Я отрекаюсь от... себя 32

32

Эндлинг спал. Опустошающие вопросы и чувство бессилия перед ними лишили его энергии. Мерзкой трескотнёй зловредный телефон напомнил о необходимости проснуться и занять место перед стеклом. Он даже не стал умываться, просто сел на стул, прикрыв глаза и поджав ноги, и приготовился ничего не слушать.
За стеклом появилась Далия в сопровождении своей матери. Дав возможность высказаться Кэйе, полезной информации для Эндлинга в её словах не было - про Олафа и её мужа-придурка он уже всё знал, Далия попросила маму уйти.
- А теперь слушай внимательно! - торжественно произнесла Далия, дрожащим голосом.
Чувствовались в её голосе и тревога, и неуверенность, и желание убивать. Сегодня она была одета очень оригинально. Короткое красное платье на бретельках, такого он не помнил в её гардеробе, и сверху надето что-то тёмное, из прозрачной материи, длинной до самых каблуков. То ли платье, то ли плащ. Какая-то прозрачная скорбь, недотраур.
«Могла бы и не показывать своё отношение ко мне таким образом. И так известно. Но надо же, чтобы все вокруг ещё раз обратили внимание на эту затёртую тему».
- Я решила, что с этого дня больше не буду сюда приходить. Теперь ты для меня умер окончательно. - Она села на стул и, закинув ногу на ногу, выставила вперёд красные туфельки. - Я хочу жить дальше. Ты никогда меня не любил и всегда унижал. Я тебя простила в тот раз и очень об этом сожалею. Единственное, что оправдывает мою жизнь с тобой после развода, это рождение Бернта. И больше ничего.
«Один сын в тюрьме, второй на пути туда, её отец под наблюдением полиции, а она строит планы на будущее. Всегда завидовал её наследственному эгоизму. А слова прямо из учебника по аутогенной тренировки, чтобы не сбиться с пути. Дура, чё», - проскальзывали мысли, сквозь дремоту одной половины мозга.
- Ты в последние годы даже не обращал на меня внимание. Мне приходилось вызывать у тебя хоть какие-то чувства, чтобы напомнить о себе. Зная, какой ты задрот и чистюля, я оставляла чашки по всей квартире, чтобы ты обратил на меня внимание и хотя бы наорал. Но ты всегда был в себе. И даже отсутствие секса тебя не беспокоило. Я думала, что у тебя любовница. Но нет. Тебе даже этого не нужно. А я ещё молода и очень красива. И хочу любить.
- А может я тебя никогда не любил? - взревел Эндлинг в ответ. - Ты не задумывалась? Любовь с первого взгляда — это игры мелкого пакостника Амура. Ни выбора, ни осмысления. Бац и всё. Только одна. Навсегда. Не любовь это, а проклятие божье.
Какой смысл было это кричать человеку, который и при «жизни» тебя не слышал, а сейчас и не мог слышать? Толстое стекло исключало проникновение звуков. Поэтому стенания родственников шли в наушники.
«Но, черт возьми, я её ещё долго чувствовал. Собираясь зайти в магазин, почему-то появлялось ощущение, что она смотрит на тебя. И через минуту она уже подходила сзади. Чёртова стрела навсегда поселилась между лопатками. Но не в сердце. Интересно, ей действительно стало лучше спать без моего храпа?».
- И кроме всего прочего. - Далия резко встала и обняла себя. -  Я беременна. И у нас будет девочка. Это я знаю точно. Чувствую, слышишь? Это чтобы ты совсем понял о серьёзности происходящего. Ты мне тогда не дал её родить. Вот теперь рожу от другого. Я сегодня встречаюсь с ним, и мы всё решим окончательно.
- Ну, это не я тебе не дал родить, а врачи запретили. Я всегда был рад детям от тебя. - Эндлинг вскочил и пнул стекло. - А вот кто он? Скажешь? Или я и так правильно догадываюсь?
Далия вновь села на стул и заплакала.
«Какая же ты всё-таки дура. Я ведь любил тебя, пока ты не стала такой. Хотя нет. Ты всегда была такой, только раскрывалась постепенно. Вечная дочь. А вот женой так и не стала. Как я не старался».
Эти слова он не никогда не мог произнести вслух. И сейчас, видя, как Далия пытается остановить платком ручейки туши.
Непонятный шум за спиной отвлёк Эндлинга. Он выбежал из комнаты свиданий и увидел двоих в балахонах, копошившихся около двери. Один из них что-то делал с замком и петлями, второй крепил бумажку на стену. Эндлинг подошёл ближе и на несколько секунд застыл, не обращая внимания на знаки балахонщков вернуться в комнату свиданий.
«Запрещено покидать места нахождения до особого распоряжения. При нарушении - немедленная ликвидация», - Эндлинг несколько раз прошептал эти слова.
- Начинается. Или началось. Что делать?
Он посмотрел на уходящие белые манекены и стал яростно стучать в дверь. Один из них обернулся и кивнул головой.
