Глава 12. Алёна. Проблемная

Две ночи подряд мне снились кошмары, в которых нас с Матвеем то убивают, то пытают. Просыпалась в холодном поту, а потом несколько часов не могла уснуть. Только успокоительное помогало немного утихомирить моё воображение. Не могла перестать прокручивать сны, и придумывать им продолжение, словно это как-то могло мне помочь. Именно поэтому я и позвонила Матвею, через несколько часов как мы расстались. Вернувшись, домой я закрылась в своей комнате и сразу отключилась. Тогда моё воображение и дало первые плоды. От испуга я набрала его номер и хотела просто убедиться, что он в порядке. А Матвей как обычно вёл себя заносчиво, отвечал холодно и грубо.

В общем, я обиделась, хотя какая разница, мы всё равно больше не будем общаться. Всё обсудили, и обо всём договорились. На этом я поставила жирную точку. Должно было полегчать, но у меня как обычно проблемы с самой собой.

Несколько дней я боязливо оборачивалась, проверяла, не следует ли кто за мной по пятам. К счастью дружки Мацкевича были заняты чем-то ещё, и я им пока что не интересна. Зато своих проблем у меня меньше не стало. После «веселья» в клубе, Рома игнорировал мои сообщения и звонки. Я решила оставить разговор на первый рабочий день, но когда встретилась с ним, ничего не поменялось. Он даже не поздоровался, не смотрел в мою сторону, не говорил. Сколько раз за тот день я пыталась завести непринуждённую беседу, и всё было в пустую. Рома то делал вид, что слишком занят, то держался рядом с другими коллегами, зная, что я не стану говорить о личном при чужих ушах.

«Поймать» у меня получилось его, когда Рома остался один на улице. Я впервые увидела, как он курил. Сидел на корточках и смотрел перед собой. Я тихо подкралась к нему, и присела рядом. Ожидала, что попытается уйти, и заранее взяла парня за руку.

— Ты злишься на меня? — спросила я его тогда.

Он молчал, присосался к своей сигарете. Запах раздражал меня, но из-за Ромы я старалась не показывать своего недовольства. Ерунда, ради мира я могу и потерпеть.

— Прости Ром, я не знала, что всё так обернётся. Если бы Лиля сказала, куда мы пойдём, я бы отказалась, — подумалось мне, что я нашла универсальное решение нашей ссоры.

На это Рома всё же отреагировал. Слова сработали как катализатор. Он резко поднялся, затушил сигарету, и выбросил её в урну. Я встала следом за ним, и ждала худшего, ведь движения Ромы были дёрганными, а значит, он взбешён.

— Уверена? По-моему тебе было прикольно находиться в объятиях Мацкевича, пока я стоял рядом как последний кретин. Это нормально скажи? Я похож на того кто стерпит такое отношение? Ты нашла во мне идиота? — с каждым новом сказанным словом тон Ромы перетекал в скандальный.

— Что ты говоришь? Я вовсе так не считаю, — попыталась я откреститься от подобного обвинения. — Я была пьяна, не осознавала что творю. Прости меня, пожалуйста.

— Пьяна ты, а дураком выставили меня. Мацкевич смотрел в мою сторону так, словно не видит соперника. Будто бы я пыль из-под его колёс. И дружок его далеко не ушёл. Оба пренебрежительно отнеслись ко мне. Выгнали, опозорили. А про Лилю мне лучше не напоминай, эта стерва ещё попляшет у меня, — ударил парень что есть сил по железной двери, ведущей на склад

— Выбирай выражения, она всё-таки моя сестра, — напомнила я.

— После такой подставы, она должна извиниться, и посмотрим приму ли я её мольбы. Уму непостижимо, — упёр он руки в бока, смотря сквозь меня.

— Рома я понимаю ты на эмоциях…

Меня перебили. Слушать мои оправдания он не собирался.

— Кем тебе приходится Мацкевич? Почему ты упала к нему в руки? — приблизился ко мне Рома, и пригвоздил к стене, перекрыв любой отход.

— Что ты вытворяешь? А вдруг кто выйдет на улицу, отпусти, — попыталась я вырваться, схватив его за плечи, но парень оказался намного сильнее меня.

— Мне без разницы. Ответь на мой вопрос! — настаивал он. — Если так и продолжишь молчать, тогда можешь забыть о том, что назревало между нами.

Не знаю почему, но в тот момент я испугалась Рому. Он говорил громко, давил на меня, ещё и удерживал против воли. Что я хрупкая девушка могла ему противопоставить? Захочет по стенке меня размажет и даже глазом не моргнёт, что ему стоит?

