Тайная доктрина, Т. 3, Раздел XIII

РАЗДЕЛ XIII
Адепты после появления христианства и их учения
Т. 3, СТР.112 ТАЙНАЯ ДОКТРИНА
 Что, например, известно миру о Петре и Симоне? В светской истории нет никаких упоминаний об этих двоих, в то время как то, что рассказывает нам о них так называемая священная литература, содержится в нескольких предложениях «Деяний святых Апостолов». Что касается апокрифов, то само их название запрещает критикам обращаться к ним за информацией. Оккультисты, однако, утверждают, что, какими бы односторонними и предвзятыми они ни были, апокрифические Евангелия содержат гораздо больше исторически достоверных событий и фактов, чем Новый Завет, включая «Деяния святых Апостолов». Первые представляют собой примитивные предания, вторые [официальные Евангелия] — искусно составленные легенды. Святость Нового Завета – это вопрос личных убеждений и слепой веры, и хотя все обязаны уважать личное мнение своего ближнего, никто не обязан его разделять.
Кем был Симон Маг и что о нем известно? Из «Деяний» мы узнаем, что за свои замечательные магические способности его назвали «Великой силой Божьей». Говорят, что Филипп крестил этого самаритянина; и впоследствии его обвиняют в том, что он предложил деньги Петру и Иоанну, чтобы те научили его творить истинные «чудеса», тогда как ложные, как утверждается, были от дьявола . Это все, если не считать оскорблений, часто бросаемых в его адрес за совершение «чудес» последнего рода. Ориген упоминает, что он посещал Рим во время правления Нерона , а Мосхайм относит его к открытым врагам христианства  , но оккультная традиция вменяет ему в вину лишь отказ признать «Симеона» наместником Бога, при этом остаётся неясным и спорным, был ли этим «Симеоном» Пётр или кто-то другой.
Т. 3, СТР.113 НЕСПРАВЕДЛИВАЯ КРИТИКА
 То, что Ириней  и Епифаний   говорят о Симоне Маге, а именно то, что он изображал себя воплощённой Троицей (в Самарии был Отцом, в Иудее Сыном, а язычникам являлся как Святой Дух) было не более чем клевета. Времена и события меняются, но человеческая природа остаётся прежней под любым небом и в любую эпоху. Это обвинение — результат традиционной и теперь классической религиозной нетерпимости (odium theologicum). Ни один оккультист (а все они в той или иной степени испытали на себе богословскую враждебность) не поверит в подобные вещи лишь на основании слов Иринея, если он вообще сам писал эти слова. Далее говорится, что Симон брал с собой женщину, которую представлял как Елену Троянскую, прошедшую сотню перевоплощений и которая еще раньше, в начале эонов, была Софией, божественной мудростью, эманацией его собственного (Симона) вечного разума, когда он (Симон) был «Отцом». И наконец, что от неё он «породил архангелов и ангелов, которые сотворили этот мир» и так далее.
Теперь мы все знаем, до какой степени преображения и пышного преувеличения может быть доведено любое простое заявление, пройдя всего через полдюжины рук. Более того, все эти утверждения можно объяснить и даже доказать, что они, в сущности, верны: Симон Маг был каббалистом и мистиком, который, подобно многим другим реформаторам, пытался основать новую религию, основанную на основных догматах тайного учения, но не раскрывал его тайн больше, чем было необходимо. Почему бы тогда мистику Симону, глубоко убежденному в существовании последовательных воплощений (мы можем опустить число «сто», как весьма вероятное преувеличение его учеников), не говорить о ком-либо, кого он духом знал, как воплощение какой-нибудь героини с таким именем, и так, как он это делал, если он вообще когда-либо это делал? Разве мы не встречаем в нашем веке дам и джентльменов, не шарлатанов, а интеллектуальных личностей, пользующихся большим уважением в обществе, чье внутреннее убеждение говорит им, что они были – одна царицей Клеопатрой, другой – Александром Македонским, третья – Жанной д'Арк, и кем только не были? Это вопрос внутреннего убеждения, основанного на более или менее близком знакомстве с оккультизмом и вере в современную теорию реинкарнации. Последняя, как будет показано, отличается от единого подлинного древнего учения, но нет правил без исключения.
