Ох уж эти коты

Всё-таки странные существа эти коты. Во всём. И внешне какие-то особенные, одни глаза чего стоят, и поведение у них нестандартное. Они непредсказуемые, всегда жди сюрприза,  и даже если просто смотрят или под ногами вертятся, то делают это особенно, по-котовски.  Те, что покрупнее, ещё не так, ну звери есть звери, а вот эти, наши, мелкие - просто чудесники да и только.

Собаки тоже, конечно, хороши, ещё те сорванцы, и всё же попроще. Они и красивы, и очень способные, преданные, много у них всяких достоинств, но они более приземленные, более обычные и привычные в своём естестве.  Могут и отчубучить, игривые, озорные - разные, смотрят умными глазами, да что там говорить - очень интересные домашние питомцы, друзья, но они менее таинственны и загадочны.
Те же - другие. И в походке, и просто в движениях, в каком-то грациозном, неподдельном изяществе, у них даже хвост и тот трубой, торчит кверху, как прилепленный.  А всеми повадками, взглядами и жестами говорят - мы не просто коты и кошки, Барсики и Мурки, мы - тайна, пушистая загадка о четырёх ногах, которые лапки.
Но это всё так, лирика. Хочется поговорить об этом их умении возвращаться домой из- за тридевяти земель и из тридесятых государств, расположенных от их родных мест обитания за сотни тысячи километров, у чёрта на куличках.
Столько случаев, причём в разных странах. Годами, бывало, шли к дому и всё равно приходили. А уж за какие-то двадцать километров вернутся - это на раз, два. Правда, не все, иногда не возвращаются, особенно, когда бывшие хозяева их специально увозят, будто предательство и нелюбовь чувствуют.

А так. Чаще всего, не успеет незадачливый хозяин, увезший кота, домой прибыть, как и питомец тут как тут, сидит на своём обычном месте, как ни в чем не бывало. А то ещё и раньше появится, напрямик, если недалеко.
Для них нет ни заборов, ни проволочных заграждений, если надо, они проникнут на любую территорию, на любую высоту над уровнем моря. Один соседский кот любил ходить по верхней части ограничения нашего общего балкона, разделённого бетонной перегородкой. На пятом этаже. Прямо по узкой железной планке. Обойдёт спокойно весь балкон и сидит, вниз поглядывает.

Правда, все вот эти истории о возвращениях из далеких мест чаще всего преподносятся не самими владельцами их, а друзьями, родственниками, прессой. Но иногда и самими хозяевами, да и суть от этого не сильно меняется. Ладно бы при этом они хотя бы ростом повыше были или там на деревья залазили, чтобы оглядеться вокруг, на крыши домов. Так нет же, ростом пальцами измерить можно, чуть ли не по земле ползают и при этом так ориентируются на местности, где дальше тридцати, ну пусть ста, метров увидеть-то возможности нет.

Учёные даже задумались, начали эксперименты проводить и пришли к выводу: всё просто, по магнитному полюсу земли они ориентируются, как птицы. Стоит магнитик подвесить, всё, путаются Васьки, идут не туда.
Хотя всё равно непонято: как по полюсу, ну ладно по прямой, а они-то разными окружными путями даже шагают. Чего стоит только из города выбраться, а уж пройти эти города, а ещё через реки и леса иль по полям. Просто фантастика, одним словом.

