Студентка. Глава 38

Роман с болью посмотрел на отца.
- Как ты мог? - прошептал он, не веря в то, что это происходит в реальной жизни. Папа, его родной отец, человек, на которого Рома всегда равнялся, произносит вдруг такие слова.
- А как ты мог не прийти на лекции? Ты знаешь, что это прогул? Мне надо объяснять тебе, что за этим может последовать?
- Разберусь! - сказал Роман и побежал по ступенькам.
- А ну вернись! Что ты позволяешь себе? Я твой отец!
Роман круто развернулся и подошёл к нему. 
- Отец? - задохнулся сын. 
- Представь себе, да!
Между мужчинами сверкали молнии, настолько сильно было напряжение обоих.
- Скажи-ка мне, ПАПА, - Роман нарочно выделил это слово, произнеся его с горькой иронией, - а каким образом ты попал в МОЮ квартиру? 
Слово "мою" он произнёс с нажимом. 
- Спроси себя, была бы она твоей, если б не отец? Очереди-то огромные! Сам знаешь! 
- Ты и сюда нос свой сунул? - с перекошенным от боли лицом спросил сын. 
- Я по-твоему должен был смотреть, как МОЙ сын скитается по общагам? При живом-то отце! При его связях и влиянии! Дома тебе не жилось, самостоятельной жизни ему захотелось! 
- Да, папа, представь! Мне захотелось самостоятельной жизни! А дома жить невозможно! Там же тотальный контроль! Там же у нас только один царь! Все остальные его подданные!
- Сын! - одёрнул мужчина. Слова Романа больно очень ранили его. 
- Я тебе никогда не прощу то, что мама плакала от тебя! 
- Вот и не расстраивай мать! 
- Маму! Какая она тебе "мать"! - негодованию Ромы не было предела. И если отношение отца к себе он ещё кое-как терпел все эти годы, то отношение к маме было для него больным вопросом. 
Они на минуту замолчали. В груди обоих бушевали ураганы. Этот разговор назревал давно. 
Рома вновь вспомнил плачущую на кухне маму. Острой иглой пронзило ему сердце это воспоминание.
- Как ты мог так с ней? Мама лучший человек на Земле! 
- Что я такого ей сказал, чтоб реветь? - развёл руками отец. 
Роман махнул на него рукой. Он не представлял, как можно было довести до слез эту святую женщину, с добрым сердцем и открытой душой! 
- Ты мизинца её не стоишь! - прошептал Роман, отвернувшись. Он не мог смотреть на него. 
- Зря я тогда не ударил тебя! 
В голове Романа всплыли слова о том, что квартиру ему дали благодаря вмешательству отца. Он начал доставать ключи, чтоб бросить их ему в лицо. В руки попал брелок. Роман с ужасом вспомнил слова отца, сказанные его девочке. Ярость охватила его. 
- Я ударю тебя сейчас! - крикнул Роман и замахнулся. 
Отец просто стоял, не защищаясь. Стоял, глядя сыну в глаза. В них не было злобы. В них была любовь. 
Это остановило сына. Он понял, что не сможет сделать этого. От этого ярость заклокотала в нем ещё больше. Она требовала выплеска, и Роман с силой ударил в стену. Просыпалась штукатурка. На стене осталась вмятина. 
 - Дай посмотрю! - сказал отец и протянул руку к его руке, с которой капала кровь. 
- Оставь меня в покое! - закричал сын, разворачиваясь, чтобы уйти. 
- Не могу. Потому что люблю тебя! -  тихо произнёс отец. 
Роману снова перехватило дыхание.
- Любишь? Наш папа умеет любить кого-то кроме себя? 
- Зачем ты так? - опустил голову отец. 
Сын слишком долго сдерживал в себе чувства, что уйти сейчас, не сказав всего. 
- Вот когда я услышал о том, что папа, оказывается меня любит! Из большой, видно любви, папочка мне и квартиру, и как ее там... Леночку предоставил. 
- Меня Лариса зовут. - послышалось от двери. 
- О, невестушка уж тут как тут! 
Лариса вышла из двери, держа в руках пальто и сапоги. 
- Ларочка, подожди! Не вмешивайся. Ты девочка умная, все понимаешь. Побесится и успокоится! 
- Да о чем с тобой разговаривать! – в отчаянии махнул рукой Роман. Он развернулся и побежал по ступенькам. 
- Ларочка, мальчика накрыло. Но это быстро пройдёт! - утешал женщину отец. Роман ещё слышал это. Он сложил фигуру из трех пальцев и показал вверх, высказывая тем самым своё отношение к этим словам. 
- Не дождетесь! - ответил он, дергая подъездную дверь.