Счастье любит тишину

              Однажды довелось нам побеседовать с  незнакомой женщиной   на остановке. Мы долго ждали автобуса, а он всё не шёл и не шёл.  Дети  от нечего делать стали беситься, бегать друг за другом, смеяться. Мы невольно заулыбались, так приятно было за ними наблюдать. Матери их не останавливали, сами звонко смеялись и поощряли своих отпрысков разными фразами: «Ай, молодец! Ты у меня лучше всех! Счастье моё! Любимка!  Ах, какое  сокровище!»
Женщина  укоризненно качала головой и наставительно говорила:
-Зря они так делают. Счастье любит тишину и скромность. Подождите, захвалят, и, считай, пропадёт ребёнок.
-Почему Вы так решили? Ведь нам психологи говорят, что надо ребёнка похваливать, тогда он и горы свернёт.
-Вот именно. Хвалить надо в меру, чтобы дурь в голове не поселилась, и не вышло, как у моей племянницы.  Вот послушайте, что расскажу.
         Две дочки у неё подрастали, умницы, красавицы. Разница в возрасте была в тринадцать  лет. Так получилось. Старшая младшей уже за няньку сходила. Соседи цокали языками, видя двух девчушек. Какое счастье: девчонки - красотки, славные такие, всё понимающие!
          А младшая, Анечка, почувствовала, что ей уделяют  особое внимание и давай фортели выкидывать. Сначала она кричала благим матом, чтобы добиться своего: игрушку ли какую в магазине, вкусняшку ли в ларьке, внимания ли больше, чем к сестре. Худенькая, как тростиночка,  Анечка добивалась всего, чего хотела не криком, так обижульками. Надуется, как мышь на крупу, если ей что-то не нравится. По поводу и без него как разревётся и своими слезами всего добьётся. 
          Все домашние  возле неё колесом ходили, лишь бы Анечка не плакала.            Научились её нахваливать. Ах, какая она умница, какая славная да нежная, какие у неё на щёчках ямочки необыкновенные и волосики –то шелковистые, и глазки-то  изюминки, и носик- то пуговка!  Вот и почувствовала она себя королевой. Девчонка – центр Вселенной, и всё возле неё должно крутиться и вертеться.  Так было до школы. Ну, а в школе девчонки-сверстницы  оказались и умнее её, и красивее - вот досада. 
           Так  она по этому поводу дома истерики такие закатывала, хоть всех святых выноси!  И не так на неё посмотрели, и не вовремя спросили, и всех-то она лучше, а её несправедливо не  замечают. Мать, Мария  Ивановна, почувствовала, что дело неладно, становится  дочь неврастеничной, так тайно ей в чай успокоительные капли  и подливала.  Вот такая она и росла - все родительские нервы на кулак  наматывала.  А подошло время, и наша Анечка стала девушкой, так с нею стало просто невыносимо общаться.
          К школе весь интерес она потеряла. Чтобы не выдать всю гадость такого положения, а родители в городе были известными людьми, так  семья за девочку и делала домашние задания. Учителя просили рассказать, чего это она написала в тетради, а она и знать – не знает, чего там было понаписано, не она ведь старалась. Удивлялись, почему девочка всё молчит. Такие красивые и глубокомысленные работы,  а ответить не может. Позже стали догадываться и уж троечки ей просто так ставили, лишь бы не спровоцировать истерику ни в школе, ни дома.
          Больше скажу, её так повело в сторону непослушания, что ничем не оценить странные  действия девочки. Анечка затеяла себе делать тату и проколы. Никого не спрашивая, сделала наколки сначала на предплечье, потом на шее и на бедре, а уж после  проколола в трёх местах уши, наконец, ноздри, а  потом и пупок. Летом красила волосы в красный цвет. Что огненный шар, шла девчонка по улице - так её волосы горели ярким пламенем и топорщились неистовым начёсом. Против кого протестовала, родные и не понимали, а пробовали разговаривать или увещевать – напрасные хлопоты.
          С грехом пополам девчонка  всё же  окончила школу. После девятого класса родители протолкнули её в техникум, проходила туда  полгода, а  дальше  и  не смогла. Специальные предметы  родители не знали, за неё ничего написать не в силах. А сама она, лентяйка такая,  опять изображала из себя обиженную и твердила, что у неё депрессия, ей плохо,  пусть сами и учатся.
          Понятно, что первую сессию не сдала, её и отчислили. Всех обвиняла в своих бедах, только не себя.  А потом кинулась в разгул и каждую субботу бежала  на танцы в клуб, а там и пристрастилась к запрещённым веществам.  Сначала таблетки, потом и уколы.
           Родители затревожились  и не стали пускать  её в клуб, даже  запирали в комнате, но девчонка и тут нашла на них управу: так заорёт - завизжит, что будто бы её режут, от соседей стыдно, мать с отцом  и сдавались. Два раза  наша Анечка была в реанимации - откачали. Передохнёт неделю или две, а потом опять пускается во все тяжкие.
        Не заметила, где и с кем зачала, так как сама и не помнила, где была и с кем шлялась. Родители спохватились, когда уже было поздно – делать аборт  нельзя.  Надеялись, что хоть опомнится, беременность её спасёт, а станет матерью, так, может, и изменится.  Но напрасно. Бабушка, дедушка, мама и папа, старшая сестра  по очереди  сидели с малышом, но только не она. Бывало, сын  криком исходит, а молодая  мамаша и в ус не дует, знай себе покуривает и  в телефоне тыкается.  Материнский инстинкт у неё даже и не проснулся.
      А потом «королева» -  Анечка  опять в такой разгул ушла, что просто невозможно было её остановить. От неё стали даже деньги и ценности запирать, не раз крала и добивалась мнимой эйфории. Обнесла квартиры соседей - мать кое-как замяла дело о краже  и силой отправила её лечиться. А она через три  недели и оттуда сбежала. Приползла домой  обколотая и даже в испражнениях, в таком непотребном виде, что вызвала только отвращение родных. Отмыли, отправили в больницу, там  откачали в реанимации и перевели  долечиваться  в палату. Она и тут нашла, чем «утешиться». Где уж такой «добрый»  человек выискался  и ей принёс, так и не поняли. От этого последнего укола сердце Анечки не выдержало и остановилось.
       Друзья семьи, соседи и знакомые, зная ситуацию, облегчённо вздохнули. На похоронах люди  ни одной слезинки не проронили. Мать и отец стояли, как каменные, даже бабушка платочка к глазам не поднесла, так как внучка все похоронные деньги у неё повытаскала и потратила, понятно на что.
       И вот теперь растёт мальчик, внук моей племянницы, учится, уже во второй класс ходит. Ребёнок  спокойный, неистеричный, не в свою мать. Бабушка и дедушка над ним опекунство оформили, воспитывают. Но кто же знает, что дальше будет?  Не дай Бог, не пошёл бы по дорожке  своей непутёвой матери. Вот к чему приводит потакание и захваливание без  всякой меры.
        Подошёл автобус, и женщина заторопилась к нему.  Я стояла и всё думала и осмысливала услышанное, а в голове так и вертелась строчка  из одной популярной песни: «И почему  от доброты бывают так жестоки дети?»