Наследник рода Малфой. Глава третья

Кузен моего мужа позвонил сегодня утром. Арман Леонард Романо Малфой был младше Драко на год, но умом, похоже, превзошёл его. Выпускник Шармбатона, магистр магических наук и Глава Визенгамота Франции, почётный председатель волшебного сообщества и Архимаг - член Попечительского совета Академии Магии Франции. Умный мужчина, любитель девушек, белого сортового вина, заседаний кружка "Могучий волшебник", где разбираются нововведения в магический мир технологий и техники магглов. Серьёзный человек, но, до безумия обожающий моего сына, своего племянника, и обиженный на кузена - Драко Малфоя. И всё из-за меня, ведь мой муж просто оставил нас со Скорпиусом пять лет назад. Сейчас он живёт в Чикаго, там у него бизнес и новый дом и, как оказалось, новая девушка. А вернее, старая - Пэнси Паркинсон. Ещё с Хогвартса эта слизеринка постоянно крутилась вокруг моего Малфоя, а сейчас подобралась к моему супругу слишком близко. Именно об этом-то мне сегодня и сообщил Арман. Он позвонил рано.

- Гермиона, - сказал он, - тебе надо что-то делать, пока эта деФка не охомутала твоего любимого.

- Драко пять лет уже не мой, Арман, - ответила я.

- Но ведь вы всё ещё считаетесь мужем и женой, и у вас общий сын...

- Которого Малфой не навещал уже почти четыре года. Я не знаю, кем Драко считает  нашего сына, но явно не своим. Он посылает на день рождения Скорпиусу игрушки, книги и пересылает деньги.

- И это - немаловажно, Гермиона, - выдохнул Арман. - Сейчас мужчины только и стараются не выплачивать аллименты, а Драко присылает, каждую неделю то подарки, то переводит деньги. Я думаю, сестра,  мой брат всё-таки переживает за вас.

Значит, он с новой пассией, - чуть не всхлипнула я. Одинокая слезинка скатилась по щеке, а сердце болезненно сжалось. Вот же гад такой! Два года безмятежного счастья, брак по большой любви, безоблачные два года, а потом мне на стол упала папка со странными колдофото, где я изменяю мужу с кем-то.

Драко не дал мне объяснить всё, не позволил оправдаться. Он оставил нам с ссыом загородный дом в пятидесяти километрах от Лондона, и квартиру в центре столицы. Лично мне оставил машину, платиновую карту магического банка "Гринготтс", и открыл счёт для сына в банке - на его обучение в школе, в университете и далее, если захочет продолжить обучение в магистратуре или бакалавриате.

Странно то, что Драко даже не просит меня присылать ему колдофото Скорпиуса, я уже вообще молчу про мои фотографии. Сейчас он молчит, как ни-ког-да, а мне от этого весьма больно и тошно. И обидно, ведь он поверил своим друзьям-слизеринцам, а не мне - своей любимой жене.

- Значит, у него всё серьёзно с этой Паркинсон, да, Арман? - спросила я в конце нашего с ним разговора.

- Похоже на то, - вздохнул парень, - и  я его за это ненавижу сильнее. Идиот! Он просто не знает и не понимает того, как ты жила все эти годы. Как моя мать, тётка Драко  по отцу, леди Махарат, спасла тебя и выходила; как в частном роддоме Мюнхена ты, благодаря Кесареву сечению, родила на свет Скорпиуса.

- Не напоминай, Арман, прошу тебя! - возразила я.

Тот странный день, когда Драко вывалил на меня весь свой гнев и ярость, никогда не забуду. Я поехала за ним во Францию, узнав от Армана, что Малфой отправился к родителям на юг страны. Лорд Люциус не впустил меня за порог, леди Нарцисса вообще сказалась больной, а мой муж послал меня к чёрту, мол, он даже слушать меня не будет. Я ушла, естественно. Не помню, как я дошла до моста, что был перекинут через него. Не помню, как встала на перила этого моста, и как произнесла имя Драко. Помню только руки Армана и чей-то женский голос. Она похлопала меня по щекам, чтобы хоть как-то привести в чувство, а потом обняла.

Так я попала к Малфоям, но уже к совершенно другим. Леди Махарат стала мне второй матерью после Эвридики Грейнджер, а Арман заменил брата, которого у меня никогда не было.

