Дорога по буяну

Костя проснулся на песчаном берегу. Его глаза спросонья глядели в небо.
Оно было голубым, чистым, с перистыми облаками. Вставая, он встряхивал песок. Вдали солнце гляделось, словно блин на сковородке.
Всё море было окрашено в золотые блики солнца.
Сжимая нижнюю сухую губу, Костя побрёл вперёд.
Он шёл вперёд — и вдали показалась лачужка, видневшаяся на поросшем травой холме. Усталые ноги Кости довели его до двери.
Пред ним оказалась изба, покрытая мхом, вся изгнившая, с заколоченными дубовой корой окнами.
Послышался стук.
— Кто там?! Кто там?! Кто там?! — прокаркал противно ворон.
Отворив дверь, Костя зашёл внутрь. Всё выглядело косо и неровно — как снаружи.
— Здравствуйте, бабуль. Мне бы понять, где я, а то, честно, ничего не помню, — произнёс он.
Костя оглянулся. Он смотрел на замшелые кривые деревянные полки с полынью, склянками и всякими штучками. Пахло здесь травами — не теми, что можно встретить обычно. Казалось, всё вокруг пропитано волшебством и необычностью.
Старый горб старухи повернулся от полки к чану с молоком. Молоко кипело. Она читала тихо, шёпотом мантры, заклиная и помешивая.
Молоко перестало булькать.
Достав из потрёпанного кармашка деревянное яйцо, золотой корешок и медный коготь, она вложила их в руки Кости. Длинной, худой, корявой рукой старуха указала на выход.
Она повернулась. Ворон своим карканьем проводил Костю наружу.
Костя вышел в недоумении и побрёл дальше. Попутный ветер его толкал в спину.
Шагая вперёд, он проходил мимо крон и старых пеньков. Дорожка словно шла волной — волновалась так же, как трава. Её свежий запах был очень странным для такого места. Ощущалось, будто недавно прошёл дождь: пахло сыростью, но всё вокруг оставалось сухим.
Чем дальше шёл Костя, тем больше становилось травы и растительности, жучков да паучков. Дебри словно кололи и трепали его, лезли в лицо. Где;то высоко на ветвях доносились звонкие певчие песни: щебетание, свисты и щёлканье.
Дорога вывела на поляну. Там пролегала дорожка уже в трёх направлениях.
И посреди неё сидел волк. Он говорил медленно, не спеша:
— Вон та дорога к молочному озеру русалок ведёт. А вторая — к древним малахитовым столпам. А третья — на берег, где заколдован в цепи древний колдун. Охраняет его зверь невиданный: лапы — из черепов, а голова — из конских копыт со змеиными зубами.
Проведу тебя куда угодно — уж жизнь моя такова.
— Можно вопрос? — спросил Костя.
— Внимаю.
— А где я? И как мне домой вернуться?
— Дорога одна из них ведёт домой. Но какая, — решать лишь вам.
— Хорошо, тогда проведите меня к русалкам. Дай бог, чтоб не утопили.
— САДИТЕСЬ! — прорычал волк.
Костя в ужасе и страхе спросил:
— А куда?!
— Мне на спину. Довезу.
С трясущимися руками Костя крепко взялся за спину зверя — и помчались в путь!
Ветра с сильным свистом кричали в уши, будто всё вокруг на мгновенье затихло.
Волк бежал по буграм, оврагам, по грязи и камням. Вдали виднелся густой туман.
— Но там ничего… — прошептал Костя.
А волк всё бежал. Его когти и лапы бились об землю.
Костя прижался ещё сильнее, его руки будто впились в шерсть. Мгновенье — и он открыл глаза. Не было ни горизонта, лишь тихая пустота и запах парного молока.
Волк остановился и строго, громко промолвил:
— ПРИБЫЛИ!
«Ужас, — думал Костя. — Помимо того что орёт, так ещё псиной воняет».
Костя оглянулся на волка — а волка нет. Не зная, где он, Костя брёл вперёд и наткнулся на корешок, торчащий из земли.
— Фух, чуть не упал, — выдохнул он и ступил уже аккуратнее, пока не дошёл до воды — то есть до молочного озера.
— Русалки, ау! Вы где, нафиг? — позвал он.
Но никто не отзывался.
Он пошёл вдоль берега и вдруг услышал неистово странный смех — он звучал, как бульканье. Впереди, вдалеке, сидели на камнях девы — все в белых сырых сорочках, спускающихся до голеней. Волосы витали в воздухе, словно в воде. Их смех привлекал, но страх будто сковывал.
Они шли напрямик к нему.
«Не рыпнуться», — подумал Костя.
— Зачем ты пришёл? — спросила одна, гладя его шею и руки.
— Я… я пришёл, чтобы выбраться, — ответил Костя.
