Моё еврейское счастье

Как-то раз мне дико повезло — меня взяли на работу в архив Университета Бар-Илан. И не просто архивариусом, а в проект по созданию цифрового архива по истории религиозного сионизма. К столетию начала движения Мизрахи.
Работа была интересной. Я сидел допоздна, спешил к сроку, жил этим архивом. Честно говоря, саму эту публику я не переносил ни тогда, ни сейчас. Но работа затягивала.
Когда всё было закончено, директор архива с большой помпой представила проект. Даже выступала по телевидению. Моего имени не упомянули вовсе. Но задело меня даже не это.
Почти сразу я получил письмо об увольнении.
Это стало последней каплей. Вечером я решил высказать бывшей начальнице всё, что о ней думаю. Думал до полуночи, пытаясь придумать, как сказать покороче. Потом решил остыть и позвонить утром, на свежую голову.
В три часа ночи я проснулся абсолютно спокойный и полный решимости. Набрал её номер.
Когда она ответила, я собрался, как будто для смачного харка, и… вместо приготовленных речей отчётливо произнёс по-русски всего одно слово:
— б…ть.
На этом разговор закончился.
Старушка появилась на работе только через неделю. Видимо, была занята неотложными делами. А вскоре умер её муж.
Мне поначалу не хотели выдавать нужные бумаги для оформления пособия по безработице, но после того ночного разговора прислали всё на дом.
Такое вот моё еврейское счастье.
Вспомнил я это потому, что на днях мне сообщили: старушка тоже преставилась.