурса). Кому-то хватало письма Министра и коньячка с шоколадом, а с кем-то (в частности, с холёными и аппетитными руководящими дамами возрастом от 30 до 50 лет) приходилось договариваться особым образом... Впрочем, с учетом того, что мне тогда было под сорок…Но об этом как-нибудь потом.
В начале 1990 года мне пришлось организовывать обучение по программированию испытаний электронного оборудования в Лондоне (вернее, в городке Сент-Олбансе, что километрах в 30-ти от британской столицы) и разок даже самому поучаствовать в одном курсе обучения программированию испытаний печатных плат на предприятии в составе концерна Marсoni Instruments – тупо не нашлось переводчика, вот я и выручил Женю Хари, который этой темой руководил. Он очень боялся срыва графиков обучения специалистов и умолял меня выехать в Англию в качестве куратора, участника обучения (диплом от Marсoni у меня и сейчас где-то валяется) и, главное, переводчика. Женя буквально чуть не плакал, умоляя меня помочь.
"Делов-то всего на 10 дней! Выручай, дружище! А за мной не заржавеет..." Примерно в таких выражениях он бомбил меня дня три непрерывно. Сначала сам, потом через двух наших начальников (по инженерной части и по международным делам). Ну, я отболтался - типа, на мне весь прием иностранцев замыкается, то да  се... А мне просто неохота было на этот дурацкий остров - туманный Альбион, так сказать -  переться, не любил я мелкобританцев никогда. Потом настырный Женька подключил тяжелую артиллерию - самого заместителя министра и начальника Технического управления МИНСТАНКОПРОМа... Тот просто рявкнул "Надо! Исполняй!" И все мои доводы о том, что работа моей группы ждать не будет, в расчет не брались... Пришлось срочно создавать двухнедельный задел по гостиницам, квартирам, транспорту, переводчикам и прочему для приема австрийцев, югославов, немцев и швейцарцев - благо, договорная часть у меня была вчерне готова, оснащенность в части оргтехники, включая самые современные ПК, которых и не каждое министерство имело, у моей группы была на уровне, а оплату я оставил на потом, мне тогда в Москве многие доверяли. И через пару дней собрался в дорогу. Группа уже была давно оформлена, авиабилеты зарезервированы, за день до вылета сообщили окончательный поименный состав. Синий (служебный) загранпаспорт у меня был, визу ребята из КГБ организовали за сутки. Ну, и понеслась... 
Итак, конец апреля 1990 года. В Москве еще холодно, ветрено и дождливо. А в Лондоне и в Сент-Олбансе, вопреки избитым шаблонам, тепло, сухо и солнечно - никаких тебе туманов и дождей, на небе ни облачка, даже в пиджаках было жарковато... Прилетели в Хитроу, нас встретили, рассадили по автомобилям и сразу повезли в Сент-Олбанс, мы в тот день Лондон практически и не увидели. Езды было немного, где-то минут сорок или около того, по ровной и свободной дороге, ибо был воскресный день. Сент-Олбанс и в те годы производил впечатление солидного буржуа с его фешенебельными особняками, офисными зданиями, шикарными и дорогими отелями, роскошными полями для гольфа и прочими атрибутами городка для состоятельных дельцов и джентльменов, близких к королевскому двору и палате лордов...   
Разместили нас в небольшой, очень уютной и старомодной гостинице недалеко от главного офиса корпорации Marсoni Instruments. Примечательно, что владел им тогда кузен самого Джона Леннона. (Если кто из молодежи не в курсе, Джон Леннон был одним из Beatles, его убил один псих в конце 90-х годов. Яркий был музыкант — впрочем, как и каждый из «ливерпульской четверки».) В дни нашего пребывания в отеле сам он был где-то в отъезде, мы видели только его разнообразные фотографии на стенах: с кузеном, в кругу семьи и играющим на саксофоне. А вживую мы общались с его милейшей супругой и дочерью, которые, собственно, и хозяйничали в отельчике. Номера были небольшие и умеренно, даже сдержанно, комфортабельные, с непременными здоровенными ваннами из нержавейки и старинными медными кранами - отдельно для холодной и горячей воды. При том, что санузлы были крохотными по площади. Но зато lobby, где мы завтракали, ужинали и/или файф-о-клокали, (обедом нас кормили на предприятии), был шикарен. Огромные диваны и пуфы с обивкой из чистой кожи и бархата, огромнейшие же аквариумы с рыбками экзотических пород, позолоченные клетки с разномастными шумными канарейками и солидными, задумчивыми попугаями. тяжеленные приборы и подносы из чистого серебра... На завтрак выбор горячих и холодных блюд и закусок был изыскан, разнообразен и просто шикарен. Ребята налегали на мясное и сырное ассорти, не гнушались отварной в мундире и элегантно очищенной, ровной, как яички, картошечкой, теплыми салатами и мюсли с горячим молоком - так что завтрак иной раз растягивался минут на сорок...
