Лебедь над Днестром

23 июня 1992 года Александр Лебедь прибыл в Тирасполь. Несколько дней назад   молдавская  армия совершила кровавый выпад  на город Бендеры. На совещании в кабинете командующего 14-й армией России генерала Неткачева визитер был представлен как полковник Гусев, прибывший с инспекцией из Министерства обороны РФ.

Перед вылетом в Молдавию генерал Лебедь получил    инструктаж у вице-президента России Руцкого. Офицеру было поручено взять на себя урегулирование приднестровского конфликта. Говорят инструктаж был десятиминутный,и  носил предельно эмоциональный характер, из десяти слов девять были матерные. От имени президента Лебедю было поставлено пять задач:

Первая – остановить любыми доступными средствами кровопролитие. Вторая – при необходимости обеспечить эвакуацию семей военнослужащих.

Третья – взять под жесткий контроль все базы и склады с оружием и боеприпасами.
Четвёртая – обеспечить беспрепятственный пропуск эшелонов с боеприпасами, оружием и техникой через территорию Украины или создать условия и предпосылки для этого.

Пятая – создать условия не препятствования для выполнения вышеуказанных задач с молдавской стороны.

Потом состоялась знаменитая пресс-конференция Лебедя
Она  сняла все вопросы, касающиеся решительности нового руководства российской армии,  и дала серьезный повод задуматься политикам, отдавшим приказ атаковать мирные Бендеры.

«Армия будет продолжать сохранять нейтралитет, но качество этого нейтралитета может измениться, - говорил он,- это будет  другой нейтралитет – вооруженный нейтралитет.

Мы – русская армия, и не в традициях и не в характере русских равнодушно наблюдать, когда на их глазах убивают, ранят, калечат мирных жителей, женщин, стариков и детей.

 …И мы не намерены с этим мириться,  не намерены более допускать геноцид, каковой имел место здесь 19;22 июня. …По-другому, как геноцид, это расценить невозможно.

 Мы достаточно сильны для того, чтобы дать отпор кому угодно. И сущность этого вооруженного нейтралитета будет состоять в том, что нас трогать не будут, и мы никого не тронем. В этом я даю клятву», — сформулировал свою позицию командующий 14-й армией.