Бортжурнал. Приговор

Хотите верьте, хотите нет, но когда я ем гороховый суп, всякий раз с улыбкой вспоминаю эту замечательную, во всех смыслах, историю.
С детства знал мудрость народную, что "от сумы и от тюрьмы не зарекаются".
Никогда не думал, что мне придётся побывать во многих тюрьмах и разнорежимных колониях (!?..)
Всему виной - известный сериал, где я работал вторым оператором.
Снимали подолгу, в разное время года.
Обычно, в перерыв привозят нам обед, - кинокорм.
Но, в связи со строгими правилами режимного объекта, руководство одной из колоний предложило нам свои услуги по приготовлению обедов.
Правда, её Начальник - майор - лысеющий упитанный мужчина лет пятидесяти, решил соблюсти некий табель о рангах и постановил обедать в "банкетном зале"(!) "начальству", (по его представлению это были: режиссёр, оператор, директор со "свитой") отдельно.
У Начальника колонии имелся и свой "особенный уникальный" повар.
В первый день тот порадовал капустным салатом, гороховым супом, котлетами с пюре и, конечно, компотом из сухофруктов. Всё, как в советское время!
- Ну как супчик? - поинтересовался Начальник, дождавшись первой пустой тарелки.
- Здорово, давненько не ел такого прекрасного супа, - ответил ему благодарный режиссёр.
- Вот и я считаю, разве есть в мире что-нибудь лучше горохового! - с гордостью развивал тему Начальник.
После обеда он не преминул поинтересоваться мнением каждого из нас о своём, уже почти "волшебном супе".
Потом вызвал на комплимент огромного дядьку в белом халате - повара, и долго по-дружески хлопал его по плечам.
- Вот автор сего шедевра! Надолго запомните!
Прошу кланяться, товарищи киношники.
Этому "Мишлену", не побоюсь этого слова, сидеть и сидеть! Так что, ещё порадует, порадует.
"Мишлен" застенчиво закатывал глаза и просто сиял от счастья.

На второй день меню немного видоизменилось, но "гороховый шедевр" остался.
- Да вы молодец, товарищ начальник! Насчёт горохового-то, - пожурил я нашего замечательного майора.
- Всё для вас, гости дорогие. Наслаждайтесь.

И в третий обед в колонии нас ждал всё тот же сюрприз.
Наша, всегда бузупречно накрашенная и благоухающая шанелью директор, немного поморщилась, почуяв знакомый запах.
- Во даёт!
- Да он плут, поди. Просто много приготовили этого супчика и теперь, чтобы добро не пропадало нам его скармливают.
- А что, на третий день жена твоя выливает первое, или доедаете? - поинтересовалась директор.
-  По-всякому бывало, - признался я.
Наш разговор подслушал случайно замполит.
- Не, ребята, не знаете вы вашего кормильца, - товарища майора.
Только самое свежее в его столовой. И мясо и овощи. Воду даже покупаем в магазине, - подишь-ты! Он у нас настоящий эстет.
- Гороховый, так гороховый, - несмело запричитали киношники.
- Да вкусно же, в самом деле. Отличный суп, - призналась вечно голодная помрежка.

Начальник немного припозднился и пришёл только к компоту.
- А я, знаете ли, пионерский лагерь свой вспомнил. Там тоже отличный гороховый был, - рассказывал наш режиссёр - постановщик свою историю детства.
- Да ладно! В пионерском - то?! - начальник метнул укоризненный взгляд на добрейшей души нашего режиссёра.

Как вы, наверное, уже догадались и на следующий день был гороховый, и на следующий!
Неожиданно.
В этой колонии у нас было только зимних смен - двадцать!
А летом, вполне ожидаемо, мы встретились с кулинарным чудом раз пятнадцать к ряду.

Продюсер картины, когда узнал случайно про гороховый, пошутил: "В тюрьму просто так не попадают! А суп, видать, - это и есть ваш приговор, граждане киношнички."