Энциклопедия пыток и ТН. Полледро

Доведённая до логического конца (в смысле конструкции) полледро – просто лютая жесть даже по сравнению с «австрийской лестницей», усиленной даже не одним «шпигованным зайцем».

В отличие от «австрийской лестницы» и «классической» дыбы-ложа, сотворённых сумрачным тевтонским гением, полледро была детищем развесёлых итальянских (точнее, неаполитанских) палачей. Которые, говорят, даже гордились тем, что эта жуткая жуть была изобретена и впервые применена в их родном городе.

В переводе с итальянского, полледро означает «жеребёнок». Что неудивительно, на самом деле, ибо её безымянный изобретатель (история его имени не сохранила), говорят, был большим знатоком коннозаводского дела.

Я в лошадях разбираюсь не очень (если не «очень не»), поэтому так и не понял, при чём тут эти красивые, грациозные и элегантные животные. Говорят, что в основе полледро лежит некое устройство для обуздания необъезженных лошадей, но мне в это верится с трудом.

Уж больно травмоопасный это дивайс для живого организма. Любого – если только в него предварительно не вкололи нано-регенератор. Впрочем, и последний не защищает от травм – а лишь позволяет от них очень быстро и полностью восстановиться.

Изначально полледро была в некотором роде «дыбой наоборот». Ибо если на дыбе-ложе человеческое тело растягивали верёвками, то полледро, наоборот, тело верёвками стягивало. Хотя внешне действительно весьма походило на «австрийскую лестницу». Ибо представляло собой... самую настоящую лестницу. «Ступеньки» которой имели заострённый край.

И работали аналогично - когда человека клали на них спиной (на это устройство укладывали исключительно голышом, ибо этого требовала технология пытки), они врезались в тело от шеи до пяток.

Истязая таким образом шею, плечи, спину, ягодицы и заднюю поверхность бёдер и голеней пытаемого (или пытаемой – женщин «полледрили» наравне с мужчинами). И если бы только эти части тела...

Ибо создатели дивайса пошли дальше. Намного дальше. В такие «дальние дали», что даже «австрийская лестница» верх гуманизма. Ибо с обеих сторон рамы и в “чепце” для головы пытаемого были просверлены отверстия, в каждое из них продевались веревки.

Первая из них накладывалась на лоб пытаемого, последняя связывала большие пальцы ног... ну а все прочие обвивали (и потому стягивали) руки и ноги истязаемого (или истязаемой).

Как правило, веревок было, как ни странно, тринадцать (одна для лба, одна для больших пальцев ног и, видимо, три для рук и по четыре для бёдер и голеней – как-то так). Если пытка не достигала результата, число верёвок увеличивали, значительно усиливая болевые ощущения.

Специальными приспособлениями веревки стягивались все больше и больше, впиваясь в тело пытаемого. Казалось, что, буквально разрезав кожу, мышцы и плоть, они реально впивались в кости.

Что делало полледро в какой-то степени вариантом «пытки прессом» (о которой речь впереди) или раздавливателем головы (аналогично). А с другой стороны – доведённой до идеала так называемой «пыткой стягивавшимся шнуром».

А потом какой-то умник (не иначе очередной «сумрачный тевтонский гений» - солнечные итальянцы вряд ли бы до этого додумались), решил соединить (и без того жуткое полледро с дыбой-ложем (аналогично).

В результате получился если и не гибрид Чужого с Хищником, то очень близко к тому. Ибо теперь жертву можно было и растягивать вертикально, и стягивать горизонтально. С в полной мере убийственным результатом...

Как это часто бывает, представительницы прекрасного пола обрекались на дополнительные (и реально кошмарные) мучения. Ибо им полагались две верёвки «сверх стандарта», которыми перетягивали их груди у основания.

Именно таким образом, согласно церковным сказкам... ой, извините, Житиям святых великомучеников истязали святую Агату, требуя от неё отречься от Христа. Разумеется, безрезультатно.

Согласно историческим документам, именно так страдал некий Вильям Литгоу, арестованный в 1620 году в Малаге за шпионаж, попавший затем в застенки испанской инквизиции (эта организация была чем-то вроде РСХА того времени, поэтому занималась и шпионами тоже), но чудом уцелевший. И оставивший в высшей степени наглядные воспоминания об «общении с жеребёнком»:

«Сначала палач перевязал веревкой мою ногу, затем бедро и наконец руку. То же он сделал с другой стороны. Затем он пропустил концы в отверстия в боковых досках и закрепил их на шпингалетах, вращающихся при помощи рычага.

После этого каждая из этих частей моего тела получила свою долю мучений по отдельности, когда палач поворачивал рычаг. Делал он это три раза для каждой из них, и в конечном счете на каждую пришлось по 21 повороту рычага...»

Без комментариев.