Я знавал разных котов и кошек. В детстве у нас был пушистый серо-коричневатый, как мне казалось, большой кот. Он ходил очень важный, хотя, может, и это мне казалось. Но то, что очень самостоятельный - это точно. Сейчас я уже плохо помню его. Он не особо любил мяукать, передвигался по дому степенно, но больше находился либо во дворе, либо вообще неизвестно где. Однажды он разодрался с соседским котом, старший брат выскочил разнять и буквально через минуту забежал с разодранной, окровавленной рукой. Это очень опасно - лезть голыми руками к дерущимся котам. Несмотря на то, что кот наш был
малообщительным, мы все очень тепло к нему относились. Он прожил в нашем доме от маленького котёнка до старости, когда я родился, он уже был. Приходил, когда хотел, уходил, когда вздумается, имел свою миску и спал, где считал нужным, но при этом у него не было имени. Всё это я знаю, но в моей памяти зрительно сохранился лишь один фрагмент с ним связанный, как он идёт по комнате. Я спрашивал у матери, почему у нашего кота нет имени. Она ответила, что как-то вот не назвали сразу, так и повелось, ну, пусть, мол, будет Пушок. Но какой Пушок, когда всё время сам по себе, без всяких-яких.

Другая кошка запомнилась тем, что любила не только носиться сама по себе, но и гулять  вместе с хозяевами, с нами. Она бежала впереди вприпрыжку, выставив пушистый хвост, а потом останавливалась, ждала и вновь убегала вперёд. Её звали как раз Муркой. Она была обыкновенного черно-белого цвета, пушистая и легковесная. Не менее забавные были и её котята.
 
Мотька же  была скорее тигриного цвета, но с малозаметными полосами и пушистая уже очень, ну а хвост  - особенно. Будучи деревенской, домой в квартиру она приходила больше поспать да поесть. Однажды зимой не приходила до ночи, я вышел за ней. Покричал, покричал и она выскочила из темноты, преодолевая ещё не покрывшиеся настом сугробы огромными прыжками, погружаясь в снег и выныривая из него.

А вот Матвей был уже чисто домашним, хотя и подобранным на улице. Серый наш кот, с белым пушистым, слегка треугольным пятном впереди и маленькими белыми пятнышками внизу на лапках. Он настолько отвык от того, что было в раннем детстве, что, выходя во двор даже в моём присутствии, старался или на дерево запрыгнуть, или ещё куда. Однажды, когда попытались вывезти его на природу, забрался на крышу дачного домика с мансардой, на самый верх. Он привык смотреть с балкона на высоте, наблюдать за птицами или за улицей внизу. После переезда, наверное, ему не хватало этого балкона, но он нашёл другие занятия - ловить солнечные зайчики и выбрасывать вещи из шкафа.

Если всё же вернуться к тому повествованию, о котором я начал говорить в начале - о возвращениях и ориентированиях по азимуту, то он вообще был далёк от этого. Один не смог даже от подъезда к квартире на четвёртом этаже добраться, правда, он и не пытался. Вероятнее всего от испуга спрятался в нише под балконом первого этажа и сидел там, пока его не нашли. Говорят, в лифте нельзя с ними спускаться, надо по лестнице, чтобы они могли запомнить путь. А я тогда с ним в лифте спустился, хотел, чтобы он погулял немного.

А он, лишь я его выпустил из рук, понюхал, понюхал и юркнул под этот балкон и, как Митькой звали. Хотя так и звали, только Матвеем. Так и не дозвался я его тогда, думал, что в подвал занырнул. Ладно хоть всё-таки нашёлся потом, на колбасу выманился. А к старости он даже в подъезде плохо ориентировался, площадки в том доме  длинные были, мог и на другой этаж убежать и сидеть перед так же расположенной квартирой, но, на то он и домашним был. Хотя тоже не без приключений, бывало, что оказывался на улице не один раз. А мне приходилось его искать и находил его в цокольных углублениях, где он, очевидно, прятался.

А вот опять же у брата был кот, так тот тоже умудрился вернуться до хаты, проделав десятикилометровый марш. Не много, конечно, по меркам иных известных путешественников среди его собратьев, и всё же.
Я этого кота тоже с его раннего детства знал. Тоже черно-белым был, но назвали почему-то именно Барсиком. Я как раз в гостях находился у брата, увидел этот комочек. Дверь закрыли входную со двора, на веранде сидим, не заметили, что котёнка на улице оставили. Я к окну подошёл, он там рот открывает, типа, мяукает, а не слышно ничего, размером чуть больше кулака.

