Сны, где я - не я. На том свете

 Реально в этом сне я была самой собой, но условно рассказ относится к этому циклу.
...
 Моя кузина Светлана Фёдорова, родившаяся в декабре 1959 г., после окончания Вильнюсского университета долгие годы прожила в Вильнюсе. Там она работала некоторое время преподавателем русского языка, как иностранного, в педагогическом училище. Подростки очень её любили и ценили за её ум и доброту и прочие положительные качества. В основном, там учились девочки из неблагополучных семей или сироты, и Света им помогала не только в учёбе, но и советами, и душевным теплом, которого она им не жалела. Они обращались к ней как к старшей сестре и она им иногда в чём-то помогала. Кстати, литовский она освоила в совершенстве и не только говорила на нём в быту, но и преподавала русский язык на литовском. Однако после завоевания Литвой независимости в 1991 году, количество русских школ и русских уроков в училищах сократили, и Свету попросту уволили. Она не стала искать новую работу, не осваивала компьютер, вела довольно рассеянную жизнь. Жили они вместе с мамой, семьи у неё не было.
 В середине 90-х годов Света заболела и не только физически, но и психически. Когда её мама умерла, она попала в больницу и через некоторое время скончалась.
...
 Света была очень красивой, скромной и обаятельной девушкой. Высокая, стройная кареглазая брюнетка с прекрасным цветом лица и лёгким каким-то персиковым румянцем... Мама воспитывала её одна, потому что Светин отец не хотел заводить семью и детей. Этот отец даже не пожелал на неё взглянуть, хотя и жил на соседней улице и совершенно с ней не общался. В школе она прекрасно училась и была культурной и способной девочкой. У неё была одна единственная подруга Марина, которая совершила предательский поступок по отношению к ней в конце десятого класса. На этом их дружба кончилась.  А мальчиков-поклонников у неё почему-то не было. В старших классах ей нравился один мальчик, но не взаимно. В университете она подружилась с одной  порядочной девушкой из привилегированной семьи- Еленой Васильевой. Эта девушка даже была у нас в гостях, в Красноярске, в бабушкиной квартире.
   К сожалению, учеба в чужеземном университете и жизнь вдали от родных мест ужасно её изменили ещё в молодости. Она уехала учиться одним человеком, а вернулась совершенно другим - заносчивым, высокомерным, нервным. Она возненавидела из ревности больше всех меня, потому что я дружила с её матерью, когда она была на учёбе в Вильнюсе. И не только дружила, а приезжала к бабушке и тётке погостить в их квартире, в центре Красноярска, в Светино отсутствие. Бабушку и тётку Аиду она начала презирать, а Олега, своего младшего кузена, она всегда недолюбливала и смеялась над ним. Надо мной она иногда издевалась, внезапно и несправедливо - говорила что-то обидное или хамское. Я начинала плакать, взрослые меня утешали, а она была довольна. Света была меня старше на 14 лет. То есть я была маленькой девочкой, когда она была уже взрослой студенткой.
 После окончания вуза в 1982 году и возвращения в родной Красноярск, она приняла твёрдое решение переехать в Литву, но как это сделать она не знала. Денег не было и она не хотела их зарабатывать, мать-начальница ждала для себя квартиру в своём ведомстве, но Света не хотела ждать ещё неизвестно сколько. И тогда она придумала обменять бабушкину квартиру в центре города на какую-то квартиру в Вильнюсе. Но вот загвоздка - в квартире была живая и главное, разумная бабушка, которой было незачем переться на чужбину. Она хотела спокойно жить у себя дома, в родном Красноярске.
 И тогда Света начала всех настраивать против бабушки, что она, якобы, дура и не понимает своего счастья и вообще отсталая старуха с закидонами. К бабушке она придиралась с претензиями и поучениями и вообще, хамила ей, как могла. При этом они обе с матерью всё время убеждали бабушку уехать вместе с ними в Литву. Но бабушка отказывалась. Света настраивала и нас с Олегом, и тётку Аиду против бабушки Тамары Ивановны. Будто она всё делает неправильно, неправильно живёт, неправильно готовит еду, неправильно разговаривает, смешная, глупая, почти чокнутая...
 Что гнало Свету в Вильнюс так дико, я так и не узнала. И уже никогда, скорее всего, не узнаю. Но ей туда надо было, и очень сильно! Там была очень сытая и благополучная жизнь, прилавки магазинов ломились от еды, город был красивый и старинный. Не зря Прибалтику называли в то время "советской заграницей". Возможно, ко всему прочему, там был какой-то человек, по которому она сильно скучала.
 Какими бы молодыми и наивными не были мы с Олегом, но бабушку травить вместе со Светой не стали, наоборот, жалели её. Наконец, Света надломила несчастную старуху до такой степени, что та согласилась на словах уехать вместе с ними в Литву, а сама просто задумала отдать им квартиру и в последний момент отказаться от переезда. Сказано-сделано.
 Света нашла обмен по газетным объявлениям и обменяла 2- х комнатную квартиру бабушки в центре города на однушку на окраине Вильнюса. Это было в 1983 году, в начале мая.
 Мои игрушки она выбросила в мусорный бак, бабушкину мебель, довольно приличную, холодильник и прочие вещи тоже кинула в помойку. Я помню, как ничтожную кучку вещей - книжный шкаф, немного книг, кресла, раскладушку, искусственную ёлочку грузили в контейнер в очень унылый дождливый день. А мы все стояли рядом в тоске и расставались мысленно с нашим семейным гнездом, а я ещё и с любимой тётушкой, которая уезжала навсегда. В голове у меня бесконечно крутилась песня на французском языке певца Эскюдеро и я едва сдерживала рыдания. Потом конечно, дома наплакалась вволю. После погрузки вещей Света и Таня отбыли на вокзал. А мы втроём с мамой и бабушкой поехали в нашу холодную и неудобную квартиру в другом районе города.
