Под бременем корон, что тают, словно воск порочный,
Она стоит — алтарь из плоти и тоски.
Молитва глухо тлеет в пальцах полуночных,
Как яд, струящийся сквозь трещины руки.
Свечей дыханье — грех, украденный у тлена,
И слёзы их текут по мрамору лица;
Как будто ангел пал, вкусивший прах и пену,
И стал невестою для мёртвого творца.
Её вуаль — не брак, но саван сладострастный,
Где тьма целует взор, уставший от небес;
Там вера — лишь костёр, холодный и прекрасный,
Где Бог истлел, оставив пепел и гротеск.
Она молчит — и в тишине гниют хоралы,
И голос задохнулся в дымном алтаре;
Здесь благовония — как гниль и карнавалы,
Где святость зреет в сладострастной мишуре.
И вот она — сквозь боль, сквозь алый жар проклятья,
Восходит вновь, как грех, прекрасный и святой:
Корона — кровь, а плоть — распахнутое платье,
Где ад цветёт под лицемерною красой
Соженные мосты
© Copyright: Федон Элис, 2026
Свидетельство о публикации №226041301409
Свидетельство о публикации №226041301409
Рецензии