— Рома ты же не причинишь мне вред? — шёпотом спросила я, ведь повышать тон мне было страшно. — Я вижу как ты зол, но послушай, мы можем поговорить без показных сцен ревности?

— Тебе кажется, что я ревную? Точно? — стал опускаться ко мне он, наши лбы соприкоснулись, я вздрогнула. — Сложно быть в себе уверенным, когда твоей девушке оказывает знаки внимания миллионер, — Рома резко отстранился, отошёл на шаг назад. Рот его непроизвольно открылся от осознания чего-то, что раньше было ему недоступно. — Так вот кто твой бывший. Матвей Мацкевич. Офигеть. И впрямь не простой человек.

— Я не хотела рассказывать, потому что он для меня в прошлом. Не смогу простить ему то, как он поступил. И вообще, когда ты успел стать моим парнем? Мы разве об этом разговаривали? — возмутилась я, но всё ещё побаивалась показывать ему свой характер и вела себя более-менее спокойно.

— Я думал это очевидно, и нечего обсуждать, — говорил уверенно о себе тот, кто назвался неуверенным.

— Нечего? У тебя так всё просто?

— Зачем усложнять? Я же тебе нравлюсь? Нравился, — исправился Рома, словно осознав, что только что натворил.

— Ладно, неважно. То, что ты делаешь неправильно. Нельзя так относиться к людям. Ко мне. Да, тебе стало обидно, и я полностью на твоей стороне, однако ты должен был подойти ко мне и попросить всё объяснить, а не устраивать мне моральную пытку. Ты хоть понимаешь, каково, когда тебя игнорируют? Это намного тяжелее любой физической нагрузки. Это насилие Рома, — пришла в себя и, не побоявшись, тряхнула его за плечи.

— Сейчас ты переводишь стрелки на меня? Нашла чем парировать? Тебе не стыдно? Я собственными глазами, — на всякий случай указательными пальцами обеих рук он показал на них, — видел. Тебе бы понравилось, если бы человек, который не безразличен, стал лосниться к какому-то богачу? Ты думаешь только о своих чувствах, но прошу, подумай и о моих, хотя бы чуть-чуть.

— Довольно Рома, я устала выслушивать эти беспричинные обвинения. Хорошо, я повела себя ужасно, но я уже извинилась. И к твоему сведению у меня есть гордость и Мацкевича я не простила, и прощать не собираюсь. Продолжишь так себя вести, и клуб моих бывших пополнится, — и не став выяснять отношения дальше, я оставила его одного думать над своим поведением.

Всё это пронеслось перед глазами, словно чёрно-белое кино. На выходных мы встретились с Валей и решили немного отвлечь друг друга от тяжёлых мыслей. Пицца и коктейли нам в этом неплохо помогали. Выбрали самое обычное кафе, столик у окна и приятное общество. Поведав ей о ссоре с Ромой, между нами наступила тишина. Я ждала вердикта, но она его не спешила выносить.

— Ты притихла, — озвучила я очевидные вещи.

— Да, задумалась.

— О чём? Прости я, как обычно говорю лишь о себе, — стало совестно мне. — У тебя ведь тоже какие-то проблемы, я хочу выслушать. Поделишься?

— Да было бы, чем делиться. А на счёт тебя, я думаю, что Рома повёл себя как мудак. Ты тоже хороша, что обнималась с Матвеем, но он намного хуже. Грубое поведение подчёркивает его невоспитанность. Какие бы конфликты вас не сопровождали, надо уметь сдерживаться и вести диалог как люди, а никак собаки, — явно нервничала девушка, словно её лично задело, что говорил мне Рома.

— Ну не то чтобы он вёл себя как бешеный пёс, — мне стало смешно. — Просто нервы сдали, наверное. Он наверняка сравнивал себя с Мацкевичем. Попробуй тут не начни сомневаться в себе.

— А я смотрю, ты явно понимаешь, на чьей стороне перевес, — усмехнулась и подруга. — Но послушай Алёна, раз ты рассталась с Матвеем, и пытаешься наладить отношения с другим парнем, то тебе не стоит ставить его в неловкое положение. Как бы мы не хихикали и не перемалывали кости Мацкевичу, обе знаем, что парней задевает, когда они не на равных. А в случае «Матвей против Ромы», у первого большой перевес в финансовом плане, да что уж лукавить, он как человек тоже неплохой.

— Конечно, бросил меня, твой «неплохой человек» и даже не соизволил сказать об этом лично. Кто так поступает? — не могла я перестать думать о том звонке его матери. Это стало травмирующим опытом для меня.

