Второе путешествие Шауля в Дамаск и Иерусалим I

Второе путешествие Шауля в Дамаск и Иерусалим

  Глава I «Дерех ХАИМ»
 
     Миновав северную оконечность Ям hа-Мелех, кавалькада недавно покинувшая гостеприимные стены Кумрана  растянулась скрытой в волосах лентой с крошевом цветного бисера, погрузившись в заросли иорданской окрестности. Этот не большой караван, состоявший из всадников, повозок и пеших, не спешно продвигался всё дальше на север вдоль живописных берегов Иордана. Они шли мимо легендарных мест, в которых казалось, ещё сохранилась живая память о недавнем многолюдстве, которое эти берега познали. Мест, где ещё будто бы звучали разноязыкие голоса, и слышался детский смех и плеск иорданской воды.

       На самом деле, Шауль не был непосредственным участником тех событий, потому что в то время был ещё совсем мал, но он многое слышал с детства о том, что здесь произошло, от близких. Слышал от многих окружавших его людей, а позже даже от своих наставников в школе Гиллель событиях, когда из разных мест Эрец- Исраэль: из всей Иудеи и Десятиградия, из Йерушалаима, и из всей окрестности иорданской  люди стекались к северной границе пустыни Негев, где неистовый пророк Йоханан Бен-Зхарья из рода ко(h)энов (Иоанн Креститель) призывал Израиля к покаянию. Говоря, что приблизилось Царство Небесное и, чтобы веровали в Грядущего по нём hа-Машиаха! И множество народа крестились от него в Иордане в покаяние, исповедуя свои грехи. Некоторые даже помышляли в своих сердцах, будто сам Йоханан и был тот самый hа-Машиах. И ему с трудом удалось убедить посланных от фарисеев людей в обратном.  Кроме того слышались разговоры о том, что Креститель был каким то образом связан Кумраном и общностью кумранитов. Но Шауль не верил в эти слухи, на опыте зная, что на самом деле кумраниты очень подозрительно относились ко всему, что делали сыны Аарона. Во многом справедливо считая, что от-части они виновны в духовном упадке среди Иудеев последнего времени. К тому же большинство их были цдуким, а цдуким , в основном, были настроены проримски и лояльны к иноземной имперской власти. И хотя кумранские общины иногда принимали к себе некоторых священников пожелавших оставить суетное общество и служение в Иерусалимском Храме. Однако трудно было бы это даже представить, что Йоханан бен-Зхарья имел связь с кумранитами, учитывая его родство и пристальное к нему внимание благодаря чуду, сопровождавшему его рождение, о чём знали все иудеи.
 
     Йоханан бен-Зхарья, придя в возраст, удалился в пустыню Иудейскою и жил там, одеваясь в одежду из верблюжьего волоса, питаясь только акридами и диким мёдом, как настоящий отшельник. В пустыне же был к нему глагол Божий, и он проходил всю окрестную страну Иорданскую «проповедуя крещение покаяния для прощения грехов» (Лук.3:3). И всё это причины, по которым можно не доверять слухам, будто пророк был принят в Кумране и оттуда вышел на своё служение. Кроме того он проповедью своею привлекал к себе всё больше Иудеев. Особенно в тот период, когда Креститель был на пике людского внимания и в фокусе власти, поучая даже царя Ирода, так что царь многое делал, слушаясь его. До того момента как он начал обличать его за Иродиаду, жену его брата и царь заключил его в темницу.
 
     Поэтому странно было бы думать, чтобы он имел, какую-либо духовную или практическую связь с Кумраном. Который был местом сознательного уединения и обособления от религиозной и тем паче социально-политической жизни (активности) тогдашнего израильского общества. В то же время среди кумранских эсхатологических свитков действительно встречается описание, пророка подобного Йоханану бен Зхарьи (Иоанну Крестителю). Но это скорее эсхатологическое пророчество в духе пророка Исайи: «глас вопиющего в пустыне» , чем жизнеописание…, впрочем, возможно всё. И все эти события приходили сейчас на ум Шаулю как будто видения, навеянные прекрасными видами окрестностей Иордана…

       Продвигаясь всё дальше и дальше на север вместе с дамасскими ессеями Шауль постепенно отдалялся и от своих воспоминаний последних четырнадцати лет . Лет, в которые Шауль получив откровение от Господа, откровение подлинное и великой  силы – что гонимый им Иешуа hа-Ноцри и есть - hа-Машиах, Сын Божий, ожидаемый всем Израилем. Шауль; как истинный Израильтянин и настоящий израильский ани  чающий, в первую очередь, спасения и утешения Израиля, а не удовлетворения, своего личного любопытства; старательно искал Бога. Стараясь познать Его волю касающуюся ожидаемого спасения Израиля. Воспоминания об этих поисках становились для него теперь как тень, как бы летящий по ветру горячий песок аравийской пустыни, обжигающий кожу и как горчащий привкус пустынных солончаков на губах.
 