Т. 3, СТР.114 ТАЙНАЯ ДОКТРИНА
Что касается того, что Симеон Маг «един с Богом-Отцом, Богом-Сыном и Богом-Святым Духом», то это опять-таки вполне разумно, если мы признаем, что мистик и провидец имеет право использовать аллегорический язык; и в данном случае, более того, это вполне оправдано учением о Всеобщем единства, которому учит эзотерическая философия. Любой оккультист подтвердит это, опираясь на (с его точки зрения) научные и логические аргументы, в полном соответствии с учением, который он исповедует. Любой ведантист ежедневно утверждает одно и то же: он — и Брахман, и Парабрахман, как только он отказывается от индивидуальности своего личного духа и признаёт божественный луч в своём высшем «Я» лишь отражением вселенского духа. Это отголосок изначального учения об эманациях, звучащий во все времена и века. Первая эманация Неведомого - это «Отец» , вторая – «Сын», и всё сущее исходит от Единого, или того божественного духа, который «непознаваем». Отсюда следует утверждение, что через неё (Софию, или Минерву, божественную мудрость) он (Симон), находясь ещё на лоне Отца, сам будучи Отцом (или первой коллективной эманацией), породил архангелов («Сына»), которые стали творцами этого мира.
Сами католики, припертые к стенке неопровержимыми аргументами своих оппонентов (ученых филологов и символистов, которые в пух и прах разносят церковные догмы и их авторитеты и указывают на множественное число слова «элохим» в Библии) признают сегодня, что первое «творение» Бога, т. е. «цава»  или архангелы, были сотворены самим Богом, и ,вероятно, участвовали в сотворении этого мира. Разве нельзя предположить, что:
Хотя «Бог один сотворил небо и землю», что, несмотря на то, как бы они (ангелы) ни были непричастны к первоначальному творению из ничего (ех nihilo), они могли получить задание завершить, продолжить и поддержать его.  - восклицает де Мирвиль, отвечая Ренану, Лакуру, Мори и всем без исключения (tutti quanti) из Французского института. С некоторыми изменениями именно это утверждает тайное учение. В действительности не существует ни одной доктрины, проповедуемой многочисленными реформаторами первого и последующих веков нашей эры, которая не основывалась бы на этой универсальной космогонии в своих первоначальных учениях. Ознакомьтесь с трудами Мосхайма и узнайте, что он что он может сказать о многих «ересях», которые он описывает. Еврей Керинф учил, что создатель этого мира… верховный Бог еврейского народа является существом… которое произошло от всевышнего Бога; более того, это существо постепенно утрачивало присущие ему добродетели и достоинство.
Т. 3, СТР. 115 ДВА ВЕЧНЫХ НАЧАЛА
Василид, Карпократ и Валентин, египетские гностики II века, придерживались схожих идей с небольшими отличиями. Василид проповедовал о семи эонах (воинствах или архангелах), которые возникли из субстанции Всевышнего.


Две из них (Сила и Мудрость) породили небесную иерархию первого класса и достоинства; из неё произошла вторая, из второй — третья и так далее. Каждая последующая эволюция была менее возвышенной по своей природе, чем предыдущая, и каждая создавала для себя небеса как обитель, причём природа этих небес становилась всё менее величественной и чистой по мере приближения к земле. Таким образом, число этих обителей достигло числа 365; и над всем этим властвовал Верховный Неведомый по имени Абраксас. Его имя согласно греческому методу счисления даёт число 365, которое в мистическом и числовом значении содержит число 355, или значение человека  Это было гностическим таинством, основанным на первоначальной эволюции, которая завершилась появлением «человека».
