Купальская ночь 3 часть Ярмарка Жмвы

Возвращаемся с Еремеем от Старейшины. В конце улицы видим группу
женщин. Стоят и шепчут что-то на ухо друг дружке. Их лица скорбные,
и в глазах читается не только горе, но и какое-то смирение,
словно они знают, что такое может повториться.

Идём и думаем над загадкой Старейшины. Еремей решает, что это песня. Я соглашаюсь.
Да, убитая девушка, вероятно, взяла, музыку озера.

Музыка не имеет физического тела, но может создавать звуки,
которые воспринимаются как пение, не имеет глаз, но может видеть
через звуки и их восприятие,
не имеет тела, но может обнимать — передавать эмоции и настроение.

Вопросов в голове много.

Как вернуть её духам, каким образом это сделать? И где обитают духи озера?

Мимо стрелой мчится рыжий мальчишка. Еремей останавливает его:
— Прошка, куда это ты, оголец, с утра пораньше?

— Дядя Еремей, ты что не слыхал? Праздник Живы же. Все собираются на ярмарку, купцы приехали, товару-то сколько навезли!
Народу там! И песни поют, и пляшут!
А купцы, говорят, такие диковинки привезли, что и не видали
никогда! Пряники медовые, ленты шелковые, да и всякое такое…
— шмыгая носом, на ходу объясняет малец.

Еремей хватается за голову и охает:
— Как же я, старый пень, запамятовал про Живу. Вот куда нам с тобой надобно.
Это не обычная ярмарка, тамо деньгами не заплатишь,
а вот обменять можно всё, что угодно! И узнать можно всякое..

Решаем испытать удачу. Идём по пыльной дороге, ведущей к центру
деревни, где, как нам сказали, развернётся ярмарка.
Воздух уже наполняется гулом голосов и запахом дыма от костров.
Но когда мы подходим к месту, где, по идее, должна быть ярмарка,
нас встречает лишь небольшая группа людей, стоящих
у забора из веток. Вдоль забора стоят молодые сильные парни.

— Что такое? — спрашиваю я, недоумевая. — Где ярмарка?
— Пароль нужен, — отвечает один из парней, скрестив руки на груди.

Еремей кивает, словно ожидал этого. Растерянно смотрю на него.
— Пароль? Откуда нам его знать?

— Прошка! — кричит Еремей, заметив рыжую голову, мелькнувшую в толпе.
Мальчишка, услышав зов, подбегает к нам, его глаза сияют от
предвкушения праздника.

— Прошка, милый, — ласково обращается к нему Еремей, — ты не знаешь, какой пароль нужен, чтобы попасть на ярмарку?

Прошка, немного подумав, снова шмыгает носом и шепчет:

— "Живе дар". Только никому не говорите!

С облегчением благодарим Прошку и идём к заграждению. Произносим
заветные слова и оказываемся на настоящей ярмарке.
Это — зрелище! Разноцветные шатры,
шумные торговцы, предлагающие диковинные товары, и толпы людей, смеющихся и торгующихся.

Мы бродим среди рядов, вдыхая ароматы специй и свежеиспеченного
хлеба. Еремей подходит к одному из купцов, чьи товары выглядят особенно старинными и загадочными.

— Добрый человек, — обращается Еремей к купцу, — не подскажешь ли ты, где обитают духи нашего озера? Вижу, ты местный.

Купец внимательно смотрит на нас. Его взгляд
задерживается на Еремее.

— УзнаЮ я тебя, Еремей. Духи озера... — на мгновение задумывается он,
— они там, где вода чиста и тиха. Наше озеро как раз такое.
Но будьте осторожны. Не все, кто ищет духов, имеют добрые намерения. Остерегайтесь любопытных к вам.

Вдруг чувствую на себе чей-то взгляд.
Оборачиваюсь и вижу группу мужиков, стоявших чуть поодаль.
Их лица суровы, а глаза внимательно следят за нами. Среди них
тот самый седобородый с длинными волосами мужчина, которого видел на озере в ту Купальскую ночь.

До самых пяток пронзает холодок.
Что они делали там, в ту роковую ночь?
Почему так старательно наблюдали за праздником? Неужели знали тогда, что что-то должно произойти?
И почему теперь они следят за нами?
Вопросы роятся в голове, и я чувствую, как напряжение снова
нарастает.

Толкаю Еремея в бок, незаметно киваю в сторону подозрительных наблюдателей.
Лицо Еремея становится озабоченным.

— Похоже, наша отгадка всё запутаннее, — тихо произносит он,
не отрывая взгляда от товара на прилавке. — Они не просто так здесь.

Решаем, что ничего якобы не замечаем и продолжаем осматривать товары,
но теперь наши глаза постоянно возвращаются к мужикам.
Их молчаливое присутствие понимаем как угрозу,
которая каким-то образом связывает нас с тем роковым вечером у озера.

— Ты думаешь, они как-то связаны с той девушкой? — спрашиваю я,
пытаясь унять дрожь в голосе.

— Не знаю, — отвечает Еремей, — думаю, что они из тех, кто всегда
прячется в тени. И знают много того, о чём знает только та ночь.

Подходим к лавке с травами и зельями. Старушка-травница, внимательно нас разглядывает.

— Ищете что-то особенное? — спрашивает она, её голос тихий,
но проникает в самую душу, и располагает к себе.

— Мы ищем способ вернуть музыку духам озера, — отвечает Еремей,
решив рискнуть. Голос старушки вызвал доверие старика.

Старушка кивает, словно знает о чём идёт речь.

— Музыка озера — это дар и проклятие одновременно.
Чтобы вернуть её, нужно принести жертву. Не кровную, но сердечную.
А духи живут там, где вода помнит. Где прошлое не забыто.

Она протягивает нам небольшой мешочек с сушёными травами.

— Это поможет вам очистить путь и открыть внимание духов к вам.
Но будьте осторожны.
Не все, кто ищет, находят то, что им нужно. И не все, кто находит,
готовы к тому, что им откроется.

Благодарим её и отходим, чувствуя, как тяжесть тайны становится
ещё ощутимее. Мужчины с Купальского праздника всё ещё стоят там.
Их взгляды не отрываются от нас. Их присутствие
давит, словно они часть той самой загадки, которую мы пытаемся
разгадать.

— Нужно уходить отсюда, — говорю Еремею. — Пока они не решили, что мы слишком много знаем.

Еремей кивает.

Решаем не идти напрямую к озеру, а попробовать обойти озеро.
Наша цель — найти место, где духи озера
обитают, и понять, как вернуть им утраченную музыку. Но теперь к этой цели добавилась еще одна — выяснить, кто эти мужики и какую роль они играют
в этой мрачной истории. Понимаю, что мы с Еремеем только в начале пути, и впереди нас ждут еще более опасные и загадочные открытия.