Родина, земля родная!

 Родина, земля родная! Как по-разному трактуют эти слова и понятия! Да и вообще, есть ли этому правильное определение? А что такое «правильный»? И, по чьему мнению или определению «правильный». «У каждого своя правда» и это в принципе так. Но есть общепринятые понятия, стандарты, правила. Общество, создавая себя, формировало правила, понятия, законы – эталоны. И, поэтому, считать то, что ты думаешь, как ты думаешь единственно правильно далеко ошибочно и даже опасно.

 О родине много написано и прозы, и стихов, и песен, но всё же у каждого человека своё представление о Родине, в чем-то схожее и отвечающее тем или иным стихам и песням чувство, но всё же оно своё, непохожее ни на что, и переживаемое каждым по-разному, по-своему, порой совершенно неописуемое и неконкретное…
Прожив всю свою сознательную жизнь за границей, возможно и я смогу по-своему сформулировать что такое Родина?! Но, думаю, что, возможно только мне не хватит слов, художественного мышления, наконец, не хватит бумаги, чтобы описать что я чувствую, ощущаю, переживаю, а также всё это в прошедшем времени глаголов, за свои прожитые на чужбине годы.
 Родина! Она присутствует в моём сознании всегда и во всём и процесс этот непрерывный, с годами он не исчезает, а наоборот усиливается. Интенсивность присутствия Родины, а правильнее, её отсутствие, становится всё сильнее, а ощущения ещё болезненнее, безысходнее.
 По молодости ностальгия – это такая неизлечимая, хроническая болезнь, у которой нет медикаментозного лечения и невозможно хирургическое вмешательство. В молодости болезнь эта протекает по-всякому: то затишье и относительная гармония с окружающими тебя обществом и миром, то жгучие, рьяные приступы тоски, неудовлетворения собой и всеми, тоски необъяснимой и мучительной, щемящей сердце, выматывающей и изматывающей всё твое существо, доводящей до глюков визуальных, слуховых…
 Вдруг, идя по улице, с тобой происходит что-то непонятное… В совершенно чужих тебе прохожих ты начинаешь видеть знакомых тебе людей, друзей или соседей, людей, которые в настоящее время находятся от тебя в сотнях километрах. Ты хочешь избавиться от этого наваждения, но это не проходит, не отпускает, захватывая всё больше и сильнее. И ты сдаёшься, терпишь фиаско, бежишь домой в свои четыре стены к своим вещам, своим союзникам и поддержке.
 И здесь пытаешься привести свои чувства в порядок, осознать происходящее с тобой, освободиться от всего этого, вернуться к обыденной, нормальной жизни. Напряжение спадает, но не проходит. Ты не торопишься на улицу в яркий весёлый гомон людей, боишься «де жав вю» образов, ощущений, запахов. Ты спешно стараешься занять себя работой, цепляешься за какие-то совсем неотложные дела, но понимаешь, что никуда тебе не уйти от себя, не скрыться – некуда – ты один на один со своей болезнью и помощи со стороны ждать нечего, тебе самой надо её остановить, купировать и как можно скорее.
Но как, но чем? И уже во сне, в беспокойном поверхностном сне приходит решение этого вопроса. Когда засыпая тревожным сном дневного кошмара, во сне к тебе приходят красочные видения твоего детства или тебе просто снится густой лес, пушистые лапы елок, с пением птиц, с запахами хвои и грибов, с сотканной в капельках росы паутиной, с диким ощущением принадлежности себя ко всему этому, своей неотделимости от всего этого.
 И пусть настоящий дремучий лес ты видел не часто, и по грибы ходил не каждый день, но ощущения эти остались, а возможно и генетическая память подключилась к этому. Ощущения эти сильные, яркие, мощные, способные прийти к тебе, вернуться через много-много лет, вернуться лекарством от ностальгии…
 Ещё до конца не проснувшись, ты уже знаешь, что тебе надо делать. Ехать, ехать домой, туда, где прошло твоё детство, юность, где ты получил от своей родной земли столько энергии, столько эмоций, которые помогали тебе жить все эти годы.