- Послушайте! Я знаю, что происходит. Я могу всё рассказать! Только отведите меня к начальству. Вы слышите.
Балахонщик показал жестом, что не слышит и указал на объявление.
- Вы не поняли! - кричал Эндлинг. - Иди сюда, животное!
После этих слов он получил в ответ лишь жест, стандартно посылавший в известном направлении.
- А он ведь услышал меня, но не подошёл.
Эндлинг злобно плюнул в стеклянную стену и медленно сполз на пол.
- Там же Бернт!
Он схватил стул около столика и забежал в комнату свиданий, споткнувшись о железный, приваренный табурет.
- Далия! Ты слышишь?
Она всё ещё сидела на стуле, уткнувшись в платок. Эндлинг со всей силы кинул стул в стекло. От стула только ножка отвалилась. Он ещё раз кинул его в стекло. Далия подняла голову.
- О, слышит! Далия! - обрадовался Эндлинг.
Она убрала платок и подошла к стеклу.
- Ты, наверное, ждёшь, чтобы я сказала кто это.
Эндлинг увидев шевеление её губ, схватил наушники.
- Это твой лучший друг. Вот так. - Далия сняла обручальное кольцо и кинула в сторону его фотографии. - Прощай, Энд.
- Да подожди ты! Насрать мне на твои чувства! У нас сын в беде! Далия! - безуспешно быть услышанным, разрывался Эндлинг, прислонившись к стеклу. - Далия!
Но она не слышала. Или делала вид. Отойдя к выходу из усыпальницы, Далия сняла траурную накидку и сложила её в сумочку.
- Да чтоб тебя!
Эндлинг схватил остатки стула и начал яростно колотить по стеклу. Но нечего не выходило. Он попытался найти пространство между стеклом и стеной и проделать отверстие, но дерево крошилось и ломалось.
- Может опять стены попробовать, как через неделю после вселения? Хотя и тогда было бесполезно.
Эндлинг, устало и тяжело дыша, сидел на полу перед прозрачным препятствием к спасению сына. Ненависть и ярость разрывали его.
- А что если это?
Он вскочил и подбежал к песочным часам с отломанными ножками стула. Песок из разбитых колб заполонил практически весь пол. Эндлинг не с первой попытки вырвал железную подставку под это проклятье всех призрачных и вернулся к непробиваемому стеклу.



Около полу-оторванных плакатов с изображением совы, сидящей на надгробии и с крупной надписью «МЫ – ЖИВЫЕ!!!» остановился катафалк.
- Ну и где все?
- Может, не смогли вырваться?
- Ну, мы же смогли.
- Тише вы, около гроба! - шикнула Инга. - Меня другое интересует - где Бернт и почему не видно сигнала к сбору?
Она сидела за рулём в чёрном парике и дёргала руль на себя.
- Может, взяли его?
- Или очканул, и к маме под юбку спрятался.
Инга посмотрела на болтающих:
- Нет у него матери. И отца нет. Поэтому и с нами. - Она протёрла рукой запотевшее лобовое стекло. - Что делать будем?
Один из венков отодвинулся в сторону и, сквозь сумерки, проступило немолодое лицо в серой маске:
- Я тебе вот что скажу, деточка. - Старушечья рука небрежно толкнула Ингу в плечо. - Мы зачем сюда приехали?
В машине стало тихо, Инга выжидающе смотрела на старуху.
- Чтобы всё решить и показать, что мы сила. – Старуха приспустила маску и продолжила беззубым ртом. - А сколько нас — это уже не важно.
- Но Инга обещала, что будет около сотни, - прохрипел мужской голос.
- Жирный, не бойся. Мы и вчетвером справимся. И Кронисту ещё на себе вытащим, - весело прокричала старуха. - У тебя сегодня шанс в газеты попасть, а ты ссышь в венок.
Инга засмеялась.
- А мне страшно, - пропищал голосок из гроба.
Старуха отодвинула крышку и щёлкнула по лбу тоненькую девушку.
- Ты совсем дура? Сама же говорила, что скучно в ларце сидеть. А так может на тебя калечную хоть какой-то журналюг обзарится, когда ты будешь в интервью давать.
Бабка хлопнула по стенке гроба.
- А ну хватит ныть! Инга, ты предводительница неприкаянных или дырка гулящая? А?
Тут уже засмеялись все. Но скорее, чтобы перестать дрожать.
- Хорошо. Главное, что они у нас.
Инга взяла один из лежавших на переднем сидении портфелей, но старуха выхватила его.
- Совсем тактики нет. Ты идёшь вперёд и высказываешь требования, я с жирным идём за тобой и машем этими чемоданами. А натурально прозрачная плетётся сзади и следит за тылом. Устраивает?
Вновь повисла тишина.
- Да или нет? - первой не выдержала старуха. - Вы задрали уже! Они всех под замок закрыли, по городу облавы начинаются. А вы сидите и очко греете.
Старуха обвила всех взглядом:
- Не хотите, я сама пойду. Ссыклы малолетние.