А я обычно ограничивался глазуньей или яйцом всмятку, чашечкой кофе и булочкой с джемом. Вообще не любил я завтракать, но в командировках приходилось.
Сам курс обучения был приятным и необременительным. После завтрака за нами приезжали служебные авто с молчаливыми водителями и везли нас на территорию корпорации. Там было предусмотрено небольшое (нас было всего шестеро, считая меня), прекрасно оборудованное, помещение, где мы и учились программированию испытаний печатных плат - и "голых", и с полной набивкой. Вначале нам устроили небольшую, но весьма полезную, экскурсию по наиболее безобидным, с точки зрения государственной и коммерческой тайны, подразделениям корпорации. Особенно впечатляющим было зрелище автоматизированного участка волновой пайки и современнейших, по тем временам, монтажных столов, где мы впервые увидели, как приятно и спокойно можно делать сложнейшую набивку печатных плат. Но более всего впечатлило наше временное рабочее место с мощными на то время компьютерами. Для 1990 года жесткие диски на 10 ГБ казались просто научной фантастикой...
Обучение шло себе спокойно, ровно и ненапряжно -  не буду вдаваться в технические подробности. Инструктор нам достался молодой, образованный и знающий, звали его Гордон Поли (Gordon Polley), он был очень рад этому поручению руководства. А русских видел вообще впервые и проявлял какую-то непосредственную, почти детскую, радость - даже, пожалуй, восторг. Все время подчеркивал, что впервые встречает таких добросовестных и работоспособных "курсантов". И совершенно неожиданно предложил нам использовать вклинившийся в процесс обучения Первомай (у них там Первое мая тоже государственный праздничный и выходной день - ну, по крайней мере, тогда точно был) для экскурсии по Лондону, которую он провел по своей инициативе и за собственный счет. Нам он не позволил потратить ни фунта из своих (вполне себе приличных по тем временам) командировочных.
Ну, вот. Поехали мы на поезде до вокзала Charing Cross в центре Лондона, на Стрэнде. Езды было что-то около получаса. Оттуда на метро (убогоньком, в сравнении с московским) доехали до площади Пикадилли, немного погуляли там (площадь малюсенькая, но знаменитая) потом посетили Тауэр с мостом, резиденцию премьер-министра на Даунинг-стрит, 10, а на Бейкер-стрит известную квартиру миссис Хадсон, потом Вестминстер, потом были еще где-то, потом попробовали американской пиццы в только что открывшейся Pizza Hut недалеко от колонны Нельсона, рядом с  вокзалом Charing Cross, там посидели у фонтана, а потом сели в поезд и вернулись в Сент-Олбанс. До сих пор приятно вспомнить эту поездку. Гордон был замечательным гидом, историю страны он знал хорошо, Лондон - вообще идеально, как собственный карман. Мы много ходили пешком, но иногда и катались на открытом империале двухэтажных (красных) автобусов, попробовали, впрочем, и прокатиться немножко на знаменитом black-cab. типично лондонском такси... Ну, в общем, было весело. Вернулись под вечер. А на следующий день продолжили обучение. В самый последний день решили устроить Гордону "отходную" в нашем отеле. За день до этого договорились с хозяйкой,, она с сестрой накрыли нам скромно-праздничный банкет. Причем на этом банкете использовались исключительно советские деликатесы, которые все мы взяли с собой из Москвы. Поясню. Была такая забавная традиция у советских командировочных: в целях экономии валюты (так называемых суточных), которые наши граждане использовали не по прямому назначению (то есть, на питание), а на всяческие покупки по перечням, составляемых женами и детьми, наши граждане брали с собой разные продукты длительного хранения: копченые колбасы, консервы (в том числе - крабы, икру красную и иногда черную, на теоретическую продажу), печенье, чай, кофе и прочее. Но в данном случае все это не