Стоки. Часть шестая

     Косой влюбился в женщину с косой. Он правил ей косу, она прАвила его взгляд на окружающую их действительность. Так и жили долго и счастливо.




     Бросив арендованную машину далеко от гостиницы, чтобы не привлекать внимания дорожной полиции и не расстраивать хозяина-покойника, Иван пошёл дальше пешком. Ему надо было проникнуть в свой номер. Там, под гранитной ванной он спрятал кодовую таблицу для шифрования телеграмм. Время эфира с Центром уже прошло и Ваня знал, что Юстас, не дождавшись шифртелеграммы от Алекса, начал подготовку к ликвидации рассекреченого агента. На этот раз "бабушка может  не доехать до внука" и это вызывало некоторую тревогу.
     Думать об этом было горько, но такова жизнь нелегала - либо ты, либо тебя и надолго.
     Зайдя в холл гостиницы Иван отметил, что там ничего не изменилось. Та же агрессивная чухонка за стойкой выдачи ключей, скучающие охранники у окна, словно из прошлой жизни. Но что-то его насторожило. Это было обострённое чувство загнанного хищника.
     - Я чувствую, я всегда чувствую, - любил повторять куратор Драконина, с позывным "хамелеон", заходя в буфет Высшей школы ФСБ.
     Что он там чувствовал, Иван так и не узнал, но усвоил на всю жизнь - чувствовать надо и надо чувствовать всегда.
     Он, расслабленной походкой, утомленного похмельем финского туриста Пекки Дуркало, подошёл к лифту и нажал кнопку вызова. Когда лифт приехал и дверь открылась он, не оглядываясь, вошёл в кабинку. Оба охранника, стоявшие с полным безразличием у окна, резко развернулись и с криками, - Минуточку, минуточку, нам тоже нужно срочно на 25 этаж  в дежурку, - ломались к лифту.
     Иван знал, что в гостинице только 24 этажа и поэтому, не проявляя агрессию, доброжелательно улыбнулся, своими фарфоровыми зубами со встроенным маячком и с ампулой цианистого калия, дождался вышибал и нажал кнопку номер 10. На этом этаже у него был забронирован номер, где он изображал пьяный кутёж и несовместимое с жизнью, пьянство.
     Когда лифт поднялся на указанный этаж и дверь открылась, на холодном полу подъёмника, в сплошной антисанитарии и в личном безобразии, лежали двое мужчин, предположительно из полиции безопасности. У одного на животе стоял расскалённый утюг, у второго, в правильное место был вставлен паяльник.
     Иван не любил эти пережитки дознания из 90-х, но иногда ими пользовался, чтобы быстрее узнать горькую правду о себе и об окружающих его людях.
     Теперь он точно знал, что в номере засада.
     Переодевшись уборщицей и изменив до неузнаваемости голос, он подошёл к своему номеру, постучал в полотно, слабой женской рукой и томно произнёс,
     - Господин Дуркало, меня прислала мамка прибраться в Вашем номере.
     За дверью началось какое-то движение, а потом опять наступила тишина. Иван, голосом потомственного кастрата, пропищал очередную серию приглашения,
     - Господин Дуркало, это просто техничка по внутренним помещениям. Меня прислала мамка Сирья.
     На этот страстный зов, дверь распахнулась и в проёме показалось сильно располневшее лицо прибалтийского полицейского.
     - Какие Ваши доказательства? - прохрюкал обладатель широкой внешности.
     Иван показал ему ведро с водой и щётку с китайским искусственным интеллектом. Агент отошёл в сторону и освободил проход. Скоро в номере отдыхали или делали вид, что отдыхают, на ковре тёти Кадри из посёлка Торупеса, трое каповцев.
     Иван поднял ванну, достал секретные коды и вышел из номера. В конце коридора он разбил стекло щитка, где хранился пожарный шланг и достал оттуда мешок с раскладным дельтопланом.
     Драконин знал, что внизу его ждут полицейские и поэтому решил использовать запасной вариант отхода. Через несколько минут с крыши гостиницы "Киру", в сторону порта, стартовал дельтоплан с черными крыльями.
     Очевидцы, протрезвев, утверждали, что над городом, извергая языки пламени, летел дракон кхалиси Дайенерис из "Игры престолов" - страшный и беспощадный.
     Но нашлись свидетели и того, как по стене гостиницы, распевая американские шлягеры, бежал человек-паук, рассеивая по сторонам паутину.
     Следствие, очередной раз, уперлось в тупик. Вся надежда была на просветлённый мозжечковый прорыв.
     Полковник Койратойт, от беспомощности и бездарности подчинённых, во время мозгового штурма, был готов сожрать собственную фуражку вместе с кокардой. Он уже начал хищно присматриваться к головному убору - с какой стороны лучше начать. Но тут зазвонил телефон и голос, на другом конце провода, отменил порчу казённого имущества.
     Это был звонок из КаПо. Человек, представившейся майором Юри Пюссем, якобы, расследующий убийство на Замковой площади, с профессиональной холодностью начальника, привыкшего изобличать и преследовать, приоткрыл тайну следствия. Дело о таинственном преступлении на Вышгороде решено передать в КаПо. Полковнику Арво Койратойту, все разработки и предложения, выдвинутые во время мозговых штурмов, надлежит перенаправить в полицию безопасности для глубокого рассмотрения.




