Моё импортозамещение

Физика – наука очень интересная, и не только потому, что открывает миру ранее неведомые законы Природы, и не оттого, что из неё выросли практически все естественные науки (ещё при древних греках все науки разделялись на Физику и Метафизику), а потому, что, кроме собственно научной деятельности, требует ещё известной сообразительности в, казалось бы, не связанных с физикой областях.
Всё это - "дела давно минувших дней"

ПОДЛОЖКИ.

Наша кафедра магнетизма Физического факультета МГУ, кроме всего прочего, занималась исследованием свойств магнитных плёнок, напыляемых на кварцевую подложку.

Изготовлением образцов (напылением) занималось «дружественное предприятие», с которым у кафедры был договор о сотрудничестве.

Всё шло весьма размеренно и продуктивно, пока вдруг не закончились эти самые подложки.

Здесь будет необходимо отметить, что подложки эти из сверхчистого кварца изготовляла единственная в мире австралийская фирма, владевшая месторождением кварцевого песка, отвечавшего этим требованиям.

Все попытки закупить подложки закончились провалом: с нами не хотели сотрудничать из-за санкций на продукцию двойного назначения и особенностей финансовых отношений МГУ с внешним миром.

Никакие обходные пути не сработали, и работа встала, что и было озвучено на одном из заседаний кафедры.

Когда я увидел эту подложку, представлявшую из себя прозрачный стеклянный диск 20 мм диаметром и 2 мм толщиной, у меня появилась идея.

Поскольку заканчивал я кафедру колебаний в лаборатории, занимавшейся лазерами, то у нас в ходу были диски из сапфирового стекла, на которых напылялись зеркала для лазеров, свойства которых изучались в лаборатории.

Дальше всё было почти просто. Мне легко пожертвовали несколько дисков, которые уже не представляли интереса, их отправили на «дружественное предприятие» на пробу.

Апробация прошла успешно, диски отвечали всем требованиям. Встал вопрос о приобретении.

Производились они на закрытом предприятии, когда-то дававшем отзыв на мою дипломную работу.

Освежив старые связи, мне удалось договориться о продаже неликвидных дисков. Дальше деньги со счёта на счёт по безналу, и я отправился получать «товар».

Путь от метро к искомой проходной проходил по улочке, с обеих сторон ограждённой двухметровыми бетонными заборами с «колючкой» поверху и штангами с изоляторами и проводами.

На проходной мне на телеге выкатили деревянный ящичек, размером с обычный портфель-дипломат, перехваченный липкой лентой и проводами вместо верёвок.
 
Меня это несколько удивило, но, попытавшись взять «чемоданчик», я понял, в чём дело – он весил около 40 килограммов.

Мысль о переносе на руках пришлось оставить сразу, мобильные телефоны ещё были в будущем, и вызвать подмогу в виде такси оказывалось проблематичным.

По счастливой случайности такси появилось само, и путь до факультета оказался весьма комфортным.


ДЕРЖАТЕЛИ ДЛЯ ОБРАЗЦОВ

На кафедре у нас был американский низкотемпературный магнитометр для изучения магнитных свойств образцов в широком диапазоне температур (вплоть до жидкого азота).

Получили мы его «от щедрот» Академии наук и гоняли на кафедре «в хвост и гриву». Но в какой-то момент закончились держатели образцов.

Тут (для лучшего понимания) нужно пару слов сказать об устройстве магнитометра – это вертикальный цилиндр чуть больше метра высотой и диаметром сантиметров 30.

 
Внутри него – азотная рубашка, окружающая рабочий объём, в котором вращается образец на кварцевом стержне 200 мм длиной и диаметром 4 мм.
 
Этот стержень вклеивался в собственно держатель – дюралевый диск 2 мм толщиной и 15 мм диаметром, по оси которого с одной стороны выступал цилиндр с внутренним диаметром 4 мм, и внешним – 6 мм, а с другой – стерженёк диаметром 3 мм, зажимавшийся в цанге электропривода для вращения образца в магнитном поле.

Всё это устройство должно было вращаться строго соосно (отклоняясь от оси привода не более, чем на 1,5°).

И стоил один такой держатель 200 долларов. Кафедра готова была купить десяток, но не тут-то было.

Производила эти держатели одна-единственная канадская фирма. И, естественно, дел с нами иметь не желала из-за санкций.

Как только мы ни крутились: я даже нашёл знакомца в Канаде, который был готов купить держатели и переправить в Россию.

Однако, фирма эта со смешным названием «Голубая белка» готова была работать только с компаниями, а, отнюдь, не с частными лицами.

На кафедре пытались изготовить держатель в своей мастерской, но биения образца были чудовищными.

Печаль была вынесена на кафедральное обсуждение. Все по очереди ознакомились с «объектом печали», дошла очередь и до меня.

И у меня родилась мысль, как это можно сделать. Ещё в школе, проходя практику на станках на уроках слесарного дела, я научился на них работать и понимал, как...
 
На факультете был у меня знакомый механик, выручавший меня с изготовлением разных деталек. К нему я и пошёл.

Показал изготовленный чертёж, описал задачу, особенно упирая на то, чтобы точить держатель «за один заход».

Механик сразу не «въехал», но, услышав про эксцентриситет, согласился со мной. И через 40 минут у меня в руках был пробный экземпляр.

Проверка на месте показала, что биения были даже меньше, чем у оригинала.

И тогда мы заказали серию из 20 штук. На следующий день всё было готово. Всё обошлось в 1200 руб. «из кармана в карман». (А курс на тот момент был около 40 руб/доллар)

Кварцевые стержни я купил в ближайшей аптеке (назывались они «палочки для перемешивания») и стоили копейки.

А последнее моё усовершенствование заключалось во вклеивании стержней в держатель на клей «БФ-2» (вместо эпоксидного «в оригинале»), что позволяло заменять стержни в держателях, а «оригинал» был одноразовым.

2026