Улыбнись, когда плачут звезды

 Улыбнитесь. Ваше сияние точно кому-то очень нужно.
                Д. Мачавариани 


   В городке, где жила Мира, люди редко смотрели вверх. Они смотрели под ноги, в кошельки или в экраны телефонов. Но когда небо над городом становилось густо-фиолетовым и звезды начинали «плакать» — ронять холодные, колючие искры метеоритов - на улицы выходила она.
   Мира была странной девочкой. Она носила огромный желтый плащ, который шуршал, как осенняя листва, и старый сачок для бабочек, сетка которого была сплетена из серебряных нитей. Она не ловила бабочек. Она ловила грусть. Когда человек шел по улице, сгорбившись под тяжестью своих мыслей, над его головой сгущалось маленькое персональное облачко. Звезды, видя это сверху, начинали сочувствовать, и их свет становился влажным. Мира взмахивала сачком, ловила этот мерцающий блик и... Улыбалась.

«Смотрите!» - шептала она, протягивая пойманный свет прохожему.

И в этот миг грусть человека превращалась в теплое воспоминание. Старушка вспоминала вкус первого земляничного варенья, а вечно хмурый булочник - как он в детстве верил, что может допрыгнуть до Луны.
   Но однажды наступила ночь, когда звезды зарыдали по-настоящему. Не из-за людей, а из-за чего-то огромного, что случилось там, в космосе. Небо стало черным, как чернила, и на город обрушился ливень из звездной печали. Сачок Миры порвался в первую же минуту. В ту ночь город замер от тоски. И тогда Мира поняла: чтобы спасти всех, ей больше не нужен сачок. Ей нужно нечто внутри себя.
   Когда серебряные нити сачка лопнули, не выдержав тяжести мировой тоски, Мира на мгновение замерла. Холодные капли звездных слез обжигали ей плечи, а город вокруг начал погружаться в серый туман забвения. Люди закрывали ставни, гасили лампы и прятались под одеяла, сдаваясь темноте. Мира посмотрела на свои пустые ладони. У неё больше не было инструмента. Не было магии, кроме той, что билась под ребрами. И тогда она сделала то, чего никто не ожидал в эпицентре шторма. Она рассмеялась. Сначала это был тихий смешок, похожий на звон маленького колокольчика. Но с каждым мгновением смех становился громче, увереннее и теплее. Мира закрыла глаза и представила, что каждая капля звездной печали - это просто искра, которой не дали разгореться.

  - Её желтый плащ начал светиться, сперва тускло, как лимонная корка, а затем - ослепительно, как полдень в июле.

  - Тьма вокруг неё начала пятиться.

  - Звезды в вышине, услышав этот смех, задрожали и вдруг сменили холодный синий цвет на золотой.
 
Мира не просто улыбалась. Она сияла так ярко, что тени в переулках исчезли. В ту ночь в городе не взошло обычное солнце, потому что оно было не нужно — маленькая девочка, стоявшая на центральной площади, сама стала Светилом. Она поняла главную тайну: звезды плачут только тогда, когда им кажется, что их никто не видит. Но стоит одному человеку осветить их своей ответной любовью, как их слезы превращаются в рассвет.
   Мира больше не носила сачок. Ей больше не нужно было ловить чужую грусть, чтобы превращать её в радость - теперь радость просто случалась там, где она проходила.

   - Взгляд: Говорят, её глаза приобрели странный оттенок — как будто в зрачках навсегда застрял кусочек рассветного неба. Даже в самый хмурый ноябрь в них плясали солнечные зайчики.

   - След: Там, где она стояла босиком на мостовой, между камнями начинали пробиваться цветы, которые пахли медом и далекими созвездиями.

   - Тишина: Самое удивительное было в том, что ей больше не нужно было смеяться вслух. От неё исходила такая волна тепла, что люди рядом с ней внезапно понимали: любая их беда — это просто временная тень, которая исчезнет, как только они сами решат открыть глаза.
   Она стала той, к кому приходят не за советом, а просто чтобы постоять рядом. Ведь в её присутствии даже самые горькие слезы на вкус напоминали родниковую воду. Она стала живым доказательством того, что Вселенная не враждебна — она просто ждет, когда кто-то достаточно смелый осветит её своей душой.
   Теперь Мира никогда не чувствовала себя одинокой. Ветер стал её старым другом. Он прилетал к ней с заснеженных горных вершин, принося запах вечного льда, или ласково касался её щек дыханием южных океанов. Она научилась различать в его гуле голоса.

  - Когда ветер свистел в печных трубах, она слышала сказки, которые бабушки рассказывают внукам на другом конце света.

   - Когда он шелестел листвой старого дуба, она узнавала о рождении новой звезды.

   -  А когда на город опускалось тяжелое, безмолвное горе, ветер приносил ей тихую просьбу: «Помоги…» И Мира просто выходила на балкон, подставляла лицо потоку воздуха и посылала в ответ свою улыбку. Ветер подхватывал это тепло и разносил его по улицам, заглядывая в каждое окно, осушая слезы на щеках спящих детей и даря надежду тем, кто уже перестал её ждать.

Она больше не была просто девочкой. Она стала Связующим Звеном. Тем самым мостиком между небом, которое иногда плачет, и землей, которая так нуждается в свете.