Помню свои крики по ночам, кошмары и месяцы жизни у других Малфоев. Роды в мюнхенском роддоме, в частной клинике "Лотос надежды". Наверное, я полностью пришла к себе, когда леди Махарат положила мне на колени моего сына. Три с половиной килограмма, стабильное магическое ядро, большой волшебный потенциал. А ещё мой сын родился змееустом. Как я узнала? Всё просто - он начал шипеть по-змеиному в полгода, когда осенью я гуляла с ним в городском парке, и к нам подползла гадюка, а Скорпиус начал что-то шипеть на парселтанге. Откуда я знакома с парселтангом? Мой друг детства, Гарри Поттер, тоже змееуст от рождения. Кстати, мой Скорпиус с Арманом тоже понимают друг друга и свободно общаются на змеином языке, ведь и кузена Драко Мерлин поцеловал в лоб, когда тот родился. Змееуст и стихийник, что является редкостью в магическом мире.

Дальше я черпала силы в сыне, в его воспитании, в поддержке друзей, в заботе о нас леди Махарат и Армана, а также в нескольких, мною созданных, аптеках, где я торговала зельями, мазями, микстурами и лекарствами. А ещё я лечила частным образом людей посредством протезирования зубов, работала стоматологом, как и мои родители. Мне позволяло моё образование, плюс лечить зубы меня научили родители, которые в маггловском мире считались в Лондоне лучшими стоматологами.

Вот так я и жила до недавнего времени.


*УИЛТШИР, МАЛФОЙ-МЭНОР*

- Отец, что сказал врач? - спросил старший наследник рода Малфой
- Что с мамой, отец? Я трансгрессировал в Японию из Чикаго, а оттуда посредством порт-ключа добрался до мэнора.

- Высокое давление, сын, плюс Цисси не спала несколько дней, - ответил лорд Люциус.

- Может, мне стоит поговорить с мамой? - спросил Драко, но его обе тётки, Андромеда и Беллатриса, зашикали на племянника.

- Дай матери выспаться и отдохнуть, мой яхонтовый! - проговорила Белла. - Зять, пошёл бы ты тоже отдохнуть, пока моя драгоценная сестра отдыхает. - Люциус кивнул и покинул свой кабинет. - А ты, мальчик мой, задержись на пять минут.

Драко посмотрел на тёток, Менди и Беллатрикс, и вздохнул: разговор будет сложным, пятью минутами точно не обойдётся.

- Ты заметил, что в Малфой-мэноре поубавилось детей, детского смеха и радости, мой дорогой Драко? - спросила миссис Реддл. До недавнего она была Лестрейндж, но пять лет назад вышла замуж пюо большой любви за Тома Марволо Реддла, от которого у неё вот уже десять лет назад как родилась дочь Дельфини. В этом году девочка впервые отправится в Хогвартс.

- Да, и мой внук, Эдвард Люпин, сын моей дочери Нимфадоры и Римуса Люпина, тоже ещё не приезжал.

- Понятно! - сквозь зубы проговорил Малфой. - И вы снова каким-то образом вините в этом меня, да? В чем же на этот раз? Каюсь, что из-за загруженности работы я редко бываю в графстве Уилтшир. Но вы все, включая внуков и детей, получаете от меня подарки и регулярно деньги.

- Мой милый, - вздохнула Андромеда Тонкс, урождённая Блэк, - после того, как ты выгнал прочь Гермиону, как бросил её, беременную, свет, радость и жизнь словно покинули этот замок. Верни домой нашу невестку, Драко.

- Я видел сам, вы все видели на колдофото её позор, её измену и предательство. Я всё могу понять, простить и принять, кроме лжи и предательства. Она на фото с мужчиной не-магом. На других колдофото - с братьями Уизли, с Дином Томасом. Порочные связи. И этот ребёнок... Как он может быть моим, если...

- Скорпиус - твоя в детстве копия, мой яхонтовый, - пропела Беллатрикс. - Да, хороший мой. Слышала я, что у магглов появился какой-то тест на ДНК. Что тебе мешает сделать анализ, тем более, что в клинике работают под прикрытием наши ведьмочки - сестры Патил.

- Я не доверяю магглам, тётя...

- Да, зато ты доверяешь папарацци, ложным колдофото, наговорам и клевете! - возмутилась всегда спокойная Андромеда.

- Всё, хватит! - возразил блондин. - Пять лет в этом доме не поминалось имени Грейнджер, а что теперь? Её никогда здесь не будет, мои дорогие тётушки, на этом вопрос закрыт! Ну или меня никогда не будет в Уилтшире. Выбирайте!

- Мы с Менди и Цисси хотим этим летом поехать во Францию, - улыбнулась примерительно Беллатрикс.

- Естественно, заедете к Арману и тётке Махарат? - фыркнул Малфой.

- И более того, мой яхонтовый, - улыбнулась ещё слаще Белла, - туда приедет Гермиона со Скорпиусом. Мы - Малфои, а Малфои своих не бросают.