— Неужели?
— Да, да.
— Чтобы выбраться, нам нужно яйцо плодородия. Оно сможет дать дитя морской царевне. Тридцать три богатыря искали. Сам дядька Черномор к Кощею в мир иной спускался… Не ужели и ты сможешь его найти?
Костя отдал деревянное яйцо.
— Это не то. Я, честно, не знаю… Может, оно?
Русалки встрепенулись. Глаза горели огнём, а веки опухли. Их бледные, будто утопленнические лица быстро оживились.
— Это оно, — сказала русалка, поправляя за ухо волосы. — Если хочешь путь домой держать, то стоит пойти к малахитовым столпам. Один из столпов имеет отверстие для ключа. А на той стороне озера есть охотник — у него этот ключ. Но будь аккуратнее: река живых вниз затягивает. Уж помочь не смогу — дела большие ждут.
Русалка, как и другие, уплыла вниз. Костя всё ходил около берега, думал, как переплыть, и пошёл вдоль. Шёл он так — страшно, однако, было.
Дошёл до лодки. Собрав все силы, опустил её в воду, взял вёсла и поплыл. Плыл так, плыл и всё думал: «А как же я попал в этот странный мир? И причём тут пушкинский Черномор? А может, всё совпадение?»
Почти приближаясь к берегу, лодка начала трястись. Острые чёрные когти начали прокалывать дно.
— Ты не пройдёшь! — кричало что;то демоническим гласом.
Лодка, почти поломанная, всё же сломалась окончательно. Догребая до берега на маленькой дощечке, Костя выжил.
Существо пыталось убить его длинным когтем уже на берегу, но мужчина — неизвестный, весь покрытый шрамами — крикнул:
— Я сказал же тебе уходить!
Мужчина увидел измождённого Костю и ринулся к нему:
— Не ушиблись? С вами всё ли хорошо?
Костя отключился.
На утро незнакомец поил его какими;то травами. Костя лежал в постели.
— Вы кто? — спросил путник.
— Я охотник. Живу, охочусь на дичь да нечисть отгоняю от соседней деревни.
Костя спросонья спросил:
— А как домой попасть?
— Увы, я не знаю. Но знаю, что дух один, что живёт средь столпов малахитовых, может на любой вопрос ответить. Будете ли парное молоко?
— Извините, я за вчерашний день напился, — улыбнулся Костя.
Комната охотника была вся чистая: широкое деревянное окно, стул, шкаф с золотыми сечениями.
— Тогда пройдёмте завтракать, — предложил хозяин.
Костя встал, оделся. Комната была широкая: камин, выложенный из булыжников, головы зверей — медведей и невиданных тварей с носами да гребешками.
На столе посреди комнаты хлопотала женщина, бегало пятеро детишек. Все сели за стол.
Пахло фруктами, везде всё было дорого. Пока хлопотали прислуги, дети начали спрашивать: «А вы откуда? А вы куда? Зачем? К чему? Как? Сколько лет? Какой чин? Какой род? Не из бояр ли вы? А может, князь? Или заморец?»
На все вопросы Костя переадресовал хозяину дома:
— Долго ли добираться до малахитовых столбов? И что может там быть?
К этому времени вышла старшая дочь хозяина:
— А вот и Афдовья, произнёс охотник.
— Она у нас ленью болеет. Лекарь;то молвит одно: без золотого корешка будет хуже — сгубится. И гонцов посылали, и сами искали — всё никак…
— У меня завалялся, какой;то корешок, — сказал Костя. — Бабка мне дала. Думал, зачем…
Отдавая корешок, Костя думал: «А может, бабка таким макаром путь мне дала? Странно это всё…»
— Благодарю, молодец! Бог с вами, пусть же всё в жизни отлично будет, — произнёс хозяин.
Он встал и начал кланяться Косте, чуть ли не до земли. Седая борода охотника падала на его красные сапоги, а кафтан будто вот;вот и упадёт.
Он отдал Косте ключ — изумрудный, обёрнутый в шёлковый мешочек. Костя лишь слегка поклонился в ответ, чувствуя, что впереди его ждёт ещё много испытаний.
Выйдя на улицу, Костю ослепил вид чистого буянского неба.
— Хм, а как же эту псину;то призвать? Ладно, попробую свистнуть, — пробормотал он.
Вдыхая в себя воздух, он засвистел — так, что зазвенело в ушах.
Облака начали сгущаться. Волк нёсся по небосводу — облака начали испаряться. Он прибыл быстро, громко: земля так и содрогнулась. А рёв оглушил всё вокруг.
Костя сел на волка и крикнул:
— Прощайте!
Барин нынешнего дома поблагодарил его, и волк унёс Костю.