       В то же время в его размышлениях всё ярче вставали события четырнадцатилетней давности, казавшиеся ему в последние годы путешествий в пустыне, далёким зыбким миражём. Теперь же они так явно представали перед внутренним взором Шауля, как будто всё это было с ним только вчера. В памяти его возникал образ гонимого Мессии, становившийся для него абсолютно ясным и реальным…
 
     Мерно раскачиваясь в седле верхом на муле, он вспоминал, тот самый свой первый путь в Дамаск. Когда он, будучи ещё молодой, фарисей, горящий духом, не умеренный ревнитель  отеческих своих традиций и преуспевающий в иудействе больше своих сверстников. К тому же ещё, возбуждённый, недавней смертью Стефана (ученика Иешуа hа-Ноцри). Смертью случившейся почти-что у него на руках, потому что люди побивавшие камнями Стефана, положили одежды свои у ног Шауля. Он вспоминал, как в чрезмерной ярости против учеников этого Человека вместе со своими спутниками шёл в Дамаск как бы в пламенном ореоле грозного посланца Санхедрина. С письмами, которые он сам же и выпросил от первосвященника к синагогам в Дамаск. Целью его было – всех Иудеев, которых найдёт в Дамаске последующих учению Иешуа hа-Ноцри (Иисуса Христа) вести в оковах в Иерусалим на истязание. Это был тот Иешуа – пророк из Назрета Галлилейского, Который в своё время, стоя в Санхедрине пред первосвященником мужественно исповедал, что Он Сын Благословенного и даже осмелился сказать, будто они узрят Сына Человеческого (намекая на Себя), сидящего одесную силы и грядущего на облаках небесных.
 
      Теперь Шауль вспоминал сверхъестественное событие происшедшее на том пути, что вдруг его и бывших с ним, осиял великий свет с неба. И неожиданно он услышал голос, который дважды назвал его по имени. Голос этот, говоривший на еврейском языке, почему-то дошёл до глубины его сердца и Шауль, не задумываясь, быстро ответил: «кто Ты, Господи»?..  И сейчас он ещё чётко помнил слова, услышанные им в ответ и так сильно потрясшие его тогда, что изменили всю его жизнь: «Я Иисус, которого ты гонишь; трудно тебе идти против рожна». Тогда он даже не подумал противиться небесному видению или сомневаться в сказанных ему словах, а тот час же спросил Господа о том, что Он повелит ему делать!..

     И ныне, покачиваясь в такт размеренному шагу своего мула, среди зеленеющих окрестностей Иордана, Шауль продолжал вспоминать. В своих мыслях он как будто вновь шёл уже по Дамаску, ведомый за руку своими спутниками к Иудиному дому, находящемуся на улице «Прямой», где его ожидала судьбоносная встреча, к которой он так стремился последние дни и где он три дня не видел, не ел и не пил. Но конечно, в начале своего пути, он представлял эту встречу совершенно иначе… Некто, Анания, ученик Иешуа hа-Ноцри пришёл в Иудин дом по откровению от Бога. Чтобы встретить там Шауля и помолившись над ним с возложением рук освободить от поразившей его слепоты. И не только от физической слепоты, но и от слепоты духовной, чтобы он исполнился Святого Духа. Указав ему путь спасения, через покаяние и очищение грехов призвав имя Господа Иисуса. Ученик, которого в ином случае он схватил бы и в оковах отвёл в Иерушалаим к первосвященникам на истязание. И о том, что он сразу после своего крещения стал проповедовать об Иисусе Христе, что Он есть Сын Божий, и о своих состязаниях с Иудеями в Дамаске, доказывая, что Сей (Иешуа hа-Ноцри) есть hа-Машиах (Христос). Набатейский градоправитель велел страже день и ночь караулить у городских ворот, чтобы схватить Шауля. А помимо набатейских властей его подстерегали Иудеи, возмущенные тем, что он так резко изменил своё мнение и проповедовал в hа-бейт-кнессет, что Иешуа hа-Ноцри есть Сын Божий.

       Всё это теперь вновь окружало его как будто между ним и этими событиями его жизни не пролегли четырнадцать лет его путешествия в Аравию. И этих лет наполненных удивительными событиями и духовными исканиями как будто бы и не было в его жизни. Отличало же их одно то, что отправившись в Аравию, он был горячим юношей. Теперь же опять возвращаясь в Дамаск, он был зрелым мужем закалённым испытаниями в пустыне и обретшим духовное успокоение в своей вере в гонимого hа-Машиаха (Мессию - Иисуса Христа). Нашедшим подтверждения своей эсхатологической вере в то, что Бог исполнил обетование данное Израилю и что пришло время Мессии – Ахарит hа-Йамим, последние дни.


Магистр Богословия – Карнаухов А.В.