В хате тонкий аромат узвара

В хате тонкий аромат узвара
С запахом сливается хлебов,
На столе пампушки с пылу-жару,
Да и борщ давно уже готов.

И опять заводит  тётка Ганна,
Тесто для вертут  и  кренделей.
Эх,  ещё б поспать, ещё так рано,
Но вставать велит мне  дед Нигрей.

Говорит:  «Один уйду рыбачить,
Если не поднимешься сейчас».
И уйдёт, наверно,  не иначе.
И встаю я,  не открывши глаз.

Дед смеётся: «Вот ведь лежебока!
И в кого  такой  у нас Олесь!»
Тётка Ганна заявляет строго:
«Чтобы завтрак был доеден весь!»

Тётка наготовила котомку
(Снеди столько, что не съесть, как пить!)
Но дидусь мне говорит негромко,
Что найдём, кому её скормить.

Впереди прекрасный день на речке!
Свежий дух,  тенистые сады.
Даже солнце жаркое как печка,
Так не донимает у воды.

Только нынче не идёт поклёвка,
Нам сегодня что-то не везёт.   
Но  в ответ на эту вот издёвку
Мы  не будем ставить перемёт.

Ведь попасться на крючок – не шутка,
Ну,  а здесь который год подряд
Обитает маленькая утка,
С беспокойным выводком утят.

Скормим им весь хлеб, понаблюдаем,
Я,  конечно, накупаюсь  всласть.
Жизнь такая, сельская, простая
С ранних лет  по вкусу  мне пришлась.

Мы вернёмся к ужину до хаты,
Всё равно  с уловом или без,
Главное,  мы так безмерно  рады
Дню на речке, полному чудес.

В хате также сладкий дух узвара,
Тётка Ганна заждалась уже,
Нам кладёт в тарелки с пылу-жару,
Всё, что повскусней да посвежей.

А когда каникулы  промчатся,
И уеду в город я опять,
Как кусочек  солнечного счастья,
Это лето  буду вспоминать.

...Ах ты, детство! Радости  без краю
Было в том далёком далеке,
Только  в те года, я точно знаю,
Не уплыть ни по какой реке.