Несясь по белому небу, волк мчался всё быстрее и быстрее.
— Я сейчас упаду! — закладывая уши, кричал Костя.
И снова закрыл глаза.
Лишь гул доносился, потом стало тихо. Открыв глаза, он начал видеть, как падает, затем снова закрыл их. И снова — всепроникающий ветер.
С силой волк упал на поле, укрытое зелёной травой. Костя упал, соскочив со спины зверя.
Волк, запыхавшись, сказал:
— Дальше ты сам.
И исчез.
Костя свистел и свистел, но волк не появлялся.
— Да и фиг с ним. Поскорее бы домой вернуться, — вздохнул он.
Поле казалось бесконечным, оно перетекало в плавные холмы, на которых паслись кони. А затем — какой;то проблеск вдали.
Костя ускорил темп. Всё ближе становилось что;то, пока не прояснились малахитовые столпы.
— Вот они! — крикнул Костя.
Он пошёл вдоль столпов. Всё казалось хаотичным: какие;то столпы парили, какие;то были воткнуты в землю. Он брёл, по каким;то стучал, искал отверстие для ключа.
Прошёл не один час, всё казалось бесконечным, пока он не заметил духа.
Черт с рогами, телом девушки и крыльями на голове — ни рук, ни ног, лишь змеиный хвост из спины торчал.
— Неужели ты меня ищешь? — произнёс дух.
— Это ты тот самый дух? — спросил Костя.
— Иль ты, смертный, ещё кого;то видишь? Знаю о тебе всё. Путь ты сыскать хочешь. Если хочешь, то ответь на загадку. Если не ответишь, то потеряешься здесь навсегда.
Так вот, слушай:
« Я — граница, где явное с тайным слилось,
Где прошедшее с будущим в узел сплелось.
Ты живёшь во мне миг, год или век,
Но не скажешь, где правда, а где человек.»
Костя задумался, потёр подбородок, взгляд его стал сосредоточенным. В голове крутились разные мысли: «Время? Память? Сон?»
— Может, это… сон? — неуверенно произнёс он.
— Ответ верный, — подтвердил дух. — А раз так, путь тебе открыт. Вон там, — он указал на один из малахитовых столпов, — видишь углубление? Это для ключа. Вставь его, и получишь ответ правдивый.
Костя аккуратно подошёл к столпу, достал изумрудный ключ, обёрнутый в шёлковый мешочек, и вставил его в отверстие. Ключ вошёл плавно, словно был создан именно для этого места. Мгновение — и ключ исчез в камне, будто растворился.
А из ниоткуда послышался глас:
— Чтобы путь тебе найти, нужно колдуна спасти. А чтобы демона убить, нужно стрелу из когтя в него метнуть.
Костя попытался свистнуть — и волк снова пришёл. Ломая столпы, испуская пар из пасти, он примкнул головой к парню и сказал:
— Садись.
Мгновение — и Костя мчался, всё летело мимо. А волк молчал, истекая кровью от осколков малахита. Страшно — и не передать.
Вышел волк на тропу, скакал он по лесам и болотам. Средь лесов, средь полей, существ — путь был долог. По пути они встретили маленький деревянный дворец живых кукол, избы и сёла. Обошли море — по песку, по воде, по воздуху добрались до горы, стоящей средь бушующего моря и ветров.
Всё гремело, гудело и свистало. Моросил дождь. Волка чуть было не сбил ветер, но он, сырой, добрался до вершины.
И наверху сидело чудище — небывалое. Оно грохотало скрежетом костей былых героев. Луки, кафтаны и пояса — лишь колдун, привязанный, пусто глядел вперёд и молчал.
Существо обратило на них внимание и поскакало — оно рушилось и собиралось обратно.
Волк взмыл вверх. Взяв в руки сделанную стрелу, Костя метнул её в чудище.
Кости с дребезгом рухнули, падая со скалы в море. Все черепа разбились на черепки.
Измотанный волк и Костя рухнули вниз. Привстав устало, они увидели, как начали расступаться облака.
Освободив колдуна, Костя спросил:
— Господин колдун, может, вы знаете, как попасть домой?
Колдун, почёсывая лоб, хмуро глянул вниз, а затем указал вперёд пальцем. Костя посмотрел вдаль — и пред ним расступился свет. Свет всё приближался.
Костя очнулся. Он проснулся за столом. Рядом лежал телефон, играло аудио:
— Так, герой, прошёл все испытания, а вскоре…
Телефон разрядился. Взглянув в окно, Костя увидел, что наступает рассвет — такой же золотой, как во сне.
С мыслью о том, что сейчас было, Костя собрал рюкзак, выключил лампу, закрыл занавески, голова все еще звенела и гудела, юноша лёг спать.

14 апреля 2026 года