— Все ошибаются. Он вернулся, и даже не настаивает, чтобы ты была рядом. Он уважает твой выбор. Другой бы плевал на всё.

— Я ему просто не нужна, почему мы вообще это обсуждаем? — стала неприятна мне тема, связанная с его возвращением.

— Мне почему-то кажется, что всё совсем наоборот. Поговаривают что в семье Мацкевичей большой разлад, и сын семьи отделился от них, уйдя в свободное плаванье, — будто бы процитировав что-то, намекнула мне Валя.

— Ты что-то знаешь? — откусила я кусочек пиццы, и, жуя, наблюдала за подругой.

— Статью в интернете видела. Там мало что разберёшь, но суть в том, что Мацкевичи вышли из местной мафии, — так она называла альянс богатеев, тех, что держали наш город. — Вроде как это решение принял сам Матвей, объяснил тем, что собирается работать дальше в одиночку, ни на кого не полагаясь.

— Что ещё? — оживилась я. Такие подробности мне были неведомы.

— Ничего, — пожала плечами она. — Давай я скину тебе ссылку, сама прочитаешь, вдруг найдёшь что-то полезное для себя.

А потом она выполнила то, что сама и предложила. Я прочла написанное в статье и ничего больше интересного найти так и не сумела. Всё объяснено поверхностно, сухо и нудно. Явно тот, кто писал, не был слишком заинтересован новостью, или же конкуренты бывшие соратники из альянса попросили «своих» написать как надо.

— Почему Матвей мне не сказал? — спросила я у себя, прекрасно зная ответ. Он не обязан, мы друг другу никто, логично, что я не осведомлена о происходящем в его жизни. Зато стало понятно, почему он был весь в делах, а в то утро буквально зарылся в бумагах.

— Матвей Мацкевич любит оставаться загадкой для девушки, иначе захочет ли она увидеться с ним, если не будет заинтересована, — послышался мужской баритон, от которого у меня сердце ушло в пятки.

Вместе с Валей мы одновременно подняли головы на новенького в нашей компании. Подруга недоумевала, кто перед ней, зато я вспомнила эту наглую морду. Не хватало ещё того придурка в чёрных шмотках с пистолетом. Поняв, что перед нами опасный тип сердце застучало как бешенное, а руки сжались в кулаки. Я не могла отвести взгляда от Романова, боялась пропустить что-либо.

— Простите, а вы кто? — спросила моя ничего не подозревающая подруга.

— Я? Друг Матвея. Алёна вам не рассказывала? Кстати меня зовут Кирилл, приятно познакомиться, — протянул он руку Вале, и та с растерянной улыбкой пожала её.

— Валентина.

— Отдыхаете? — выдвинул он соседний с Валей стул и присел напротив меня. — Скажите я не вовремя? Мне подойти попозже?

Валя хотела что-то сказать, но испугавшись за неё, я не позволила ей вставить и слова. Романов как я поняла бандит, и опасный, лучше лишний раз не щекотать ему нервы. Моя подруга может ненароком задеть дружка Мацкевича, потом проблем не оберёшься.

— Говори, что хотел и уходи, — попросила я, как показалось довольно вежливо, но мой жест не оценили.

— Теперь ясно, почему ты полюбилась Матвею. Вы похожи, — хищно улыбнулся он. — Верно, я говорю Валентина?

Я застыла. Пока Валя что-то говорила ему, я утопла в собственных раздумьях. Подумать только, человек, который выглядел как совершенно обычный парень, но внутри него таился дьявол, первый кто сказал, что я и Матвей похожи. До этого все утверждали, что мы разные, даже я.

— Похожи? — воскликнула я, словно хотела услышать подтверждение. До конца не могла поверить.

— Это всё что тебя волнует Алёна? — переключился на меня Романов. — Ты волновалась, что вам не по пути?

— Что? — поняла я, что так он пытается влезть ко мне в голову. — Нет. Это только наше с Матвеем дело. Зачем ты явился? Что тебе надо?

— Всего лишь поговорить по душам. Не стоит беспокоиться, я здесь не ради склок. Скажем так, я приехал ради Матвея. Он ведь и мой друг.

Меня охватила паника. Что происходит? Что этот чокнутый мог сделать Матвею? Да я обижена на него, и хочу обидеть в ответ, но чего-то ужасного я ему не желаю.

— Не торопись поднимать шум Алёна, я хотел попросить тебя об одолжении. Поверь, оно будет выгодно и мне и твоему парню, — его голос мог заговорить любую девушку, но я не видела в нём ничего красивого, а вот Валя была иного мнения. Она залюбовалась им.