А потом вымохал, стал грозой всех местных котов. Со всеми передрался. Как-то тоже по приезде в гости к брату разговорились про него, дали лоб его пощупать, так там от шрамов жесткие и грубые рубцы, сросшиеся воедино. Он далеко не первым был у брата в семье из этой когорты. У них и собак хватало, и кошек. Да и сейчас есть пёс любимый и кот тоже есть, вниманием не обделенный.
А тут, не знаю чем и почему, но настолько Барсик достал их, настолько сильно набедокурил и, видать, не один раз, что даже всегда трепетно относящийся к своим питомцам брат не выдержал и отвёз его более чем за десять километров от посёлка к железнодорожной станции.

 Их посёлок расположен возле большой электростанции, находится от неё недалеко, а крайними частными домами километрах в двух с половиной. Сначала пятиэтажки идут, а потом вот их улицы из индивидуальных построек.
Брат отвез его по дороге, она вкруговую идёт. Сначала почти до электростанции, потом параллельно ей и затем уже туда, в сторону железнодорожной станции ещё несколько километров. Там не только сама станция, но и дома, двухэтажные, одноэтажные, сараи, гаражи. Обжитое место. А железная дорога сделана в первую очередь, чтобы грузы различные возить и главное - мазут. ГРЭС сначала на мазуте работала, потом на газу, с переходом на мазут в случае необходимости.
 
И, соответственно, от железнодорожной станции идёт железная дорога вдоль электростанции к станции мазутной, расположенной чуть дальше. Если ехать из посёлка на электростанцию, то после двух микрорайонов сначала пожарная часть, потом базы ОРСа, то есть склады продуктовые и товарные, овощехранилище, затем слева мазутная станция, а уж потом проходная ГРЭС.

А если напрямую от железнодорожной станции до дома брата, километра три-четыре. Мимо очистных сооружений, теплиц, раньше ещё огороды были, сараи со скотом, дальше прямо по полю или по дороге. Может, даже меньше трёх километров расстояние. Никто не считал, но видно дома и деревья еле-еле.

В общем, не было Барсика день-другой. А потом заявился. Лапы все чёрные, с толстым слоем мазута, креозота и с характерным запахом. Так что шлепал он по шпалам уверенно и твёрдо в надежде, что уж они-то точно выведут его на верный путь к родному порогу.
Не напрямую пошёл, а именно по железной дороге. Хорошо, что поезда там в это время уже ходили очень редко. Пришёл, как должно, и даже не сильно обиделся. Главное, что к миске сразу, потому как проголодался в пути значительно.
Округу-то он хорошо знал, а запах мазута, возможно, как-то доносился до их дома. Нюх-то у них хоть и не собачий, но все-таки тоже сильно развит. Говорят, что коты далеко не уходят от дома, ошиваются поблизости. Заботы у них не слишком разнообразные: территорию проконтролировать, поделить, сохранить да с противоположным полом пообщаться по сезону.

Особо далеко вроде и нет необходимости убегать, хотя, кто их знает. Но, как бы то ни было, Барсик по железке доковылял до посёлка почти, а там и до дома. Не исключено, что на таком небольшом расстоянии ориентирование по магнитному полюсу или по звездам, а также по солнечным лучам в полдень ему и не понадобилось. Факт в том, что до дома добрался, хотя и с испачканными мазутом лапами.
Надо сказать, что после этой вынужденной прогулки по путям он был прощён и обласкан. Не знаю, как насчёт всяких безобразий и хулиганств, но драться с соседскими котами не перестал. Оно и понятно, не он же это придумал. И однажды всё же пострадал, то ли ударили его чем-то, то ли покусали сильно, но на радугу отправился после очередного противостояния с соперниками и в связи с особенностями быта деревенских котов.
И всё-таки они странные и очень забавные, и очень интересные существа, эти коты. Какие-то непосредственные и удивительным образом причудливые. Нет, собаки, конечно, тоже. Но, то собаки.