6. К. М. С
Тетка Блока вспоминала: «Она первая заговорила со скромным мальчиком, который не смел поднять на нее глаз, но сразу был охвачен любовью. Красавица всячески старалась завлечь неопытного мальчика». Ухаживания Блока были неумелыми и временами назойливыми. Он молча гулял за Садовской, прятался в кустах, пытался поймать ее взгляд, приносил по утрам розы. Та, в свою очередь, играла: то советовала быть смелее, то запрещала появляться на глазах, возвращала цветы, рвала билеты на концерты, била зонтиком по руке, смеялась. Хоть будущий поэт был и очень молод, но была в его облике мужественность, уже тогда привлекавшая к нему сердца женщин. И в какой-то момент красавица поддалась нахлынувшим чувствам и соблазнила юношу. Она провела с ним ночь. А затем еще одну. Блок посвятил ей стихи:
В такую ночь успел узнать я,
При звуках, ночи и Весны,
Прекрасной женщины объятья
В лучах безжизненной луны.
Юного Блока эти отношения и притягивали и отталкивали одновременно. Хоть в гимназические годы и был уже у него опыт посещения публичных домов, но он все-таки предпочитал разделять любовь возвышенную- платоническую и аристотелевскую- чувственную. Мать Александра была даже на год младше Садовской. Узнав о близости сына со зрелой женщиной, она произнесла: «Куда деться, Сашурочка, возрастная физика, и, может, так оно и лучше, чем публичный дом, где безобразия и болезни?». А после нанесла визит любовнице сына и закатила ей скандал, угрожая серной кислотой и каторгой. В ответ опытная женщина лишь показала непрошенной гостье на дверь.
В тот же день Блока отправили в фамильную усадьбу Шахматово. На прощанье он подарил Садовской увядшую розу. Казалось бы, на этом мимолетный курортный роман должен закончиться, но нет — любовники возобновили тайные свидания в Петербурге. Блок встречал Садовскую в закрытой карете, снимал номера гостиниц и умолял ее хотя бы на время забыть о детях. Она охотно потакала его желаниям и игнорировала просьбы матери Александра оставить мальчика в покое.
Несмотря на обещания любить вечно, в 18 лет юноша увлекся подругой детства Любовью Менделеевой. Он реже стал навещать зрелую подругу и в конце концов порвал с ней. Незадолго до свадьбы с Менделеевой поэт получил письмо, в котором Садовская уговаривала его снова приехать в Бад-Наухайм и проклинала свою судьбу за то, что встретила его.
По прошествии многих лет (в 1909 году) за вечерним чаем мать мимоходом бросила Александру: «А твоя учительница-то… умерла». Реакция сына ее обрадовала – он оставался спокоен, даже обронил что-то о возрасте и царствие небесном, сказав: «Однако, кто же умер? Умерла старуха. Что же осталось? Ничего. Земля ей пухом». Однако потом быстро встал из-за стола и вышел. Вышел, чтобы записать пришедшие строки в память о своей первой любви:
Всё, что память сберечь мне старается,
Пропадает в безумных годах,
Но горящим зигзагом взвивается
Эта повесть в ночных небесах.
Жизнь давно сожжена и рассказана,
Только первая снится любовь,
Как бесценный ларец перевязана
Накрест лентою алой, как кровь.
И когда в тишине моей горницы
Под лампадой томлюсь от обид,
Синий призрак умершей любовницы
Над кадилом мечтаний сквозит.
Он не знал, что слухи эти были ложными, что К.М.С. жива и даже переживет его самого на четыре года. В 1919 году Ксения Михайловна, похоронив мужа, приехала к своей дочери в Киев. Из Киева в Одессу к другой дочери она шла пешком. Не имея денег, нищенствовала, питалась колосками, и её жизнь закончилась в психиатрической больнице города Одессы в 1925 году. Садовская умерла в 66 лет. В ее скромном узелке с пожитками, провезенном через тысячу километров, нашли пачку истрепавшихся писем от Александра Блока, перевязанных красной ленточкой (!). Это были 12 писем, которые когда-то написал Блок к Садовской.
Свидетельство о публикации №226041901328