Поцелуй

        Да, это был несомненный успех! Контракт на изделие, которое рождалось в трудных и бесконечных  расчётах, спорах до хрипоты и длительных переработках, наконец-то был подписан.  И, конечно же, немалая заслуга в том была именно Лизы,  ведущего  специалиста и организатора презентации проекта. Зорин, на правах заместителя главного директора, поздравил коллектив  с  общим  успехом и пригласил всех сотрудников  к уже давно накрытому по такому случаю столу.
        Звучали, как обычно, тосты и поздравления. Отмечались  заслуги  отдельных сотрудников и прежде всего, Лизы, поскольку объективно, именно её вклад был особенно заметным. Но Зорин намеренно не стал  выделять её из всех, сославшись на то, что являясь её супругом, не хочет,  чтобы это выглядело как выгораживание жены.   И поэтому предложил хвалить её всем остальным…   
        К поздравлениям Лизы присоединился и Лимонов, генеральный директор. С противоположного конца длинного стола он громко и так, чтобы его все слышали, обратился к супруге  Зорина  с просьбой: «Лизонька, дорогая, иди ко мне, я тебя поцелую!» Зорина, как мужа Лизы,  такая барская распущенность Лимонова  крайне и глубоко  задела. Нет, мало того, что он сказал это прямо при нём, её муже, но ещё и в присутствии  всех остальных,  сидящих за столом сотрудников!  Как ни старался, но Зорин не мог оправдать оскорбительную  для обоих супругов выходку Лимонова, многие годы называющего его при этом своим другом. Но выразить своего возмущения он так и не успел, потому что дальнейшие события для него  оказались ещё  более  вызывающими и оскорбительными, и тут же затмили  собой  только что  случившееся.
        В ответ на просьбу Лимонова, жена Зорина, сидящая  с ним рядом,  и  зажатая с двух сторон стульями, вдруг, потянулась обеими руками  в сторону  Лимонова и, периодически привставая со стула, начала издавать  отрывистые жалобные звуки, всем своим видом изображая просящую  о помощи узницу.  Зорин не оценил шутки супруги и, совершенно  обескураженный  её игривым настроением, просто не знал, как реагировать.  Зато  знала,  сидящая  от Лизы слева  Амелия Владленовна.
- Сиди! Лиза, сиди! – упрямо и строго наставляла  она Лизу.
- Сиди. – тихо вторил за Амелией   Зорин,  при этом безуспешно пытаясь   своей ладонью  опустить  руки  жены,  протянутые ею над столом.
«Муж сказал: сидеть.» - прокомментировала Софья, снимавшая всё это время весь  банкет на свой смартфон.  В ответ на эту нелепую во всех отношениях картину, раздосадованный  Лимонов  решительно встал из-за стола и быстрым шагом подошёл к супругам. Вырвав по пути из-под Зорина  мешающий ему стул, он приблизился  вплотную  к Лизе.  Затем, склонившись над ней, обхватил широкими  ладонями  её лицо и,  подняв  со стула….   поцеловал!!...
        От увиденного Зорин потерял дар речи. Но вместо изумления и шока, наоборот, изобразил  своё полнейшее  равнодушие к произошедшему.  Хотя, если кратко  описать  его настоящие чувства, которые он в тот миг где-то там глубоко в себе старательно ото всех прятал,  то это были всего два слова: отчаяние  и унижение.  Ну, а если сказать совсем коротко, то Зорин выходкой Лимонова  был абсолютно и полностью раздавлен. Его беспомощное и, по сути, жалкое положение усугублялось ещё и тем, что он отчаянно старался ответить себе на вопрос: «Чем ответить на унижение?»  Однако, как ни старался, но так и не мог.  Ответа не было!… 
        Как он должен  воспринимать эту хамскую выходку Лимонова? Чем он должен её считать для своей супруги ? Её унижением?  Но разве не  она сама  к нему протягивала руки?…  Унижением  его самого?  Но получалось так, что  он стоял на пути её «освободителя»…  Она же САМА  призывала к себе Лимонова!  Зорин себе (а возможно и остальным) казался персонажем  из комедии  времён немого кино, в которой один из любовных соперников  был публично повержен другим, посрамлён и осмеян!    И вот теперь  он  стоит  побеждённый  прямо в середине  экрана, а все зрители в кинозале над ним истерически смеются…  И она?  Она тоже смеётся вместе с ними?...   
        Он взглянул на лицо супруги после поцелуя и не заметил на нём ни тени смущения или неудовольствия. Всё произошедшее воспринималось ею, как и остальными,  весело и непринуждённо.…  Жгучая обида за то, что она при нём, и в присутствии других, сидящих за столом, позволила другому мужчине себя поцеловать,  и обжигала и ранила его...   Для остальных же всё  это выглядело  интригующим  и пикантным соперничеством  двух самцов  за объект своего вожделения. И поэтому они с большим интересом  и нескрываемым  азартом ждали: какой же будет развязка?  «Виталий Глебович, вам перчатку дать?» - послышалось где-то сбоку от Зорина. А снимающая эту острейшую интригу на смартфон  Софья уже весело припевала себе под нос: «И коньячок под  «тройничок»  вкусно очень»...  Понятное дело, что под «тройничком» в этой ситуации подразумевался любовный треугольник. А уже в завершение съёмки пикантной сцены с финальным поцелуем  Клавдия Олеговна  тут же, прямо на камеру смартфона, с трепетом умоляла её:  «Софьюшка, выложишь мне завтра это видео?» «И мне тоже». – нескромно улыбаясь просила Зинаида. На что Софья им утвердительно просто кивнула. 
        Но любовная интрига продолжения не имела. Вопреки всеобщему ожиданию, никакого бурного ответа со стороны Зорина не последовало.  Со спокойным  равнодушием на лице и без  видимых эмоций к произошедшему, он лишь молча придвинул к себе только что вырванный из-под него  стул,  и просто на него сел. Потом аккуратно налил себе  в пластиковый стаканчик сока  и, ни на кого не глядя, начал заедать булкой только что выпитое.  И от этого наигранного им полнейшего равнодушия то напряжение, которое уже звенело в воздухе, и едва не переросло в скандал или драку, куда-то незаметно улетучилось  и  растворилось, словно бы вовсе и не бывало.  И уже спустя   минуту  - другую,  сидящие  за столом  вновь продолжили  радоваться, шутить и веселиться.   
Вполне возможно, что для всех,  но только не для Зорина, всё так и забылось бы, как дурной и нелепый сон.  Но!               
        На следующее утро Софья, как и обещала, выложила в групповом чате  своё скандальное видео, на котором  с  документальной  точностью  она  зафиксировала вчерашнее унижение Зорина.   Увы, но уже одним лишь своим появлением в чате, её репортаж,  тут же лишил  любого из участников  конфликта  трактовать случившееся  в свою пользу,  с тем, чтобы иметь возможность, хоть как-то, хотя бы даже из своих личных соображений,  сгладить или смягчить ситуацию, чтобы  оставить  всё   без  каких- либо  далеко идущих последствий, как для себя самого, так и для кого-то  другого. Вероятнее всего, именно  абсолютно  безжалостная   документальность  того скандального  видео  и привела  в итоге  отношения Зорина и Лимонова  к тому трагическому финалу,  который в скором времени  и наступил…   Именно из-за публикации видео  втянутыми  в  конфликт между ними оказались  ещё и те, кто непосредственно  на банкете  не присутствовал, но у кого  был  смартфон  с  интернетом   и  доступом  к  корпоративному чату…
       