использовалось, ибо отель был с завтраком и файф-о-клоком, а на фирме кормили хорошим комплексным обедом. Вот это все мы и вывалили на прощальную вечеринку с Гордоном и хозяйкой гостиницы. Ах, да - помимо чая, кофе, всяких разных колбас и деликатесных консервов, у нас было еще и немало спиртного: всякие водки и даже армянский и молдавский коньяк. Ну, не тащить же все это домой? В общем, польщенная хозяюшка с сестричкой все красиво нарезали, а консервы вывалили в какие-то невозможно элегантные розетки или что-то такое, чай мы заваривали сами в сервском фарфоре. А Гордон приехал вместе со своей очаровательной женой по имени Полли. Она так и представилась: а я, говорит, Полли Полли (пишется, правда, Polly Polley). Меня, говорит, Гордон попросил его домой отвезти, поскольку он решил слегка выпить. Ага... А пузико у нее было уже вполне кругленькое - кажется, на шестом уже месяце беременности тогда была. Вечерок удался! Всем англичанам и англичанкам угощение наше "зашло", выпивали с удовольствием, вкушали с приятным изумлением. Гордон даже сказал, что наш чай (а был самый простецкий, грузинский, так называемый чай № 48) настолько лучше ихнего, что его вкусно пить даже без молока. От наших сервелатов, сырокопченых колбас и консервов вроде селедки иваси, а также горбуши и сайры, они было в неописуемом восторге. Ну, не говоря уже о красной икре. А черную икру мы просто подарили супруге Гордона, что "подкормить" малыша в животике... Гордон почти плакал от умиления и выпитой "Столичной".
Помнится, когда они отбывали, Полли села в машинку, сняла туфельки и вот так прямо в одних (шерстяных, правда) носочках и повезла "тепленького" муженька до дома...
На следующий день (как сейчас помню - в пятницу) мы с утра получили шикарные свидетельства о прослушанных курсах и практических занятиях из рук целого Старшего вице-президента корпорации Marсoni Instruments, далее был праздничный фуршет с прочувственными речами о возрождении сотрудничества и прочем за все хорошее... Эх, знали бы они, как быстро это все закончится! И не только в плане сотрудничества: в конце 90-х Marconi Instruments была продана IFR Systems Inc., а в 2002 году её приобрела компания Aeroflex. Сейчас название Marconi Instruments больше не используется. Такие дела..
Ну, вот, а потом мы отбыли в Лондон на week end перед возвращением на Родину. Оказывается, и руководство принимающей стороны тоже озаботилось о культурной программе. Для нас предусмотрели экскурсию по городу и прощальный ужин. Посовещавшись, мы решили от экскурсии по Лондону отказаться, потому что ее планировалось проводить абсолютно по тем же местам, что нам показал наш любезный Гордон. Мы решили, что лучше мы походим по разным торговым точкам, указанным нам милой заботливой Полли, доброй женушкой "нашего" Гордона. Тут уже стали совещаться начальники Marсoni и торжественно предложили нам прощальный ужин в лучшем ресторане английской кухни сети Beefeater (я и не знал, что есть какая-то особая английская кухня - думал, что они просто мясо жрут, как не в себя, и оказался прав, кстати).
Итак, в Лондоне нас разместили в забавной, патриархального вида, гостинице на тихой Hallam street, в районе, гордо именуемом Сити-оф-Вестминстер. Забавная деталь: при прощании я отдал свою визитную карточку кому-то из руководства. А там на чистом английском было написано, что я project coordinator, что было чистой правдой. Но для англичан это была немного не такая небольшая должность, как у нас (я был руководитель группы координации совместных проектов и перспективных разработок, уровень пониже начальника отдела). Они всполошились, прознав, что такой большой человек неделю жил в номере с рядовым программером. Поэтому в Hallam Hotel меня поселили в двухкомнатном люксе с мебелью из красного дерева, наборным паркетом и зеркалами во всю стену...
