Мой приятель Альберт

   Альберт сидел в перерыве на кушетке. Была бы возможность, он сидел бы так вечность. И не от лени, а от ненадобности движений. Он был спокоен, задорен, умён и не в меру реалистичен. Он не верил, что на кухне могут быть тараканы, потому лишь, что ни разу их не видел. Несмотря на впечатляющую фигуру, стопы у него были удивительно мягкие, и он мог передвигаться тихо, что сам кот не заметит. Прикрытые глаза и бесстремительный, непрекращающийся шаг вперёд вели его по жизни.
   Однажды он рассказал мне, как убил ската.
   — Эта рыба смотрела на меня живыми, полными ужаса глазами. Я бил и бил, а она не умирала.
   Тогда он замолчал, и мы облокотились на повисшую тишину. Мы вместе увидели эти глаза, обращённые с немым ожиданием, с безрезультатной борьбой. Что-то переменилось тогда внутри.
   Ноги его скрещенно упирались в пол, одна рука обхватила голову, а вторая держала телефон. Заказов не было, можно было побездельничать минутку.