Сатурнил из Антиохии проповедовал то же учение, но слегка измененное. Он учил о двух вечных началах, добре и зле, которые являются просто духом и материей. Семь ангелов, управляющих семью планетами, являются строителями нашей вселенной, - это чисто восточное учение, поскольку Сатурнил был азиатским гностиком. Эти ангелы представляют собой природных хранителей семи областей нашей планетной системы, одним из самых могущественных среди этих семи ангелов-творцов третьего порядка является «Сатурн», главный дух этой планеты и Бог еврейского народа, а именно Иегова, которого почитали евреи, и которому они посвящали седьмой день или субботу, называемую у скандинавов и индусов «днём Сатурна» (Saturday).
Маркион, также придерживавшийся учения о двух противоположных началах – добре и зле, утверждал, что между ними есть третье божество («смешанной природы»), Бог евреев, Творец (со своим воинством) нижнего или нашего мира. Хотя это промежуточное существо всегда находилось в состоянии войны со злым началом
Т. 3, СТР.116 ТАЙНАЯ ДОКТРИНА
оно, тем не менее, также противостояло доброму началу, на чье место и звание оно претендовало.
Поэтому Симон был всего лишь сыном своего времени, религиозным реформатором, как и многие другие, и адептом среди каббалистов. Церковь, для которой вера в его реальное существование и великие силы является необходимостью (для того, чтобы лучше подчеркнуть «чудо», совершенное Петром, и его победу над Симоном), безмерно восхваляет его чудесные магические способности. С другой стороны, скептицизм, проявленный учёными и образованными критиками, стремится полностью отвергнуть его существование. Сначала они отрицали само существование Симона, а затем решили полностью отождествить его личность с личностью Павла. Анонимный автор труда «Сверхъестественная религия» настойчиво пытался доказать, что под именем Симона Мага следует понимать апостола Павла, чьи послания Пётр тайно и открыто клеветал, и отвергал, обвиняя их в том, что они содержат «нечто неудобовразумительное». В действительности, это кажется более чем вероятным, если задуматься о двух апостолах и сопоставить их характеры.
«Апостол язычников был храбрым, откровенным, искренним и очень образованным человеком, апостол же обрезания был труслив, осторожен, неискренен и очень невежественен. То, что Павел был частично, по крайней мере, если не полностью, посвящён в теургические мистерии, не вызывает сомнений. Его язык, фразеология, столь свойственная греческим философам, некоторые выражения, используемые только посвящёнными – всё это верные отличительные признаки такого предположения. Наши подозрения были подкреплены талантливой статьёй в одном из периодических изданий Нью-Йорка под названием «Павел и Платон», в которой автор приводит одно замечательное и для нас очень ценное наблюдение. Он показывает, что Павел в своём «Послании к коринфянам» часто использует «выражения из посвящений Сабазия и Элевсина и лекций (греческих) философов. Он (Павел) называет себя невеждой (;;;;;;;)  – человеком, неискушённым в Слове, но не в гносисе или философском обучении. «Мудрость же мы проповедуем между совершенными или посвящёнными, – пишет он, – но мудрость не века сего и не архонтов века сего преходящих, но проповедуем мудрость Божию в мистерии, сокровенную мудрость…которой никто из архонтов века сего не познал». (1Кор. 2:6-8)
Что ещё может иметь в виду апостол под этими недвусмысленными словами, кроме того, что он сам, как принадлежавший к мистам (посвящённым), говорил о вещах, показываемых и объясняемых только в мистериях? «Мудрость Божия в мистерии, которой никто из архонтов века сего не познал» очевидно, имеет прямое отношение к василевсу  элевсинского посвящения, который действительно знал её. Такой василевс принадлежал к окружению великого иерофанта и был архонтом Афин, и, как таковой, был одним из главных мистов, принадлежащих к внутренним мистериям, куда входили избранные и весьма малочисленные люди.  Городские власти, надзирающие за элевсинскими мистериями, назывались архонтами». 
Однако сначала мы поговорим о Симоне Маге.