Ну, это так - смешная деталь. Так вот, мы провели в этом отельчике вечер пятницы, субботу и половину воскресенья. Вечер пятницы и половину субботы мы прошлялись по торговым улицам Лондона, осуществляя покупки по спискам наших заботливых родственников и близких друзей. Это неинтересно, поэтому подробности опущу. Скажу только, что ходили мы по магазинам и магазинчикам, в основном, по длиннющей Оксфорд-стрит. Немного поболтались и по Тоттенхэм-стрит, и по Риджент-стрит, но в магазинчиках и бутиках последней многое нам оказалось не по карману. А вот забавным было то обстоятельство, что нам, даже и с   огромным трудом, не удалось найти вечерком хотя бы пивка навынос даже в Сохо, в его многочисленных ларьках и магазинчиках, к чему я привык в Австрии и Германии. Потому что в бары типа pub нам не хотелось, не нравилось нам смотреть на тупые и пьяные английские морды, а до гостиницы было далеко... Что-то такое вроде кислющего эля мы нашли, исплевались, не понимая, как можно пить такую бурду... пришлось заесть это вкусным кебабом в уличной забегаловке у арабов...
Ну, а вечером субботы нас погрузили в авто и потащили в упоминавшийся Beefeater, а именно в один из самых дорогих ресторанов этой сети на улице Beresford St., с видом на Темзу. очень романтично. Вот тут-то мы и поняли, что никакой такой специальной английской кухни в природе не существует. Ибо в этом самом Beefeater'е вся эта "английская кухня"  воплотилась просто в линейку примитивных мясных блюд, разнящихся только по количеству отварного, тушеного или жареного мяса - говядины, главным образом. Ну, и гарниры тоже не отличались большим разнообразием. Правда, вся обслуга была выряжена в одежду, почти копирующую униформу королевских гвардейцев, потому что именно этих самых гвардейцев в аглицком народе и именовали Beefeater’ами, т.е. "мясоедами". Должен сказать, что я допустил при выборе основного блюда большую ошибку, заказав T-bone и не посмотрев на массу мяса, которое предстояло слопать. Лишь после этой тяжелой битвы, которую мне удалось если не выиграть, то хотя бы свести в боевую ничью, я прочитал в меню, что помимо гарнира, состоявшего из полукилограмма отменного отварного картофеля и разных свежих овощей, мне пришлось употребить 750 г тушеной говядины на косточке. К чести заведения, хочу отметить, что качество еды было самое высокое, говядина была, собственно говоря, явно парной телятиной. Нежная мякоть легко снималась с косточки практически почти сама по себе, даже и без помощи вилки или ножа: стоило только потянуть украдкой двумя пальчиками за верхнюю «перекладину» косточки, как мяско плавно стекало прямо в тарелку. Замечу. что диаметр этой тарелочки был что-то около 35-40 см... Это была славная охота! Ну, мне помогли в этой битве небольшой чайник цейлонского чая и пол-литра минералки. Впредь я во всех новых для меня ресторанах, кафе и забегаловках всегда подробно изучал состав и массу предлагаемых блюд (технологи общепита именуют это «выходом»).
А про так называемую английскую кухню можно забыть, ибо ее в природе не существует.
Вот такой, по выражению замечательного нашего сатирика М.Зощенко, "мелкий случай из личной жизни" мне отчего-то вспомнился недавно на фоне забавных и беспомощных, вызывающих уже не усмешку, а гомерический хохот, потуг пресловутого «коллективного Запада», тщетно пытающихся «отменить» Россию, русскую культуру, русский спорт, русскую идентичность и русских вообще. Как говаривал, пусть и несколько по иному поводу, наш Император, "замучаетесь  пыль глотать"!
А мы, простые смертные, не сведущие в высоких политических материях, добавим: как бы не пришлось им всем дружно кровавыми слезками умыться!!               
Такие дела...