По весеннему морю с ветерком

Это была моя первая весна после зимовки в отдалённом поселке Таватум
Магаданской области (ныне нежилой), куда меня занесло по распределению
после института. В воскресный день мы с мотористом Виктором Хомутовым,
более опытным северянином, на небольшой  деревянной лодке под мотором
 «Москва» совершили поездку по окрестностям с ознакомительными и
промысловыми целями и возвращались домой пустыми.

Белые ночи, светло, хотя на часах почти 12 ночи. В море на плавающих
ледовых полях рёв морзверя, у них брачный сезон. Торопились, решили
сократить путь, и пошли через залив шириной около 10 км напрямую. Когда
оказались на максимальном расстоянии от берега – примерно 5-6 км – попали в
сильную струю бокового ветра, который как из   трубы вырывался из берегового
распадка. 

Волна на таком расстоянии не успела разыграться, но с крутых барашков
ветром срывало водяную пыль, которая неслась над поверхностью, моментально
залив   свечи зажигания и промочив нас до нитки. Мотор заглох, нас понесло в
открытое море.

Виктор покинул бесполезное место у румпеля, схватился за вёсла и начал
грести изо всех сил. Тщетно. Берег заметно удалялся, а мы буквально замерзали
– температура была около нуля, но с водой и ветром. Догадались плеснуть в
ведёрко бензину и поджечь. Появился костерок, у которого можно было отогреть
закоченевшие руки.

От  безысходности и безделья я начал импровизировать. Открепил мотор,
затащил его в шлюпку, оторвал где-то на животе кусок сухой рубашки, протер
провода и свечи, разок-другой дернул пусковой шнур. И тут случилось чудо.
Мотор затарахтел! Хомутов моментально преобразился, перебрался на корму, не
заглушая, воткнул его на место.

На средних оборотах, чтобы не залить лодку волнами, попробовал дать
ход. Получилось. Минут на пять. Но теперь мы уже знали, что надо делать.
Проделав такую процедуру три или четыре раза, выбрались из ветреной полосы.

Трудно было поверить, стоял почти полный штиль. Но сзади были видны
белые гребни и туман из водно-солевой пыли.  В посёлок прибыли часа в 4 утра.
Молча разошлись поспать, к 8 на работу.

Днём помалкивали, хвалиться было нечем. Вспоминая этот эпизод, в
дальнейшем их было тоже немало, расцениваю его как один из критических,
пережитых в те годы. Первый, но, увы, не единственной. Причем большая их
часть не была прямым следствием производства.