Завтра увидимся снова

- У меня дурацкая привычка – всё объяснять. Откуда? Это же от того, что я много знаю и стараюсь, рассказать другим, как жить? Но это глупо. Каждый хочет жить именно по своему опыту.  Он так привык, ему так лучше жить и принимать жизнь. Сказать, что можно лучше воспринимать этот мир, значит в чем-то оскорбить упрямца… Как всё это сложно!
Динка, моя подружка по школе, остановилась и пытливо посмотрела на меня:
- У тебя такое бывает?
- Мне всё равно, кто и как живёт…  А ты себя изводишь. Эх, интеллигенция!
Говорить о том, что кто-то – интеллигенция, было страшным оскорблением в наше время.
- Зачем ты так, Петь?
- А как надо, чтобы человек понял: себя надо воспитывать, а не других!
- Это из репертуара нашей классной.
- Может быть. Но ведь мы принимаем опыт старших, а без повторения их опыта свой не приобрести!
- Фу, какой ты зануда!
- Да нет, просто с тобой нельзя по-другому. Ты все принимаешь за чистую монету!
- А ты – за грязную?
- Что с тобой Динка? Не с той ноги встала?
- Болею я… По-женски…
- Это как?
- Первые месячные! Понял, дурак!
- Это больно?
- По-всякому… После них я стану женщиной…
- Ты? Да тебе только…
- Отстань, мне не хочется говорить об этом. Обычно парней не интересует это и… не должно!
- Мы же хотим с тобой в медицинский поступить! Я в хирурги…
- Это все другое… Мне кажется, что ты поглупел, что ли… Ну не видишь вокруг себя ничего!
- А что не вижу!
- Я люблю тебя!
- А я – тебя.
- Нет, так не объясняются в любви! Словно на сцене перед зрителями…
- Так никого ж и нет!
- Есть! Твоя официальная тень! Твой образ эдакого уверенного во всего человека! А ты не такой! Ты проще, нежнее, ранимее. Да за такого, как ты я бросилась бы в огонь, воду, с самого высокого этажа!
Я не знал, что ответить ей. Я смотрел на нее и все больше понимал, что она глубже и тверже в своих убеждениях! Я не достоин такую девушку!
И она поняла меня. Она придвинулась ко мне и обняла. Этого у нас не было, хотя я о чем-то подобном мечтал, думал о ней, представляя, какая она без платья, без всего! И вот сейчас так подумал и почему-то отодвинулся.
- Испугался? – тихо спросила она.
- Да, - честно признался я.
- И я себя боюсь, но когда ты рядом, это проходит, я готова на всё!
- На что всё? – спросил я, хотя понял, что она имеет в виду.
- На то, чтобы по-настоящему стать женщиной! Да понял ты всё! Лицемер несчастный!
И вскочила, схватив свою сумку:
- Пошли домой, мы уже второй час здесь сидим.
Я поднялся, деланно кряхтя и постанывая.
- Ты чего это?
- Прирос к скамье. Корни пустил…- пошутил я.
Мы пошли по домам. Я проводил Дину до её девятиэтажки. Кстати, автобусная остановка так и называется: «Девятиэтажки». Сел на скамейку и ждал, когда Динка выйдет на балкон и помашет мне рукой.
Подошел Седьмой номер. Это мой. Я сел в повидавшую виды машину с уже ободранными сиденьями и выбитыми стеклами. Мой микрорайон был в конце города и почти примыкал к озеру с лесом. Я вышел и зашагал по новой заасфальтированной дорожке к дому.
Странный разговор у нас с Диной. Она – красивая, стройная и очень самостоятельная девушка. Моей маме она нравится. Впрочем, маме нравятся все люди. И они её тоже любят. И Дина очень похожа на неё. Но и не похожа больше ни на кого! Я вспомнил, что так и не сказал, что тоже люблю её. И услышал, что зазвонил мой мобильник в моем рюкзаке.
- Петь…
Это Дина.
- Я! Погоди, я тоже люблю тебя! Нет, без «то же», я должен был первым сказать об этом!
- Ты на меня всегда так смотришь, что и слов не надо! Ладно, я побежала, мама зовет на кухню пельмени лепить!
- Закончим школу и будем вместе лепить!
- Будем, Петенька, будем…
На город надвигалось сверху огромное дождевое облако. И первые капли упали на меня.
Сильный ливень я уже видел за стеклом балкона. Я прижался носом к стеклу и словно оно пропустило порыв свежего весеннего воздуха. Даже отпрянул и увидел, да-да «увидел» мысленным взором, как это же сделала Динка на своем этаже!
Мы об этом друг другу скажем, когда завтра увидимся снова. И будем удивлены, и будем очень рады этому!