         И первой, кому на глаза  попалась  картина  эпического поцелуя Лимонова, была  его жена Эльвира.  Решив порадоваться успехам мужа, она в обеденный перерыв  заглянула на страничку телеграм-канала его компании и буквально  обомлела от увиденного.  Нельзя  сказать, что это её удивило. Нет, она и раньше замечала за мужем нескромные жесты и вольности, которые он себе позволял в отношении сотрудниц компании. Но он всегда умел её успокоить  словами о том, что дружеский поцелуй одобрения от начальства только стимулирует сотрудниц и не имеет никакого отношения к их с Эльвирой супружеским отношениям. Эльвира, хотя и с тяжестью на сердце, но всё-таки доверяла мужу и уже почти смирилась с его фривольной манерой общения. Но для видео с поцелуем  Лизы ей уже никого объяснения не требовалось.  Тут для неё было всё  абсолютно ясно. Видео было  оскорбительным  и непристойным во всех смыслах. Во-первых, Лиза сидела за столом со своим  мужем. Во-вторых:  и это подтверждалось на видео,  муж  был изначально против  такого «поощрения», но  Лимонова это обстоятельство не только не остановило, но напротив, ещё и раззадорило, да так, что он, стремясь поцеловать Лизу, ещё и стул из-под сидящего Зорина вырвал.
- Он же твой друг! Как ты мог с ним так поступить!? – Кричала Эльвира на Лимонова тем же вечером на кухне за ужином.
- Успокойся! Зорин прекрасно помнит, что  я у них был свидетелем на свадьбе. Это просто шутка. Он же не полный дурак? Должен понимать..
- А обо мне ты подумал? Каково мне смотреть на всё это? Почему меня ты ни разу ТАК не поцеловал? Или я что, для тебя  в жизни меньше  значу, чем Лиза?
- Солнышко моё, ну извини. Не принимай всё так близко к сердцу. Ты же знаешь, как я к тебе отношусь.
- Нет, дорогой мой, не знаю! Это всего лишь слова! А вот поступки твои, - и она затрясла смартфоном у него перед лицом, - «говорят  совсем об обратном...»
- Ну, хочешь, я встану перед тобой на колени? Клянусь тебе, что никого дороже тебя, у меня нет на этом свете!
И Лимонов со всего маху грохнулся перед  Эльвирой на колени, по пути опрокинув себе на плечо стоящую на краю стола  чашку с горячим чаем…
-Да что же ты творишь, медведь неуклюжий?!  Ошпаришься ведь!.. -  вскрикнула Эльвира,  заботливо хватая кухонное полотенце...  Эффектный трюк Лимонова  сработал, и добродушная Эльвира в очередной раз сменила гнев на милость. Муж был прощён. Супруги  снова примирились. 