Она толкнула заднюю дверь и начала вылезать из машины.
- Но Бернт должен был найти у отца план здания и принести нам. Как мы пойдём? - вновь прохрипел мужчина. - Где мы там будем Кронисту искать?
Инга перегнулась через сидение и прижалась к его уху:
- Крониста не основная цель нашей акции. Она знала, на что шла. Понятно? - рявкнула Инга. - Что сидим? На выход!
Мужчина откинул венок и, пыхтя, полез на улицу, неуклюже мешая старухе вытаскивать из гробы серое и тонкое. Отойдя на тротуар, четвёрка посмотрела на здание корпорации «Покойся в жизни». Из-за поворота выехала полицейская машина. За ней ещё одна. И ещё. Колонна машин с включёнными проблесковыми маячками приближалась к ним.
- Всё, обратного пути нет, - пролепетала худенькая. - Причём никуда.
Инга кинулась через дорогу:
- За мной!
Они, не обращая внимания на сигналы проезжающих машин, перебежали дорогу и заскочили в коридор проходной. Колонна пролетела мимо здания, и на улице стало тихо.
- Вы чё здесь?
Охранник, как всегда, с чашкой в руке, выглядывал из своего окошка. Инга подошла к нему и схватила двумя руками за уши:
- Где сидят арестованные?
- Ты дура! - взвизгнул охранник. - У нас нет таких.
- Не ври сука. Куда спрятали сегодняшнюю девушку?
Инга вдавила пальцы ему в уши и потянула на себя.
- Не было тут никого посторонних, - корчась от боли, проорал охранник, стараясь вырваться.
- Не бреши, гадёныш! - Старуха со всего размаха ударила его портфелем по голове.



За всеми телодвижениями Инги и её компании наблюдали три тени, сидевшие в автомобиле, ловко спрятавшегося за оставленной на ночь уборочной машиной.
- Ты принёс?
- Не у меня. Сначала договор до конца исполни, иначе всё будет у журналистов.
- Малолетний шантажист. Что за порода у вас такая, дженивенская.
Чаф недовольно посмотрел на заднее сидение и протянул фотографии.
- А подлинники где? Ты обещал подлинники, - возмутился Бернт.
- Подлинник мне только на сутки дали. Радуйся хоть этому.
Чаф отвернулся и закурил сигару.
- Свет включить, молодёжь?
- Не надо, у меня есть. - Дэгни залезла в карман и достала маленький фонарик. - А то вон тех повстанцев спугнём.
Быстро пробежавшись по тексту на фотографиях, Бернт откинул голову на спинку:
- Ни фига себе. Как он мог?
- Сам в шоке, - промолвил, выпуская дым, Чаф.
Дэгни усмехнулась и кинула фотографии на переднее сидение:
- А для меня ничего нового про мою. - Она прижалась к Бернту. - Продешевили мы.
Чаф повернулся к ним:
- Ну, а теперь всё?
- Нет. А где то, что ты ещё обещал?
Бернт ударил по спинке кресла Чафа.
- Ты не офигел, малой?
Чаф положил сигару в пепельницу и стал отстёгивать ремень безопасности. Сбоку раздался стук в стекло.
- Чаф, чаф! Открой!
Чаф освободился от ремня и опустил стекло:
- Ну что скажешь, братец?
Полицейский напоминал недоваренного рака с бесшумно шевелившимися губами.
- Мы его потеряли, - наконец выдавил он из себя порцию информации. - Он разнёс весь дом этой сумасшедшей и сбежал.
Полицейский заглянул в салон:
- Извини, девочка. Но..
- Да нормально, - остановила его Дэгни.
Чаф посмотрел на Бернта и ударил по рулю:
- Вот потому что ты жирный, поэтому и потеряли.
- Вот он! - крикнул Бернт и указал на осматривающего через окна катафалк мужчину, в разодранном плаще.
Эндлинг ещё стоял около машины, когда в проходной корпорации прогремел взрыв. Он тут же бросился туда, не обращая внимание на пытающиеся сбить его машины.
- Куда? - крикнул Бернт и дёрнул ручку двери.
- Сиди! - Чаф успел заблокировать двери. - Я же сказал, что всё будет нормально. Их там встретят.
Бернт схватился за спинки сидений и злобно уставился на Чафа.
- Если с ним что-то случится, я ...
Чаф недовольно посмотрел на полицейского:
- Вот я всё матери расскажу про твоё поведение.
Полицейский отстранился от окна и сплюнул. Но тут же резко присел, услышав второй, более мощный, взрыв.
- Папа, папочка!
Бернт начал кулаком стучать в стекло двери и Чафу пришлось её разблокировать. Бернт выскочил из машины и побежал в сторону проходной.
«Может вы поубиваете друг друга и ничего дополнять не надо?», - Чаф прижался к рулю.
- Ну, ну! - вскрикнула Дэгни и пнула водительское сидение.
- Да блин. - Чаф открыл свою дверь. - Сиди здесь!