Свой напев вековой. Александр Прокофьев

Писал он увлечённо, лирично, и у него даже встречались по-настоящему хорошие стихи. Он  не стал интеллигентом, культуры в нём не прибавлялось ни на грош. Он оставался человеком из народа, превратившимся в генерала и раздувшимся от непомерной важности.

***
Пруд заглохший весь в зеленой ряске,
В ней тростник качается, шумит
А на берегу, совсем, как в сказке,
Милая Аленушка сидит.
Прост венок, а нет его красивей,
Красен от гвоздик, от лилий бел.
Тополиный пух на платье синем,
С тополиных рощ он прилетел.
С берега трава, врываясь буйно,
Знать не хочет, что мертва вода,
И цветет дурман с цветком багульник
Рядом у заглохшего пруда
Но кукушка на сосне кукует,
И тропинка к берегу ведет,
Солнце щедро на воду такую
Золотые обручи кладет.

***
Люблю берёзку русскую,
То светлую, то грустную,
В белёном сарафанчике,
С платочками в карманчиках.
С красивыми застёжками.
С зелёными серёжками.
Люблю её нарядную,
Родную, ненаглядную,
То ясную, кипучую,
То грустную, плакучую.
Люблю берёзку русскую,
Она всегда с подружками
Весною хороводится,
Целуется, как водится,
Идёт, где не горожено,
Поёт, где не положено,
Под ветром долу клонится
И гнётся, но не ломится!

***
На широком просторе
Предрассветной порой
Встали алые зори
Над родимой страной.

С каждым годом всё краше
Дорогие края…
Лучше Родины нашей
Нет на свете, друзья!

***
Мне о России надо говорить,
Да так, чтоб вслух стихи произносили,
Да так, чтоб захотелось повторить,
Сильнее всех имён сказать: Россия!

Сильнее всех имён произнести,
Сильнее матери, любви сильнее
И на устах отрадно пронести
К поющим волнам, что вдали синеют.

Не раз наедине я был с тобой,
Просил участья, требовал совета,
И ты всегда была моей судьбой,
Моей звездой, неповторимым светом.

Он мне сиял из материнских глаз,
И в грудь вошёл, и в кровь мою проник,
И если б он в груди моей погас,
То сердце б разорвалось в тот же миг!

***
Война с блокадой чёрной жили рядом,
Земля была от взрывов горяча.
На Марсовом тогда копали гряды,
Осколки шли на них, как саранча!

На них садили стебельки картошки,
Капусту, лук на две иль три гряды —
От всех печалей наших понемножку,
От всей тоски, нахлынувшей беды!

Без умолку гремела канонада,
Влетали вспышки молнией в глаза,
А рядом были плиты Ленинграда,
На них темнели буквы,
Как гроза!

***
…А мне Россия
Навек люба,
В судьбе России —
Моя судьба.
Мой век суровый,
Мой день крутой
Гудит громово:
«Иди, не стой!»
Идёт Россия —
Врагов гроза,
Синее синих
Её глаза,
Синее синих
Озёр и рек,
Сильнее сильных
Её разбег!
Неповторима,
Вольным-вольна,
Необорима
В грозе она!
С ней, непоборной,
Иду, как в бой,
Дорогой горной,
Тропой любой.
Всё в ней, в Отчизне,
Кругом моё,
И нету жизни
Мне без неё!

***
Пожелай мне удачи
Только так, не иначе,
Утвердив бытиё,
Пожелай мне удачи,
Я стою её.

Не за песней подблюдной
Пролетели года,
Мне всегда было трудно,
Чтоб легко — не всегда!

Ты не думай, что плачет
Ныне сердце моё,
Пожелай мне удачи,
Я стою её.

Полыхали закаты
День за днём, день за днём.
Полыхали плакаты
Говорящим огнём.

Где-то мне было жарко,
Где-то сердце тряслось,
И моим ладожанкам
Не спалось, не спалось.

Кто-то где-то судачит
Обо мне без стыда.
Пожелай мне удачи
Хоть сейчас, хоть когда!..

***
Неясными кусками
На землю день налег…
Мы «Яблочко» таскали,
Как песенный паек.

Бойцы идут под Нарву
По вымытым пескам.
И бравый каптенармус
Им песню отпускал.

Ее заводит тонкий
Певун и краснобай,
И в песне той эстонки
Увидели Кубань.

А там под шапкой вострой,
Как девушка, стройна,
Идет на полуостров
Веселая страна.

Ой, край родной — в лощине,
И старый дом далек…
Мы «Яблочко» тащили,
Как песенный паек.

*
Туман ночует в Суйде…
В раздолье полевом,
Березы, голосуйте
Зеленым рукавом!

Пусть ласковая песня
Отправится в полет;
Что вынянчила Чечня —
Абхазия поет.

А «Яблочку» не рыскать
По голубым рекам:
Оно уже в огрызках
Ходило по рукам!

От песни-поводырки
Остался шум травы.
Я скину богатырку
С кудрявой головы.

И поклонюсь, как нужно,
В дороге полевой
Товарищу по службе —
Бывалой, боевой.

***
А. Крайскому

Я песней, как ветром, наполню страну
О том, как товарищ пошел на войну.
Не северный ветер ударил в прибой,
В сухой подорожник, в траву зверобой, —
Прошел он и плакал другой стороной,
Когда мой товарищ прощался со мной.
А песня взлетела, и голос окреп.
Мы старую дружбу ломаем, как хлеб!
И ветер — лавиной, и песня — лавиной…
Тебе — половина, и мне — половина!
Луна словно репа, а звезды — фасоль…
«Спасибо, мамаша, за хлеб и за соль!
Еще тебе, мамка, скажу поновей:
Хорошее дело взрастить сыновей,
Которые тучей сидят за столом,
Которые могут идти напролом.
И вот скоро сокол твой будет вдали,
Ты круче горбушку ему посоли.
Соли астраханскою солью. Она
Для крепких кровей и для хлеба годна».
Чтоб дружбу товарищ пронес по волнам,
Мы хлеба горбушку — и ту пополам!
Коль ветер — лавиной, и песня — лавиной,
Тебе — половина, и мне — половина!
От синей Онеги, от громких морей
Республика встала у наших дверей!

Вы шумите, шумите…

Вы шумите, шумите
Надо мною, березы,
Колыхайтесь, ведите
Свой напев вековой.
А я лягу, прилягу
Возле старой дороги,
На душистом покосе,
На траве молодой.
А я лягу, прилягу
Возле старой дороги.
Головой на пригорок,
На высокий курган.
А усталые руки
Я свободно раскину,
А ногами в долину
Пусть накроет туман.
Вы шумите, шумите
Надо мною, березы,
Тихой лаской милуйте
Землю — радость мою
А я лягу, прилягу
Возле старой дороги,
Утомившись немного
Я минутку посплю.