— Мацкевич не мой парень! — уточнила я.

— Меня это мало интересует, поверь, я прекрасно вижу кто от кого без ума. Я сам был на его месте, меня не проведёшь, — самоуверенно заявил Романов.

— Значит, по-твоему, ты можешь воздействовать на Матвея через меня? — было понятно мне с самого начала. В какой-то степени я ждала этой встречи, только не думала, что она произойдёт именно сегодня.

— Догадливая, мне нравится. Ты ему подходишь. Вместе вы бы далеко пошли, развивая его бизнес, жаль, что упустил рыбку с крючка, — издевался он. Наслаждался моим бессилием.

Мне надоело происходящее, и я попыталась выглядеть серьёзнее.

— Хватит ходить вокруг да около, скажешь, наконец, чего пытаешься добиться?

— Легко. Я хочу его клуб. Он не хочет меняться. Ты вскружила ему голову, так помоги мне переубедить друга. Ты сумеешь, я уверен, — загорелся в его глазах какой-то жуткий огонёк.

— Мы не вместе, Матвей меня не послушает. Ты ошибся, найди себе другую марионетку, — не собиралась я в очередной раз действовать против собственной воли. Мне приказов Кати хватило, больше я на такое не подпишусь.

— Он тебя любит, послушает. От тебя всего-то требуется прийти к нему поплакать и сказать, что я угрожал. Но мы ведь цивилизованные люди и я подумал в реальность вымышленные действия не переносить. Если хочешь, конечно, у меня есть отменный соратник, который обожает пытки, — сказал он это как шутку, но я ощущала кожей, что он не привирал.

— Я поняла, уходи! — потребовала я. Видеть лицо этого бандита была мне неприятно. Мерзкий человек.

— Хорошо, — поднялся он, отряхивая идеально выглаженные брюки. — Передай тогда своему любимому, что это за малышку. Ну и за тотальное игнорирование моих звонков, конечно.

— Что ещё за малышка? — не понимала я.

— У него и спросишь, — подмигнул нам с Валей Романов и пошёл прочь из кафе широким шагом.

Пару минут мы молча сидели. Я ждала, когда начнёт разговор Валя, она же в свою очередь ждала меня. И всё-таки её прорвало первой.

— А я-то думала у меня проблемы с парнем. Смотрю, жизнь подкидывает вам с Матвеем проблемы, которые вы просто обязаны решить вместе. Этот парень явно много о вас знает, — кивнула она на дверь. — Голос у него отпадный.

— Он бандит, — остудила я её пыл.

— Серьёзно? Они ещё существуют в наши-то дни? — не поверила подруга.

— Я тоже думала, что нет, до тех пор, пока в меня и Матвея не стали целиться, — сболтнула я лишнего, и пришлось рассказывать всю историю, ведь так просто Валя бы не отстала.

— Обалдеть. Реально ваша история словно фильм. Может это судьба? — как-то по-новому взглянула на меня она. — Ты и он? С кем в твоей жизни были похожие яркие события?

— С Разиной, — нервно рассмеялась я. — Она-то уж точно кара судьбы. Наказание воплоти.

— Это забавно, но я говорю серьёзно Алён. Может, ты подумаешь насчёт Матвея? Я понимаю, он поступил, непорядочно оставив тебя, но ты ведь даже не выслушала его. Дай парню возможность объясниться, а потом решай, нужен он тебе или пошёл в задницу, — рассуждала Валя.

— А как же Рома? — накрыла я лицо ладонями. Я окончательно запуталась.

— Роме можно будет всё объяснить. Не дурак, поймёт.

— Легко тебе говорить. Я загнала себя в угол.

— Не придумывай, нет никакого угла, это иллюзия, — отмахнулась от моих слов Валя. — Ты сама хозяйка своей судьбы. Кого выберешь с тем и останешься. В жизни нельзя всем угодить, обязательно кто-то будет страдать или ненавидеть.

— Это непросто, — опустила я руки.

Валя снова посмотрела в сторону выхода, и я рефлекторно обернулась. Побоялась, что Романов мог вернуться, чтобы сделать что-то плохое. Однако никого там не было, и я выдохнула.

— Что ты будешь делать с тем, что сказал этот тип? — перевела на меня обеспокоенный взгляд подруга.

— Встречусь с Матвеем и предупрежу. Не стану обманывать и играть с ним. Было уже раз такое, больше не повториться. Я честно скажу ему всё, и пусть сам решает, что делать дальше…