С тобой - Я

       - Когда будете делать операцию? – спросила у меня доктор, пряча глаза.
       - А ее обязательно нужно делать? - не совсем понимая смысл результатов обследования, ответила вопросом я.
       - Чем быстрее, тем лучше...
       Вооружившись кипой документов и получив исчерпывающую информацию из интернета, я поняла, что мои шансы на прежнюю, полную планов на будущее, праздную жизнь далеко не стопроцентные.
       «Человек рождается в одиночестве и умирает в одиночестве». В промежутке – одиночество принятия неизбежного. Кому нужна твоя боль, твоя болезнь, твои проблемы? Маме? (только-только оправившейся от инсульта). Мужу? (который, как известно, любит жену здоровую). Детям? (чтобы носить в неокрепших душах тяжесть переживаний). Друзьям? (которых, в сущности, нет…)
       Сознание скукоживается до черной точки, движение к которой – теперь твоя единственная цель. Лишь бы продлить, еще хоть немного продлить это расстояние! Успеть вырастить сыновей, не убить словами маму, обнадежить лучшей участью супружника…
       На следующий день, никому не сказав ни слова, я распотрошила кубышку, которую наполняла в ожидании предстоящего отпуска, и потащила себя в клинику. Недорогую частную лечебницу на Соколе мне посоветовала врач, и собранные деньги позволяли начать лечение максимально быстро. Плетясь в нудном потоке людей по серым переходам метро, я почти вслух говорила сама с собой, не обрывками мыслей, а четкими фразами, возникающими в голове…
   «Я нужна маме - поддерживать ее, лечить, помогать. Нужна своим пацанам - они еще так юны и беспомощны. Никто в жизни не будет любить их сильнее меня. Нужна мужу – моему третьему взрослому ребенку. Именно я, маленькая, наивная и беспечная вдруг стала самой сильной и главной для всех, вожаком, рулевым, стеной и опорой. Но мне опереться не на кого. Кто же, кто же будет со мной?»
       Не договорив своего вопроса, я неожиданно услышала голос: «С тобой – Я».
       Кто – Я? – пронеслось в голове, и почти сразу пришел ответ…
       Выйдя из метро, я тут же была ошарашена звоном колокола. В десяти шагах от меня стояла церковь.
      Состояние потрясения и понимания запредельности происходящего перемешалось с накатившим дежавю…
       «Когда ты была совсем маленькой, мы решили тебя окрестить и приехали в старинную церковь в Москве, на Соколе. Был большой праздник, и народу в храме собралось так много, что почти невозможно было протолкнуться. Мы встали в очередь, чтобы записаться на крещение, но вдруг ты громко закричала и заплакала: Здесь огромные песни поют! - И мы, не окрестив тебя, ушли оттуда», - вспомнила я давний рассказ мамы.
       Это была та самая церковь на Соколе. Я до сих пор не забыла тот эпизод, сумрачный переполненный людьми храм, взревевший церковный хор и сотрясший стены громогласный бас, не на шутку испугавший меня…
       Я узнала этот храм. В нем ничего не изменилось с тех пор. Только сейчас он был почти пуст и тих. Лишь у некоторых икон полушепотом кто-то молился, и за свечным столиком стояла женщина.
       - У меня нет наличных, - сказала я ей. Одолжите мне, пожалуйста. Я иду на операцию.
       - На операцию! – воскликнула свечница, - конечно, конечно!

       Результат операции мне сообщили вечером, накануне Пасхи…
       Будем жить!