     - Итак, господин Тумевеси, продолжим наше путешествие в Ваше тёмное прошлое, - следователь КаПо был сегодня непривычно весел и разговорчив. - У Вас, - Продолжал он радоваться жизни, - ещё не зажили раны дружественного огня на теле, а я уже стою перед последней разгадкой теней из прошлого.
     Тыну сегодня, наконец то, узнал как зовут этого прозорливого и неутомимого борца с политической крамолой - Юри Пюссь. Причем следователь сам, без напоминаний, дал подержать и пощупать свой жетон, чтобы подследственный окончательно проникся полным доверием к нему 
     - Скажите, уважаемый, как Вы дошли до жизни такой, что украли два автомата из оружейной комнаты учебной роты в Адажи. Ведь Вы знали, что за оружие отвечает старшина Михась Чумаченко - будущий наш брат и соратник в борьбе с Москвой и лично с Путиным?
     Хорошо, что Тыну лежал. Он вытянулся в шоке от услышанного.
     - Эстонский ком блином. Вы ещё придумайте, что я клапан от своего противогаза выкинул чтобы сдохнуть, назло прапорщику, во время окуривания газами в палатке. Вообще то,  у меня был всего один автомат, кроме своего в тот день, а кто тащил второй АКМ я не знаю.
     Все выглядело каждодневно и буднично. Наш взвод, после занятий в классе, должен был стрелять на стрельбище. Двух солдатиков из наших, Чума отправил с патронами в цинках на стрельбище. Потом, он же, лично, приказал мне и ещё кому-то, не знаю,  прихватить автоматы и передать их ушедшим хозяевам.
     - А бывший Ваш сослуживец Айварис Кегерис, проживающий ныне в Риге, рассказал нам совсем другую историю. Якобы, это Вы, чтобы подставить нашего чубатенького друга, предложили украсть автоматы и закопать их в лесу.

     Тумевеси лежал с чувством, что ему скоро понадобится помощь врача.
     - Да, хорошо работаете, - пробормотал он.
     - Стараемся, - в тон ему ответил политический.
     - Кегериса я помню хорошо. Но чтобы я предлагал ему украсть автоматы? Да быть такого не может. Ведь это подсудное дело, не говоря о наказании всего взвода. Полный бред. Вашу службу дознания ввели в заблуждение. По этой трактовке событий - это я устроил праздник лопаты в звёздную ночь, когда мы всем взводом, за утерю оружия, почти до утра, убирали пищевые вонючие отходы на помойке?
     - Этого я не говорил. Но Вам надо самому осознать глубину содеянного и говорить и говорить: о сворованной Вами шапке-ушанке, о пропавших, в неизвестностном направлении, яловых сапогах старшины... Вы продолжайте лечение и никуда не уходите.

     Когда следак ушёл, Тыну начал вспоминать прошлое.
     Весна в тот год была ранняя. Зима уходила безвозвратно, но по утрам ещё бывали небольшие морозы.
     Взвод, где служил Тыну, добежав до тактического поля, перестроился в цепь. Курсанты уже мечтали, что отдохнут в траншеях. Но Чумаченко не понравилось как солдаты выполняют его команду. Медленно и не воинственно. А может у него в тот день, были свои проблемы интимного характера. Он вернул взвод на исходную позицию и повторил приказ. Так он гонял подразделение раза четыре - пять. Ребята взмокли и начали ругаться между собой, ища виновного.
     Потом долго лежали потные в холодных окопах и орали ориентиры для стрельбы.
     Вечером, после отбоя, Тыну решил поставить мокрые сапоги в сушилку. Раньше он этого не делал, но сегодня они сильно промокли.
     Утром, придя в комнату для сушки, он не нашёл своих сапог. Вместо них стояли яловые сапоги - убитые и растоптанные. Тыну облазил все углы в надежде отыскать свои - родные. Но тут объявили построение и он, напялив ялики, оказавшиеся на размер меньше, побежал на улицу.
     Новые сапоги прапор заметил сразу, - Курсант, Тумевеси, выйти из строя! Я не понял, почему у Вас сапоги не по уставу? Где Ваша кирзовая радость?
     Тыну заикаясь начал рассказывать о своём горе, но Чума перебил его, - Все значит в своих сапогах, а сова хуторская казённое имущество где-то прокезал, не перед строем будет сказано. Два наряда вне очереди - за ненадлежащий вид и разгильдяйство в сушилке.
     - Есть два наряда. Разрешите встать в строй?
     - Разрешаю.

     Чёртовы русские, подумал Тыну, почему я не сбежал в лес от мобилизации, как мой дед. Сейчас бы уже к посевной рапса готовился.



       (Продолжение следует)

         14.4.26