Папа

-Юля! Юля Морозова! За тобой пришли!
Голос Светланы Петровны , воспитательницы нашей группы, выдергивает меня из игры в самый ее разгар. Я недовольно поворачиваю голову и вижу в дверном проеме теплую летную куртку и смеющиеся голубые глаза.
-Папа!!!

                хххх

-Юля, у него инсульт! Второй! Второй инсульт!!! Это же почти всегда смерть. Я не могу, не могу его отпустить! Не сейчас, Господи, только не сейчас!!! - сестра рыдает в трубку.
Я с трудом разбираю ее слова, а внутри все холодеет, и стены разбегаются в сторону. Мне не за что ухватиться. Я падаю . Падаю в долгую тоскливую неизвестность. Через несколько дней появляется надежда. Да, это несомненно инсульт, есть поражение мозга, но папа говорит, видит и слышит, и даже может ходить.
                хххх

-Юлька, ну давай, давай крути педали!
Мне шесть , и папа учит меня кататься на велосипеде. Я сбила себе педалями все ноги, но дело не двигается. Папа бежит рядом, поддерживая велосипедное седло, но как только он его отпускает, я заваливаюсь набок. Папа устало машет рукой , отворачивается к забору, чтобы не наговорить лишнего, и задумчиво смотрит куда-то вдаль. Я несколько минут безнадежно стою на месте. Потом сажусь , отталкиваюсь от асфальта и старательно ловлю педали. Вот сейчас папа обернется, а я сама еду! Я стараюсь изо всех сил. Вот сейчас, через минуту, он обернется, а у меня все получилось! Велосипед словно понимает , как я хочу удивить папу, и не упрямится. Я еду, еду, едууууу!
               
                ххххх

Папу выписывают, и он остается там, где его застала болезнь- на юге. Нас , троих сестер жизнь раскидала по разным городам: я живу в Калининграде, Наташа переехала в Ейск, а самая младшая, Татьяна, к мужу в Белгород. Было решено, что Наташа заберет отца к себе в Ейск. В Калининград он уже не вернется.

Я продаю родительскую квартиру. Каждый день, после работы, я еду туда собирать вещи. Почти все они отправятся в Ейск. Сестра купила часть маленького домика на первом этаже в надежде, что летом она будет увозить туда отца, чтобы он мог сам выходить на улицу и сидеть на скамеечке среди цветов. Там она постарается все сделать почти как в Калининграде.

Каждый день я приезжаю в пустую папину квартиру. Меня встречают мамины портреты на стенах. Она умерла в 2019 году, и не может помочь. Сначала я просто реву. Меня никто не видит, можно не сдерживаться. Потом начинаю собирать коробки. Каждая вещь напоминает о маме, каждый гвоздик здесь вбит папиной рукой. У меня такое чувство, что я своими руками разоряю родной дом, разбиваю на мелкие кусочки память о счастливых днях. В нижних ящиках стенки в зале нахожу мешки старых фотографий и пачку писем . Это переписка мамы с папой еще до свадьбы. Мама тогда доучивалась в Новочеркасском политехническом институте, а отец уже служил в Североморске. Нежные, полные любви и надежды строки. Я сажусь на пол и переношусь в прошлое. Я чувствую запах новочеркасской акации и керченского жасмина, нашей квартиры в Североморске и того особого северного воздуха, бодрящего и чистого, запах дедушкиного гаража и бабулиного кизилового варенья, моего любимого. Такого я больше нигде не ела. Нигде и никогда. Вокруг меня фотографии. Любимые лица мамы, отца, маленьких сестер, бабушек, дедушек……

Я отправляю последнюю коробку и обхожу пустую квартиру. В огромные пустые глаза окон светит заходящее солнце. Я закрываю за собой дверь. Все. Мне некуда больше возвращаться. Вместе с ключом я опускаю в почтовый ящик свое детство.

                хххх

-Смотри, какие цветы!- папа бережно срывает белоснежный тысячелистник, -вот просто растет у дороги, а какой красивый, какие ажурные лепестки, как кружевные. Давай соберем букет и подарим маме. Вот еще этот колосок, и незабудки, и репейник сюда. Он хоть и колется, но такой нарядный, яркий, настоящий красавец!

