Сюрприз иммиграции

               
  Скорее всего, в то время, двадцать лет назад, созвездие Весы в нашей всемогущей галактике оказалось недалеко от шлейфа пролетающего рядом созвездия Рака. Шёл третий месяц пребывания в Канаде. Уже высохли мои первые слёзы разочарований и ещё тлел авантюрный пыл жажды новых открытий. Пропахший сыростью февраль, умирая, дрожал голыми ветками печальных деревьев и тускло блестел грязными лужами растаявшего снега. Оттепель межсезонья дополняла зыбкость моей аморфной фазы – я словно расплавленное стекло, искала новую форму, крепкую, устойчивую.
Подбирая мебель для недавно снятой квартиры, я зашла в магазин Брикс. Меня встретила улыбкой изящная блондинка, на её груди сверкал бенч – MARINA. Приблизившись, она зыркнула на мою норковую шубу и на яркую помаду. Потом, возможно почуяв ещё не выветрившийся запах Родины, заговорила со мной по-русски.
Я, уныло разглядывая однообразные кубические формы блёклой канадской мебели, поддерживала разговор с продавщицей:
– Мой сын рядом, в компьютерном магазине. Пусть он тоже посмотрит.
– Ну конечно! – кивнула Марина, – Пусть и сын посмотрит, пусть и муж посмотрит, чтобы вся семья была довольна.
– Ну, мужа-то у меня нет, – небрежно бросила я. – Мы с сыном в Канаду приехали, ему четырнадцать.
  – Как нет мужа? – взгляд Марининых  круглых глаз изумлённо прилип к моему лицу. –  Как это у тебя... и нет мужа! – она шумно вздохнула, – Так.., у нас есть отличный парень, наш друг. Мы…, мы его ещё с Киева знаем.
– Нет. – решительно отрезала я – Никаких парней. С мужчинами я уже так успела, что хватило бы на три женские жизни. Это всё было там, в России, вернее, ещё в Союзе. Любовь... – я грустно улыбнулась, – Любовь – одна из  болезней, почти детских, как корь и свинка, или  слабость ранней юности. У меня сейчас другие планы. Пойду учиться, хочу свой диплом инженера подтвердить. В новой стране – новая жизнь!
– Слушай! – Марина решительно взяла меня за локоть. Я даже и удивиться не успела её резкому "ты" – Тебе сейчас нужна помощь. Ты пока и без работы и даже... без машины. Иммиграция – это тебе, не туризм. Тут ведь разное может случиться, всякие сюрпризы... Замуж тебя не выдаю, просто... знакомство.  Дай-ка мне номер телефона, мы с  мужем за тобой заедем. Завтра пятница, самое время выйти "аут".
  Марина с мужем, оба лёгкие, стройные, прибыли к семи. Я, с тревогой оставив дома сына, ехала с ними, поддерживая весёлую болтовню и сжимая вспотевшие ладони. В спортивном баре аппетитно пахло чипсами и пивом, шуршала ореховая скорлупа, звенели бокалы, гулко разносились удары бильярдных шаров.
– Сыграем? – Марина кивнула в сторону бильярдного стола.
– Не зна-аю, – протянула я, с опаской трогая гладкий кий – Никогда не играла, ни разу в жизни.
– Ну, не велика наука, – запальчиво продолжала моя новая знакомая, – Правила простые. А для женщин есть один секрет. У нас сила удара слабее мужской. И потому надо встать в стойку "мартовской кошки", прогнуться в пояснице, оттопырив попу так, чтобы выпрямляясь, сработать пружиной. Это и добавляет ускорение.
Марина легко согнулась и прицелилась, мягко скользя кием по пальцам.
Облокотившись, я старалась изобразить кошку, касаясь грудью и прядями волос бархатистой зелени стола. Новые джинсы до головокружения сдавили мне талию.
  Марина, вдруг, выпрямилась и её тонкая рука вспорхнула в сторону двери:
– А вот и наш друг!
Полулёжа на бильярдном столе, я обернулась, сомкнувшись взглядами с любопытством следившим за нашими упражнениями, мужчиной.
  Среди разноголосой толпы бара, почти как у классика, "средь шумного бала", я увидела Его... И до сих пор каждый день вижу Его в наших общих стенах.
Однажды, в застольной беседе, я спросила Маринку:
– Как же такое могло случится, что я оказалась именно в этом магазине и в твою смену? Как я, такая гордая и недоверчивая, открыто рассказала о себе и поехала в бар со случайными знакомыми?
  Лукаво прищуря серые глаза, она улыбнулась:
– Значит, в тот день на небесах нужные звёзды стали рядом! Или... это просто  счастливый сюрприз иммиграции.