        …За всю следующую после банкета ночь Зорин не сомкнул глаз.  Светало. Он с щемящей грустью смотрел на безмятежно спящую Лизу и мысленно уже  представлял себе, что рядом с ним лежит совершенно чужая ему женщина. Картинка с её протянутыми в сторону Лимонова руками не отпускала его воображение. Вчера, в отчаянном смятении, он так и не решился её спросить: «А, если бы твой стул был крайним, ты просто встала и сама пошла бы к нему на поцелуй?»  Зорин шумно и сдавленно выдохнул… Лиза, едва не проснувшись от его рыка, шевельнула пальцами рук и повернулась на бок. «Но Лимонов, Лимонов!! – продолжал рассуждать Зорин, - «...Он же видел мою реакцию. Да и Софья, снимая, обронила фразу: «Муж сказал: «Сидеть!»  А вырванный стул?!...»  Про поцелуй Лимонова он вообще не мог думать. Его голову распекало от жара и жгучего вопроса: «Почему она позволила Лимонову себя поцеловать?!» … В конце концов,  не в силах больше в себе  сдерживать  накопившееся за ночь напряжение Зорин  её об этом спросил….    за завтраком.
 
- Ты же говорил, что он твой друг. Я даже и не подумала… - ответила ему Лиза.
- Друг?!!!...  – со страшной яростью заорал Зорин так, что даже ложка в руке у Лизы неожиданно звякнула о тарелку. – «Он мужа твоего вчера  унизил! Прилюдно!  А ты его при этом называешь моим другом?! А кто он тебе!?...»
- Мне???... – не поняла Лиза и переспросила, - «В каком смысле?»
- Ты знаешь в каком!  Зачем  ты тянулась к нему руками?
- Ты это серьёзно? – начинала раздражаться супруга Зорина, - «Ты, что?! Шуток не понимаешь, или не в себе после  вчерашнего?»
- Да, я не в себе!  Зато у тебя, я вижу, всё хорошо.
- Я, правда, не понимаю, - смягчилась Лиза, - Объясни мне, что с тобой происходит? Кто тебя унизил? Когда?
- А ты будто не видела?
- Нет! – широко раскрыв глаза,  изумлённо вскрикнула Лиза.
- Да!?... А это чей лайк стоит под снимками от Софьи?? – и Зорин показал в своём сматфоне  её  реакцию-большой палец,  под репортажем Софьи с их вчерашнего банкета. 
- Ну, и что? Там восемьдесят шесть снимков. Я даже не успела их все отсмотреть…
- Зато успела одобрить! – не унимался Зорин и включил ей злосчастное видео.  Лиза смотрела молча. Застыв и не шевелясь. Только сейчас перед ней сложилась, наконец, полная картинка всех тех драматических для них обоих событий  вчерашнего  банкета.   
- Извини, - сдавленно и после долгой паузы тихо произнесла Лиза. – «Я всего этого не видела. В тот момент посмотрела в другую сторону. Мне очень жаль, что всё так нелепо вышло. Ты прав: друг не посмел бы так с тобою…» - она запнулась,  - «с нами..  поступить..»
Зорин, тяжело дыша, обнял супругу.
- Прости, что наорал на тебя. Пойми, мне сейчас непросто. – он также запнулся и исправился, - «нам..  не просто..» 
- Ты ему простишь? – тихо спросила Лиза Зорина.
- Нет. За себя, может быть, и простил бы. Но за нас – не могу. Сегодня же напишу заявление об уходе.
- Напишем. Вместе. – поддержала его Лиза нежно поцеловав.

         И они ушли, как и обещали. Вместе  …ровно через три месяца, после того, как  завершили все работы по контракту и сдали изделие заказчику.  Никто из сотрудников никогда бы и не понял настоящей  причины их решения, но уже перед  самым своим уходом, они всё-таки попросили Софью удалить из чата её скандальное видео. И вполне возможно, что если бы его не было вовсе, то никто никогда ни о чём бы и не догадался…