Сознательность наше всё!

 Восьмидесятые стремительно двигались к своему закату. Нравы в стране стали более вольные. Глотки свободы просачивались в Союз изо всех щелей трещащего по швам Железного занавеска. Однако оставались еще в стране верные Родине и долгу люди! 

     Милкины друзья Вера и Миша праздновали новоселье. Расселение из общежития хоть и медленно, но все же шло. На празднование в голых стенах новенькой однушки собралась большая компания. Среди прочих был довольно странного вида парень. Вещички на нем были фирма;, сразу видно, отоваривается у фарцы. И винил зарубежный смог раздобыть. По всему понятно, что имеет связи. И связи эти весьма не красят советского человека! 
— Мила, познакомься, это Саша, наш добрый товарищ из НИИ, — представила Вера молодого человека. 
— А это товарищ в НИИ униформу получил? — съязвила Милка, просматривая на его иностранные джинсы, и отправилась танцевать. 
— Чего это она? — не понял Саша. 
— Не знаю, может настроение плохое, — Вера искренне не поняла, в чем тут дело. 

     Плясать до утра на молодежном новоселье — дело нехитрое. Однако и заядлых гуляк начинает клонить ко сну. Ранним утром ни автобусы, на трамваи еще не ходили. И добраться до дома Миле было затруднительно, а ночевать общим составом “кто где лег”, тоже не хотелось. Поэтому она решила прогуляться по предрассветному городу, сняв босоножки с усталых ног. 

      Не прошла девушка и двух кварталов, как рядом остановились красные жигули. 
— Мила, позвольте Вас подвезти, — за рулем сидел “товарищ из НИИ”. 
— А, Саша, кажется?! Что ж, извольте, — еще не отступившая ночная прохлада, и накатившаяся вдруг усталость заставили Милу сменить гнев на милость. 
— Прошу, — Саша в спешке выпрыгнул из машины и открыл даме дверь. 
— О! Да Вы галантный кавалер! — засмеялась Мила. 
— Толи еще будет! — подмигнув ей Саша. 
Дальше ехали молча, пока Мила не догадалась, что нужно сказать, куда ее подвозить.
— Вы мне на перекрестке проспекта и Карла Маркса остановите, пожалуйста, — сообщила она водителю.
— Да, конечно! Я же бывал у ребят в общежитии, знаю, куда ехать.
— Это хорошо, что Вы знаете, — ответила девушка.
— А Вы, Мила? Вы знаете, куда ехать? — задал Саша очень странный вопрос.
— Что Вы имеете ввиду? Конечно знаю! Вот сейчас прямо до площади, потом налево и снова прямо, — Мила начинала жалеть о том, что села в автомобиль.
— Я не про это, Мила! Возможно, даже скорее точно, я тороплюсь, но у меня не так много времени. Вы мне очень понравились, но знаете… Вы должны понимать, что у Союза нет будущего. Скоро здесь все рухнет! Нужно искать пути, нужно выбираться отсюда, пока не поздно! Прогрессивный Запад дает столько возможностей! Вы бы поехали? — Саша говорил, как зачарованный. Мила слушала весь этот спич, не веря в происходящее. Бежать из Союза?! Все рухнет?!
— Остановите машину, — только и смогла выдавить она.
— Что? Не понял, — Сашина мысль все еще продолжала нестись вперед.
— Сейчас же остановите машину! — Милкина интонация четко дала понять, что спорить бессмысленно. Саша остановил машину.
— Мила, до общежития еще далеко… — начал было он.
— Даже не думайте, что я с Вами еще раз куда-нибудь поеду! — отчеканила Мила и зашагала в сторону сквера.
   
     “Мыслимое ли дело, говорить такие вещи?! И ведь он не шутил! Он серьезно только и ждет удобного шанса, чтобы сбежать! Наверное, надо заявить куда следует!” — Милкины размышления были полны праведного негодования. Однако, дойдя до дома, девушка немного остыла и свои намерения оставила.

     Через месяц Саша в составе группы молодых ученых выехал за границу. Его благонадежность не вызывала подозрений. Больше Саша на Родину не вернулся…