Распятая Любовь

Одна есть в мире красота –
Любви, печали, отреченья
И добровольного мученья
За нас распятого Христа.
К.Д. Бальмонт

Наконец-то после долгой снежной зимы в нашу жизнь врывается теплое дыхание весны, пробуждая мир от темного сна смерти. Звонко звенит апрель, напоминая людям о приближении воскресения. Природа оживает сама по непреложному закону Творца, а как же быть с человеком, который наделен свободной волей? Всемогущий Бог настолько деликатен, что спрашивает его, хочет ли он подняться и возвратиться к жизни.
 

Но большинство людей находится в таком замороженном состоянии, что утратило способность слышать Божественный голос любви. И вновь впереди до воскресения мучительная казнь, смерть, схождение во ад Христа, и крики, полные ненависти: - Распни Его! Распни! Конечно, далеко не все кричат, многие просто молча соглашаются, как это обычно бывает. Толпа, жаждавшая царя-завоевателя, который победит ненавистный железный Рим, выбирает не Того, Кто дает жизнь, а того, кто убивает и грабит. Ей совсем не нужен Небесный Царь, кроткий и смиренный, который позволяет себя избить, оплевать, распять…


 Вот слышатся жуткие удары молота, прибивающие руки и ноги Спасителя огромными гвоздями к деревянному кресту. Ужасная казнь, которой подвергались лишь рабы да страшные преступники! Христос, изнемогая, истекает кровью, мучительно дышит, и Он, обещавший напоить всех живой водой, шепчет: «Жажду». Это слово, сказанное Им с креста, казалось бы, такое короткое и понятное, несет в себе глубочайшие смыслы.  Да, оно, прежде всего, свидетельствует о том, что Иисус не только Бог, но и Человек, который испытывает нестерпимые муки по-настоящему. Одновременно это слово, говоря об исполнении древнего мессианского пророчества, показывает не случайность всего происходящего. Даже такая мелочь, как уксус, поднесенный Христу на губке, является Божественным Промыслом о спасении мира.


Наконец, высший духовный смысл, заключенный в этом слове, состоит в том, что Бог жаждет, чтобы человек услышал голос Его любви и пришел к Нему добровольно и с любовью.  Это такая жажда, которая исходит не от недостатка, а от избытка, желающая всем без исключения спасения, чтобы никто-никто не остался в стороне от Божественной распятой любви!  В этой жажде, в которой соединяются небо и земля, Бог и человек, крест и воскресение, смерть и жизнь, слышится столько отцовской любви, столько тепла и нежности, что душа, переполнившись ликованием и счастьем, прыгает, скачет, словно маленький ребенок. Она, наконец-то, вырвавшись из цепких суровых рук зимы, из холода одиночества и отчаяния, из леденящих мертвых отношений, вступает в вечную весну, которая несет жизнь, любовь и воскресение.

 В момент смерти Христа в Иерусалимском храме разорвалась завеса, отделяющая Святое Святых от людей. Согласно преданию, она была чрезвычайно плотной толщины аж в ладонь, но вмиг сорвана это толстая преграда между Богом и человеком. Она разрушена той сумасшедшей любовью, кровящие раны которой открыли путь на Небо. Теперь человек может прямо глядеть в глаза этой Любви, обагренной кровью Живого Творца! Сломаны перила жесткого закона, закончилась эпоха послушания и наказания. Бог, протягивая свои руки на кресте, обнимает всю вселенную и тихо зовет к Себе. Распятая Любовь никого не судит и не карает, она просто надеется, что кто-то придет к ней.