Она всё умеет сама...

   Большую часть своей взрослой жизни Саша жила одна. Ну как одна — без мужа, но с сыном, мамой, работой, домом и кучей обязательств, которые никто не отменял. Красивая, с шикарными бёдрами, замечательной улыбкой, светлыми волосами и голубыми глазами — она всегда была на позитиве. С юмором относилась к задачам и вопросам, которые жизнь щедро подбрасывала: бытовым, профессиональным, финансовым.

   Она много работала, умела дружить, лихо водила машину, сама меняла колёса и даже чинила кран — потому что ждать мастера было некогда. Она была красивой, успешной, самодостаточной. И всё как-то одна.

   Мужчины появлялись в её жизни и как-то не задерживались надолго. Они приходили красиво: с цветами, корзинами фруктов, обещаниями, планами на будущее. Они пили за любовь и светлые перспективы, говорили, что она — та самая. А потом... уходили.

   Обижались. Исчезали. Иногда обвиняли Сашу в тяжёлом характере и неумении любить.

— Ты слишком самостоятельная, — сказал один.
— Ты меня не слушаешься, — бросил другой.
— Ты - неадекватная и меркантильная! С тобой невозможно быть мужчиной, — выдохнул третий и хлопнул дверью.

   А она просто жила. Просто справлялась. У неё не было времени на истерики и выяснения, почему он не увидел, не помог, не догадался, не захотел, не сделал.

   Саша закрывала все свои потребности сама: зарабатывала, решала насущные проблемы, тянула быт, держала себя в форме, справлялась с тревогой и вытаскивала себя из любой "задницы". Сама. Потому что мужчина устал, потому что он работает, у него и своих проблем хватает...
    Даже когда было страшно, больно или просто очень тяжело — она вставала и шла дальше. Сама. Потому что некому было сделать это за неё. Вместе с ней.

   В таких условиях мужчина очень быстро переставал быть желанным. Он превращался... в лишний объект. В субъект, который забирает энергию, время, физические силы. В того, кто требует:
— Где ужин?
— Почему рубашка не поглажена?
— Ты опять на работе допоздна?

   И это при том, что сам он ничего не добавляет. Ни заботы, ни реальной помощи, ни ощущения, что с ним - легче.
— Это не мужское дело,  -  часто в таких случаях говорили мужчины. - Не надо клевать мне мозг!

   Они просто присутствовали. А присутствие — это не ценность. Это скорее нагрузка.

   Многие мужчины искренне уверены, что само их наличие уже должно вызывать у женщины желание, уважение и… благодарность. Нет БЛАГОДАРНОСТЬ. Почти поклонение. Они считают, что факт их появления в жизни женщины — уже подарок. Практически всегда начинается любимая мужская обида:
“Почему ты меня не хочешь?”

— Ну я же здесь, — говорят они. — Чего тебе ещё надо?

   А надо, как ни странно, многого. Но часто не материального. Надо чтобы:
— он был опорой, а не ещё одним проектом,
— с ним было спокойно, а не тревожно или тяжело,
— он добавлял тепла, а не проблем,
— он хотел строить «мы», а не жить в режиме «я! и ты сама как-нибудь».

Но вместо этого женщина слышит:
— Ты слишком много хочешь.
— Я такой, какой есть. Принимай или уходи.
— Ты просто феминистка.

   И Саша уходила. Потому что не готова была размениваться на пустоту.

   Как ни странно, желание — это не кнопка. Потому что хотеть — это не опция физиологии и психики женщины. Его невозможно включить на пустоту. На инфантилизм. На лень. На позицию «я буду лежать на диване, а ты делай, что положено и меня вдохновляй». На отсутствие позитивных эмоций и ответных чувств.

  Так и выходило: тяжело хотеть мужчину, когда ты — сама себе армия.

Женщина хочет мужчину, когда:
— с ним безопасно (и физически, и эмоционально),
— он зрелый и берёт ответственность,
— он заботится не только о себе,
— он создаёт пространство, где можно расслабиться и быть слабой, быть маленькой и нежной. Где хочется свить уютное гнёздышко.

   А если вместо этого женщина чувствует, что у неё теперь два сына вместо одного? Если она должна его кормить, утешать, напоминать, договариваться, вдохновлять — при том, что сама уже на пределе?
    Спасибо, нет. У неё уже достаточно забот.

   Так и появляется ещё одна «феминистка» в глазах мужчин. Ещё одна "стерва" из целого ряда тех, кто предпочитает полагаться только на себя. Не потому, что она не хочет любви и заботы. А потому, что раз за разом убеждалась: надеяться не на кого.

— Справлюсь сама, — говорит она. И справляется.

Но внутри, глубоко, ей хочется другого. Ей хочется, чтобы кто-то сказал:
— Садись, я сам.
— Отдохни, я всё решу, сделаю.
— Я рядом, ты не одна. Мы сделаем вместе.

   Ей хочется дарить тепло и нежность, радовать мужчину не только на кухне, но и в спальне. Быть «девочкой» — той самой, о которой мечтают мужчины. Но для этого нужно, чтобы кто-то создал пространство, где можно расслабиться. Где не надо быть сильной двадцать четыре на семь. Тогда и пропадает всякое желание поддерживать пресловутый феминизм.

   А пока Саша сама справляется с вызовами, которые дарит ей жизнь.
   Она почти потеряла надежду на то, что в её жизни может быть счастливое семейное «мы». Не потому, что не верит в любовь. А потому, что устала быть единственным взрослым в отношениях. Ещё одна из тех, кто предпочитает полагаться только на себя, чем изо дня в день говорить, напоминать то, что может сделать для семьи мужчина. То, что может сделать мир двоих комфортнее,  теплее, ярче.

   Она всё ещё красивая, всё ещё с юмором, всё ещё водит машину и помогает уже взрослому сыну. Но иногда, вечером, когда дом затихает, она смотрит в окно и думает:
«А ведь я так хотела просто быть любимой. Не за достижения, не за то, что я всё умею. А просто так».

   И где-то там, в глубине, ещё теплится надежда. Очень маленькая. Очень хрупкая. Что однажды появится тот, кто скажет:
— Я с тобой. Не потому, что мне что-то надо. А потому, что ты — это ты, я люблю тебя. И я хочу быть рядом.

   Мы живём в странное время. Женщины научились всё делать сами. А мужчины так и не научились быть по-настоящему рядом. И пока одни требуют «женского поведения», другие всё чаще выбирают одиночество.

   Потому что быть одной — иногда легче, чем быть с тем, кто только присутствует. Легче, чем снова и снова доказывать, что ты достойна любви не за то, что ты удобная, а за то, что ты — это ты.

   Саша ещё надеется. Но тикают не только биологические часы. Тикают часы её терпения. И если мужчины вовремя не поймут, что опора и забота — это не про слабость, а про зрелость, — «феминисток» станет только больше. А счастливых пар — меньше.

Грустно. И очень правдиво.

P.s. всякое совпадение имён и жизненных ситуаций является случайным.

Картинка из сети интернет.