 А втроём мы были, потому что бабушка накануне вечером сказала очень твёрдо, что никуда не поедет. Квартиру она Свете дарит.  А пойдёт жить в частный домик к своей школьной подруге Вере Новиковой. Вера, добрая и честная женщина, ей сама это предложила. Но мама предложила ей другой вариант -жить у нас. И бабушка согласилась. Сначала мы жили дружно, но потом тоже стали возникать разные проблемы во взаимоотношениях и небольшие конфликты от тесноты, бедности и постоянного проживания у нас в доме Олеговых любовниц - сначала одной, потом другой. Женщины были непротивные и не скандальные, но постоянное присутствие в доме чужих людей раздражало и маму, и меня. На всех надо было готовить еду, со всеми общаться, таскать тяжёлые сумки... Маме это было очень тяжело, к тому же она была в то время хронически больна тяжёлым желудочным заболеванием.
 К счастью, добрейшая бабушкина приятельница Эмилия Иннокентьевна Деньгина, бывшая её коллега по крайкому партии, выхлопотала ей в исполкоме маленькую отдельную квартирку на окраине Центра. Это было огромным благодеянием с её стороны и нас всех это выручило и даже спасло, потому что жизнь была в то время совсем невыносима. Бабушка переехала в свою отдельную квартирку году в 1985, а мы ещё некоторое время жили в пропитанной табаком холодной неуютной квартире под песни Розенбаума и Челентано из Олеговой комнаты.
 Мамины болезни вошли в стадию ремиссии только году к 1988, а до этого я была беспрерывно пришиблена фактом её постоянных мучений и плохо училась в школе прежде всего из-за этого, несмотря на свои способности и таланты.
 Вот так мы постепенно и устроились каждый в своей квартире, как говорится. Светлана и Татьяна Петровна жили в Вильнюсе, а мы в Красноярске.
 Но особых успехов - и финансовых, и карьерных у них там не было. Жили бедно и довольно замкнуто. Тане даже пришлось устроиться на работу кладовщицей, чтобы выбиться из абсолютной нищеты, к которой она не была приучена. Мы, к сожалению, тоже не блистали удачей и богатством, поэтому и помогать-то им особо не могли. Но моя мама посылала им каждый месяц 2 года подряд 30 рублей каждый месяц, чтобы они могли заплатить за квартиру и не умереть с голоду. Эти два первых года Света не работала и говорила, что не может найти хорошую престижную работу. А на престижную она не была согласна. А ещё у них был пунктик - всё засекречивать, поэтому я мало знаю о них и об их тогдашней жизни.
 В 2013 году тётя умерла, будучи уже в преклонном возрасте, а потом и Света умерла в больнице. И вот лет через 8 или 10 мне приснился такой сон.
...
 Я прихожу в какую-то странную больницу закрытого типа проведать своего человека. Во сне я понимаю, что это полубольница, полутюрьма для грешников. Причём для психически больных грешников. Это домик на земле, одноэтажный, по сути одноквартирный домик. Там прихожая, довольно уютная, а впереди и позади двери - входы в отдельные комнаты, где живут больные. В ней работает телевизор - чёрно-белый, по которому идёт какой-то бесконечный сериал про жизнь каких-то незнакомых мне людей и перед ним сидят две девушки и шепчутся о чём-то. Я их спрашиваю, о Свете, но они мне не отвечают и отводят взгляд. А я во сне чётко знаю, что Света здесь и что это - тот свет. И тут появляются два высоченных худых санитара в белом с ног до головы. Я думаю во сне, это ангелы, наверно. Но крыльев у них нет. И я к ним бросаюсь с вопросом про Свету, как она? и здесь ли она? Они говорят, да здесь, но тебе здесь нельзя быть! Я говорю так жалобно- вкрадчиво, а можно я её здесь подожду? А санитары очень быстро и твёрдо мне говорят- нет, тебе нельзя здесь быть, уходи! и хватают меня под белы рученьки и тащат к дверям. А я ещё успеваю их спросить- а какой здесь адрес? мне же такси надо вызвать! А они меня выпихивают со словами, иди быстро, иди скорее отсюда!. И я выхожу за дверь, и замочек щёлкает за спиной. И вот смотрю я по сторонам...Мать честная! куда ж я попала!
 За спиной у меня странный домик, а впереди бесконечная заснеженная равнина, небо светлое, но солнца нет. А по бокам или только слева от меня, уже не помню эту подробность, но слева точно - огромный, небывало мрачный тёмный лес, высотой с 16-ти этажный дом. Тихо, птиц нет, людей тем более. И я стою и думаю, господи, а как отсюда уехать?, такси-то ведь сюда не вызвать, я ведь на том свете. Читаю короткую молитву, но ничего не меняется. Тогда я вспоминаю, как я тренировала волю в детстве, избавляясь от кошмарных снов и весьма успешно. И этот способ мне придумала моя тётя. Я просто во сне говорю себе - "проснуться! проснуться". И ура!- просыпаюсь.
 ....
 За своих умерших родных, об их упокоении я иногда молюсь Богу. И о Свете тоже. Пусть Господь исцелит и упокоит её душу! Возможно, потому мне и приснился этот сон, потому что я думала о ней. А существует ли  "тот свет"?...вопрос остаётся открытым.