После войны

Она всегда пробуждается каплей пассионарности в море устоявшегося людского благополучия, когда к верхушке самых боевито-кровожадных присоединяется часть из среды инертной толщи простого обывателя. В какой то момент происходит самовоспламенение и разгорается костер гражданской войны.  Пламя вражды с новыми песнями и лозунгами, с сокрушительным сломом до основания  до толе устоявшихся традиций и правил. В нарастающей прогрессии начинают гибнуть люди. Дефицит огневой мощи вновь создающихся армий дополняется избытком агрессии ее участников.
 
Он пошел в армию через добровольную мобилизацию, направился в военкомат, подписал контракт. Жене объяснил, пришла повестка о мобилизации. Ушел рано утром, дети еще спали, сын пяти лет и дочь семи. Обнялись на прощание. У жены слезы на щеках, у него ком в горле. Пара дежурных фраз:

- Держись, скоро вернусь.

Причины и мотивы поступка укрыли молчанием. И так понятно. Источник прежнего благополучия закончился. Он работал бурильщиком в организации теперь переживающей банкротство. 
 
В учебке через общение с инструкторами и другими солдатами разбирался и с оружием и с обстановкой на фронте. В армейских частях мало огневой мощи. В некоторых нет АГС, даже мало пулеметов. Командиры командуют подразделением из тыла с безопасного для себя расстояния. Человеку из далека легче отправить тебя, плохо вооруженного, на почти бесполезный «мясной» штурм, взяв под козырек, исполнить приказ начальника сверху.   Порассуждав о полученной информации он написал заявление в добровольческий батальон. Там другая обстановка, подразделение вооружено до зубов. Есть и пулеметы и, даже минометы. Командиры сами, вместе с солдатами идут в бой. Первые бои, первые знакомства с противником. Там, на их передовой много говорящих по-русски, за спинами которых в тылу прячутся наемники. Но встречаются на передовой и особо упоротые поляки.
 
Вначале к противнику было почти нейтральное отношение. Потом оно изменилось. Особенно информация об издевательствах над нашими пленными. Пытки током, использование вместо мишени и другие зверства вызвали обратную реакцию.

Война ожесточила. Сердце уже меньше трепетало перед каждой встречей со смертью. Она становилась почти обыденным происшествием. И, даже наоборот, изредка приносила удовлетворение близкое к радости.

Появились расстрелы чужих, своих, предателей, трусов. Убить часть зла казалось уже справедливым, тем более такого близкого, реально ощутимого, того большого зла, несущего повседневную опасность, нагнетающего тревогу, заставляющего порой цепенеть перед страхом смерти.
Всего лишь нажать на спусковой крючок, убить, расстрелять и она  исчезнет, эта опасность, раствориться в небытие.

Ситуация схожа с той, когда ты пытаешься открыть дверь из надоевшего сумрака в давно ожидаемое пространство дня, наполненного ярким солнечным светом.
 
Вопреки ожиданию, что он расскажет подробнее, он свернул тему.  В разговоре он избегал рассуждений и оценочных суждений о потере своих товарищей и друзей. Я понял, что он закрывает от посторонних обжигающую тему, точно также как раненный закрывая рану бинтом, старается скорее излечиться от внезапно возникшей боли. Скорее всего он спешил забыть эту информацию, вселяющую в его голову пережитое беспокойство, порою  сводящую его с ума. Поскорее переключиться   на созидательно-оптимистичное восприятие будущего. Еще совсем молодой, рослый, крепкий мужчина в темных очках шторкой прячущих мир его прошлых воспоминаний, его глаза  от излишне любопытствующего мира зрячих людей.

Правой рукой он опирался на металлическую складную трость, предупредительно громко щелкающую при раскладке. А левой он опирался на руку жены, полноватой миловидной женщины. Близкого человека, питающего его надеждой, на скорое восстановление периода счастья семейной жизни, их светлого будущего.

Путь жизни человека – от пеленки до савана, у всех разный. У кого-то из несчастных он совсем короткий, всего несколько промежутков между вздохами. У большинства живущих он похож на длинный коридор, из которого, время от времени, можно попадать в разные комнаты. В одной зеленая трава, голубое небо и наслаждение солнцем и морем. В другой мрак, слякоть и жестокость, за гранью которой кровопролитие и убийство. В третьей - бытовые хлопоты, малые заботы о ближних и семейный лад.
 
Стремление к лучшему стимулирует поиск более счастливых мест обитания. Попадая туда из темноты, малопригодной для жизни, человек старается поскорее забыть негативные воспоминания, мешающие восприятию свежей прелести нового, наслаждаться ею.

Пройдут годы. Усилиями врачей частично восстановится утраченное зрение, вырастут дети. Жизнь наполнится новым смыслом, семью дополнит семейный бизнес. Радость от общения с людьми излечит душевную рану. В минуты откровения с прохладной отдаленностью от сердца он вспомнит и расскажет о пережитом близким.