Сотни световых миллиметров. Глава 8

Легенды, ходящие из одних космических нитей в другие, передавались очень быстро. Даже когда земляне покинули своё родное обиталище, то тут же принялись за сказания.

И этому способствовало такое другое древнее чудо — «сарафанное радио». Даже если пройдёт огромное множество тысячелетий и люди как вид превратятся в подобие слизней из-за схлопнувшейся Вселенной, то даже через незримые рты им будут передаваться различные былины и небылицы от соседей по площади.

Все мы прекрасно знаем, как рождаются такие вещицы: кому-то становится скучно жить на цветном свете, потому по мирам начинают ходить байки о различных историях, невиданных цивилизациях, что когда-то оставили след, и теперь уже люди пытаются расхлебать все последствия своих протосоздателей.

Если вы сейчас не понимаете, о чём речь, то вынужден вас обрадовать — значит, не при вас люди покинут планету, а если уже наслышаны — советую уже сейчас паковать вещички и собирать деньги на билетик.

К чему, спросят меня, вся эта информация и что с ней делать?

Дело в том, что именно эта деталь станет ключевой — повлияет на весь дальнейший ход событий.

На Хброксе в этот момент наша группа всё так же пыталась отыскать нужные слова для своих песен, а вот Давид с Карелием всё также застряли в потасовке с рыжими бандитами (однако заверяю вас, что местная полиция уже вовсю спешит к ним на помощь).

Коллекционирование считается делом престижным. Хотя бы потому, что это говорит о наличии большого капитала бизов.

И вот несколько таких охотников за редкими вещицами Вселенной уже не единожды объявляют, что главный объект, не покидающий их головы много лет или даже столетий, должен быть найден. А охотятся за ним все, кому не лень…

Так уж вышло, что на Хброксе застрял один влиятельный триллионер Гарпарис Штапелофф Шестой, держатель множества акций «Нитрород» и нескольких вышек плазменного ресурса, что так необходим для движения по галактическим трассам.

Дабы не попасть на мушку бандитов и прочих космических террористов, он принял их же облик, правда пришлось распрощаться со своим шикарным костюмом, оставленным навеки в печах. И заодно придумать себе легенду — он бывший сопровождающий известного магната из «Нитрород» и потому в течение всей своей службы случайно впитал в себя как губку манерность своего хозяина.

Штапелофф медленно поплёлся к «Упрямым Лазерам» за кулисы, наблюдая со стороны и смотря, чтобы не было лишних свидетелей: не хотелось, чтобы так глупо закончилась его жизнь, в клоаке Вселенной. Куртка, которую он отыскал на чёрном рынке, оказалась слегка великовата, поэтому его запястья тонули в ткани.

— Я слышал, вам нужны деньги, господа музыканты. — Гарпарис не мог говорить языком бандитов, поэтому даже лёгкая манерность не могла сойти с его языка.

— Смотря кто спрашивает, — произнесла Шаланья.

— Очень важный человек, большой фанат вашего творчества, — голос Штапелоффа хоть и был обращён к рокерам, но глаза продолжали сверлить проходящих мимо завсегдатаев Хброкса; он даже из-за этого поправлял невидимый галстук, который любил носить. — Ваш альбом «Кубический лом» был потрясающим… Не верится, что такой громкий дебют оставили без внимания... Я краем уха услышал, что вы застряли на этой Космосом забытой… — он прокашлялся и слегка шепнул: — …помойке.

— Помойке? — голос Дрюшки всегда был громче обычного, потому привлечь внимание бандитов было делом плёвым.

— Тише, тише, господин барабанщик, — слегка махнул рукой Штапелофф. — Не хотелось бы, чтобы местные услышали.

— Вы, значит, не из здешних. По вам, прямо, очень видно, — сказал Горь, почесав щёку.

— Да я не здешний, — Гарпарис стал чувствовать себя более комфортно, он уже с большим удобством развалился на обрезанном диване. — Хотите сделку?

— Сделку? — удивлённо спросила Шаланья.

— Да, — произнёс Штапелофф, удовлетворённо щёлкнув пальцем. — Я слышал вашу музыку. Ваше творчество — оно поразительно, должно пробивать до глубин души. Но что её играть для тех, для кого музыка — просто бестолковое и глупое бренчание? Неужели вам не хочется играть на крупных стадионах, собирать истинных фанатов, а не здешний сброд?

Дрюшка тем временем повернулся в сторону двери. У него было хорошее чутьё, особенно если оно касалось того, что группу будут гнать и одновременно с этим избивать.

— Не трусьте, господин барабанщик! — сказал Гарпарис. — Я уверен, что вам понравится моё уникальное предложение.

— Так в чём заключается сделка? — Горь нагнулся и скрестил руки.

— Артефакт… Многие считают, что этой штуки не существует, но уверяю вас — он есть! Я видел его собственными глазами очень давно, будучи мальчишкой. Вещь уникальная и составит добротную часть моей коллекции. — Гарпарис довольно потёр руки.

И он не врал. Артефактов, разбросанных по галактическим трассам, было действительно великое множество, однако их добрая большая часть находится в распоряжении Штапелоффа Шестого. Зачем он их собирал? Что они умели? Всё и ничего одновременно. Всё — если ты талантливый исследователь, историк. Ничего — если ты ценишь исключительно оболочку. Вот как раз ко второй категории относился и Гарпарис. Для него это было приятным хобби, и он не понимал, какие ценности он держал у себя в руках. Но оставим это на потом.

— Вы, наверное, ошиблись, — произнёс Горь. — Мы не похожи на группу, которая занимается охотой на артефакты. Всё это звучит крайне бредово.

— Подожди, Горь, — вмешался Зюкер, а затем обратился к Штапелоффу: — Что вы предлагаете?

— Мне нужно, чтобы вы устроили невероятно сокрушительное шоу на одном из стадионов на одной планете. Это место давно просится для хорошей рок-музыки.

— А вы что собираетесь делать? — спросил Дрюшка, покручивая в руках палочки.

— Я буду торговаться с одним человеком. Артефакт — в его руках. Мне очень хочется заиметь его себе.

— Тогда просто сами идите за ним… От нас-то что требуется? — пожал плечами Горь.

— От вас — отвлечь старейшин местных. Эти старики не желают отдавать, считают это ценностью галактического масштаба. А потому такие добротные вещички должны быть у меня на полке.

— Значит, вы грабите… — произнёс Горь с разочарованием.

— Не использовал бы столь опасное слово… — укоризненно произнёс Штапелофф. — Я же покупаю, а не краду — это разница огромна. Сами подумайте — вам слава, фанаты, деньги, расцвет синте-рока, а мне — артефакт. И все в выигрыше. Что скажете?