Мы идем с папой по полю. И я другими глазами вижу травы и цветы, небо и облака. Я вижу их особую красоту . Папа рассказывает столько интересного. И не важно ,что я маленькая, он умеет объяснять все понятным языком. Про дождь и ветер, про все на свете. А еще он поет про кожаные куртки и свою любимую песню «Не кочегары мы, не плотники, но сожалений горьких нет как нет..» И я уверена, что это песня про летчиков, ведь там про высотников, а только летчики летают высоко. Они самые лучшие, самые необыкновенные, красивые и мужественные. Когда вырасту, выйду замуж только за офицера, за летчика. Как папа. Слово «монтажники» я не знаю, и оно меня не смущает.

                хххх

-Юля, отец совсем плохой. Невролог сказала, что у него работает только 25 процентов мозга. Он почти не встает и ничего не хочет, если я его не покормлю, он и не вспомнит. А еще он слепнет...

Сестра периодически передает мне новости из Ейска. Все тяготы ухода за отцом легли на ее плечи, но она не позволяет себе такую роскошь , как слезы и печаль. На это просто нет времени. Наташа старается делать все, чтобы папе было хорошо: кормит, купает, старается развлечь. Но ухудшение его состояния все равно становится нашей рутиной. Лекарства и памперсы- это еще пол беды. Папа периодически все путает, иногда забывает, кто я, не всегда узнает по телефону. А потом он просто перестает брать трубку.

Сначала папа все порывался вернуться в Калининград, уходил из дома при первой возможности. Один раз его вернула полиция, в другой он смог спуститься на несколько этажей вниз и стоял там, беспомощный и растерянный, пока сестра не нашла его . Сейчас он уже не сбегает. Нет сил и желания ходить. Ему неинтересно говорить, смотреть телевизор, общаться. Он угасает.

Иногда он вырывается из неведомой вязкой пелены и вдруг собирается на службу, хочет идти на полеты , ищет свои вещи. Но это быстро проходит, и папа словно погружается в странный сон. Забывает, как есть. У него изменился голос, стал старческим. Я умом понимаю, что два инсульта никого не красили, но все еще так хорошо помню, что из Калининграда уезжал бодрый офицер в отставке, подполковник, деловой и собранный, юморист и балагур. Наташа видит его каждый день, и розовые очки в ее гардероб не входят.

-Юля, того папы, которого ты помнишь, больше нет…

                ххххх


Папа забирает меня из роддома. Он суетиться, бегает с камерой, чтобы запечатлеть все самые милые моменты.
-Юлька, ну посмотри на меня. Встань так, что ребенка было лучше видно. Чего хмуришься? Ты еще мне спасибо скажешь.
Я устало отмахиваюсь:
-Ну, пап !
Все семейные архивы , все первые шаги и улыбки детей сохранились у меня благодаря отцу. Спасибо, папа!

                хххх

20 апреля у отца день рождения. Ему исполняется 78 лет. Это не много, его отец дожил до 94. Но у него не было двух инсультов.

Мы все звоним папе с поздравлениями. Моя младшая дочь Верочка тоже набирает знакомый ейский номер. Теперь на все звонки отвечает сестра и передает трубку имениннику.

-Дедуля! С днем рождения!- звенит Верочкин голос,- мы тебя все помним и любим! Желаем крепкого здоровья и легкости на душе. Мы все с тобой. Просто одни внуки за стенкой, а мы чуть дальше.

На том конце провода тишина .

-Верочка, извини. Дедушка сейчас не может ответить. Он плачет…


Вечером я звоню папе, поздравляю, стараюсь говорить веселым бодрым голосом. Он узнает меня и благодарит, а потом радостно сообщает:
-А мне сегодня звание полковника дали. И еще Героя России. Это за то, что я без посадки перегнал самолет из Америки .

Я не противоречу. Это хорошая фантазия. Я рада, что вымышленный мир моего папы такой, что он не застрял в кошмаре. В этом мире его до сих пор ждут самолеты, еще живы друзья, и мама просто куда-то вышла на время. Выдергивать его в нашу реальность просто жестоко. Пусть немного побудет там. В конце концов может его версия гораздо более реальна, чем наша, и небо так зовет его. Герой России? Пусть так. Ты мой герой, папа, МОЙ герой.